Выборы Принцессы
Шрифт:
Боже мой. Этот парень заставил меня стиснуть зубы. Мало того, что они делали ставки на меня еще до того, как я приехала, но и одной мысли о том, чтобы отсосать его член, было достаточно, чтобы меня вырвало досуха.
Ублюдок.
Однако этот момент с Брэндоном был испытанием, и, как бы я ни справилась с ним, это, вероятно, задало бы тон на все оставшееся время моего пребывания в академии. Я не могла позволить им победить. Не сейчас. Эта школа была моим пропуском.
— Хорошо, — сказала я небрежно, опуская свою сумку. Я увидела удивление в его глазах. Я сделала шаг ближе. —
Он моргнул, глядя на меня.
— Давай, — подтолкнула я, мое дыхание затуманивалось в морозном воздухе, — чоп-чоп. Члены сами себя не сосут, ты же знаешь.
Румянец поднимался от его шеи к щекам — он был зол, но прежде чем я смогла выяснить, собирается ли он разоблачить мой блеф…
— Мистер Морган, ваш отец хочет, чтобы мы вернулись до утреннего собрания, — сказал мистер Уэйнрайт из-за спины мудака, прерывая нас.
Я отказывалась отводить взгляд от Брэндона Моргана, но чувствовала, что пожилой мужчина был очень близко. Брэндон внезапно развернулся, и я заметила, как на его лице снова появилась щедрая и теплая улыбка. Чувак хорошо умел притворяться человечным.
— О, Джордж, старина. Большое спасибо, что привезли нам прекрасную Вайолет. Но дальше я могу сам заняться этим.
— Нет, — сказала я. Оба мужчины повернулись ко мне. — Я бы предпочла поехать с мистером Уэйнрайтом. Он очень тщательно информировал меня об этом новом мире.
Если бы Брэндон надавил, я бы надавила в ответ. Я не была полностью беззащитной, хотя секрета, спрятанного на дне моего багажа, было достаточно, чтобы посадить меня в тюрьму. Или еще хуже. Хорошо, что досмотр в аэропортах проводился в более давние, более жестокие времена.
Брэндон открыл рот, но мистер Уэйнрайт перебил его.
— Как личный помощник декана Моргана, я могу заверить вас, что я способен сопроводить мисс Вайолет в академию. Твой отец не говорил мне передавать это дело тебе, Брэндон.
Брэндон усмехнулся.
— Я не раз говорил тебе называть меня мистер Морган. Мой авторитет ненамного ниже, чем у моего отца. Я закончу школу в следующем году, и с тех пор я буду помогать ему управлять академией.
Мистер Уэйнрайт говорил мало, но я могла бы поклясться, что он пробормотал: — Это мы еще посмотрим, — себе под нос.
— Почему именно ты здесь? Я прямо спросила Брэндона. — Если твой отец ожидал, что мистер Уэйнрайт будет сопровождать меня, то кажется немного странным, что ты здесь.
Я понятия не имела, почему я продолжала тыкать в этого мудака. Он уже доказал, что в нем есть зловещая, порочная жилка, и вместо того, чтобы последовать его совету насчет смешивания, я поступала наоборот.
Его ухмылка давно исчезла.
— В моей школе ничего не происходит без моего ведома. Ты — ситуация, которую я планирую контролировать.
Расправив плечи, я схватила свою сумку и убрала его с дороги.
— Береги себя, Вайолет, — сказал Брендон, когда я проходила мимо него, и только идиот мог не заметить угрозу в этом. Затем он зашагал прочь, садясь в низкий красный автомобиль, двигатель которого с мощным
Автомобили исчезли на некоторое время после войны Монархов — все технологии и компьютеры исчезли. Когда все было восстановлено из пепла, автомобили были одними из первых, что было восстановлено. Теперь они работали исключительно за счет солнечной энергии и энергии воды. Ну, соленой воды с множеством других свойств, которые я не понимала.
Достаточно сказать, что автомобили есть только у сверхбогатых — членов королевской семьи и не менее богатых людей.
Тяжело сглотнув, я, наконец, сошла с лестницы, присоединившись к мистеру Уэйнрайту, когда мы шли к другой машине, на этот раз черной и большей, чем у Брэндона, с очень темными тонированными стеклами. Это был Mercondor, ранее известный как Mercedes; эта компания стала ведущим поставщиком автомобилей в новую эпоху.
— Мистер Морган из королевской семьи? — Я спросила мистера Уэйнрайта.
Мужчина постарше тихо вздохнул, потирая рукой усталые глаза.
— Нет. В его семье вообще нет королевской крови. Но есть определенный престиж от управления Академии Арбон, наследие, которое он унаследует от своего отца. Это дало ему завышенное чувство собственного достоинства.
Преуменьшение года. — Значит, он отчитывается перед членами королевской семьи?
Пожилой мужчина невесело усмехнулся. — Разве не все мы?
Это правда.
Существовало пятьдесят королевских семей, каждая из которых управляла обширными районами мира. Границы стран уже не были такими, какими они были до последней мировой войны. Большая часть мира была разрушена, став полностью непригодной для жизни в результате тяжелой химической войны, в результате чего образовалось всего пятьдесят отдельных королевств, все они различались по размеру и мощи — сила заключалась в контроле над технологиями, чистой питьевой водой, продуктами питания и ископаемым топливом.
Все бывшие демократии рухнули вместе с миром, открыв эпоху монархов. Двумя из самых могущественных были провинция Швейцария и Новая Америка. Они были союзниками, что давало им сильную власть, но близко позади были Австралазия и Дания. Наши враги.
— Сколько наследников короны сейчас в Академии Арбон? — Потому что, хотя членов королевской семьи было много, много, у каждого монарха был только один наследник короны, преемник трона.
Мы сидели в машине, водитель плавно выезжал из аэропорта, и я попыталась вспомнить, когда в последний раз была в автомобиле. Я была маленьким ребенком.
— Сейчас у нас в школе двенадцать наследников, — сказал мне мистер Уэйнрайт. — Новая Америка, Швейцария, Австралазия, Британия, Монголия, Россия, Дания, Африка и несколько других менее влиятельных семей.
Двенадцать! Ну, блядь.
— И не было войны каждый день?
Затем я бросила косой взгляд на его лицо, почти комичное, когда его брови поднялись до линии волос.
— Кто сказал, что не было?
Я сглотнула, и при виде, без сомнения, обеспокоенного выражения моего лица, он покачал головой, темно-карие глаза почти мерцали.