Выдумщики

Ми Марика

Ада прошлась туда-сюда, от одного выхода со станции к другому, и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Ощущение было неприятным и почему-то знакомым, как будто кто-то недавно так на нее смотрел. Адель окинула взором людей неподалеку и наткнулась на напряженное лицо мужчины. На вид – лет пятьдесят, может быть больше, потрепанный плащ, спутанные грязные волосы, чуть тронутые сединой, и черные узкие глаза хищника. Ада поежилась. Этого мужчину она видела в окне, в больнице. Но если он пациент, то как оказался здесь? Сбежал?

От этой мысли стало не по себе, Ада быстро села в подошедший поезд

и нервно обернулась – не идет ли мужчина за ней. Но тот был неподвижен, только повернул голову в ее сторону и продолжал смотреть.

Проехав несколько станций, она вышла на поверхность и оказалась почти в самом центре Города. С каждым шагом мужчина из метро забывался, в воздухе витал запах весны, и тяжелые мысли быстро выветривались. Под ногами была слякоть, сверху накрапывал дождик, но это не остановило Адель. Натянув капюшон, она пошла к маленьким боковым улочкам. Шум Города тут же стих. В центре всегда есть такие безлюдные места, где встретить человека – целое событие.

Она шла по пустой дороге, ловя первые признаки весны: радостно чирикали птицы; на четвертом этаже дома напротив рыжеволосая девушка мыла окно и насвистывала «В траве сидел кузнечик»; лужи под ногами отражали робкие лучи выглянувшего солнца. И небо. Тучи растворились, и оно стало нежно-голубым. Не ярко-синее, таким оно будет только в конце апреля, а лишь слегка подкрашенное, словно только-только отходящее от зимнего оцепенения. Но, после белесого, оно казалось чудесным.

Ада шла и прислушивалась к стуку каблуков. То там, то здесь показывались освобожденные из-под снега кусочки асфальта, и, если по ним пройтись, стук был по-весеннему звонкий. Адель шла, и ей хотелось танцевать. Она огляделась, вроде бы никого поблизости не было, и сделала пару нерешительных движений. Прикрыла глаза и закружилась, напевая какой-то немудреный вальс.

Тело вдруг стало удивительно легким, казалось, ляг на воздух – и он тебя выдержит. Аде иногда снились такие сны, но наяву ощущения не появлялось. И вот сейчас ей удивительно сильно хотелось попробовать, просто отклониться назад, упасть и поплыть…

Она смеялась и взмахивала руками в такт собственной мелодии, разбрызгивала вокруг себя лужи и напугала стайку воробьев. Солнце ласкало лицо, а ветер – весенний теплый ветер с не пойми откуда взявшимся запахом цветов – трепал волосы. Капюшон откинулся на спину, а берет полетел вниз, на асфальт, но Ада только усмехнулась – весна пытается устанавливать свои правила игры, и она была не против.

Где-то неподалеку звякнул металл. Ада открыла глаза и прислушалась. Точь-в-точь как браслеты. Она повернулась вокруг своей оси, пытаясь отыскать источник звука. На другой стороне дороги, за углом дома, мелькнули полы черного плаща.

Быстрым движением она подняла с асфальта берет, перебежала улицу и направилась к проходу между домами. Впереди появилась знакомая фигура, и Ада пошла следом за девушкой. Та успела по дороге стянуть с миловидной блондинки шарфик, вынуть кошелек у насупленного дядечки и вытащить у паренька из переполненного пакета яблоко. Задержалась на светофоре, вонзила в мякоть острые зубки и, кажется, отвлеклась от своего странного промысла, но в последний момент, уже делая шаг с тротуара, обернулась и кончиком пальца поддела шляпку

с вуалью, оставив серьезную даму в очках без головного убора. И, довольная, нахлобучив шляпку, поплыла дальше.

Ада уже ничего не понимала. Почему все эти люди ничего не делают, чтобы ей помешать, почему даже не возмущаются? Но ответа она так и не нашла, а просто продолжала молча идти следом, надеясь, что незнакомка не решит обернуться.

Они свернули с главной улицы в маленький темный переулок, затаившийся между старым грязно-желтым домом и мусорными баками. Ада чуть не проскочила мимо, не заметив прохода, но вовремя увидела край пальто, мелькнувший впереди.

Девушка шла с безумной скоростью, хотя со стороны казалось, будто она неспешно прогуливается. Ада держалась за бок и усиленно дышала ртом, стараясь хоть как-то приноровиться к темпу и не упустить незнакомку из виду.

Ей казалось, что она выскочила во двор через секунду после девушки, но никого не было видно. Ада согнулась пополам, жадно хватая воздух, и исподлобья оглядела окрестности. Серый, ничем не примечательный дом, высящийся над ней огромной буквой «П»; тусклые качели и такая же лазалка, старые, будто застиранные. Из всего унылого мартовско-городского пейзажа выделялась лишь ярко-красная спортивная машина, чистая, словно только вчера купленная. Незнакомки нигде не было.

Ада выпрямилась, еще раз огляделась и разочарованно вздохнула. Впрочем, все к лучшему. Появись она здесь, что бы Ада у нее спросила?

– Ты за мной шпионишь? – Сладко-едкий голос послышался прямо над ухом. Ада резко повернулась и наткнулась на ехидный взгляд темных глаз. Незнакомка не скрывала того, что безумно довольна, легкая ухмылка обнажала белоснежные зубы. Она смотрела на Аду сверху вниз, тонкими пальцами то накручивая, то снова отпуская черный локон.

– Второй раз, – пробормотала про себя она. – Второй раз – это интересно. Если будет третий… – осмотрела Аду с головы до ног, задумалась. И вдруг, словно вспомнила, что та одушевленная, спросила: – И что, ты меня видишь?

Ада застыла. Все это было слишком странно, даже для нее. Почему бы ей ее не видеть? У девушки плащ-невидимка? Она с другой планеты?

– Ох, что я за глупости спрашиваю, – вздохнула девушка. Тряхнула запястьем. Часики на тонкой цепочке опустились вниз. Она подняла повыше руку, и Ада только тогда заметила у девушки острые, как когти зверя, ногти. Ей стало не по себе. Она внимательно следила за движениями незнакомки и, когда та посмотрела куда-то в сторону, рванула что есть силы прочь.

Ада плохо запоминала дорогу, особенно когда была увлечена, но сейчас ее это не волновало. Лишь бы убраться из того двора. Ноги несли ее с бешеной скоростью, словно не она несколько минут назад скрючивалась, стараясь перевести дух. Странные личности, попадающиеся раньше на ее пути, забавляли, но эта – Ада чувствовала всем телом, – эта была настоящей, реальной и… опасной. Не какая-то героиня полупридуманных и разукрашенных воображением историй.

Через несколько минут Адель уже спускалась в метро. Домой, скорее домой. В комнату, за стол, к алгебре и математическому анализу. Закрыться на все замки и не вылезать из-за стола. Учиться, учиться и учиться. И никаких странных людей!