Выбор
Шрифт:
Вики шлепает меня по попе и подмигивает. Она обнимает за талию Шона и Фила, прокладывая тропинку на выход. Я остаюсь между Алестером и Эйденом. Первый протягивает руку по моим плечам и целует макушку.
— Ты отлично выглядишь, — улыбается он. — Но я сломаю руки тому, кто сунет их под твоё платье.
Алестер переводит взгляд на Эйдена и окидывает его предупреждающим взглядом.
— Тебя это тоже касается. Даже не думай об этом.
— А как же чай и оставить нас наедине? — парирует Эйден.
— Всего лишь формальность в виде вежливости. Не
— Это зашло слишком далеко, — краснея, бурчу я.
Алестер смотрит на меня.
— Не далеко.
— Я должна развлекаться или готовиться к монастырю?
— Ты можешь развлекаться, но не с каждым свободным членом.
— Двойные стандарты.
— Мне плевать, если я могу оградить тебя от репутации шлюхи.
Хмурюсь, не теряя зрительную связь с Алестером, который, кажется, забыл про шутки.
— Я серьёзно, Эм.
— А если я этого хочу?
— Ты этого не хочешь.
— Смотря, о чём ты.
— Если бы хотела, мы могли бы помериться списками, твой короче моего мизинца.
Закрываю лицо ладонями, потому что это совсем непривычно: обсуждать свою личную жизнь не с Алестером, а с присутствием третьего лица. Почему это всегда происходит, когда поблизости Эйден?
— Я могу оставить вас, потому что знаю, что ничего не будет.
Алестер несколько секунд бегает глазами между мной и Эйденом.
— По крайне мере, сейчас, — добавляет он. Друг заостряет внимание на Эйдене: — Я сломаю тебе руки, если увижу, что ты зашёл далеко. Я не шучу, парень. Она не будет крутиться вокруг вас, и ты не будешь пользоваться ей.
— Я больше не хочу это продолжать, — сообщаю я, направляясь за остальными.
За спиной слышу, как Алестер втягивает воздух и секунду спустя, он нагоняет меня.
— Охренительное платье, — фыркает друг, дёрнув за бретельку на спине. — Так и просится, чтобы какой-то идиот завёлся из-за недержания.
Хихикаю, моментально меняясь в настроении.
— Это выбор Вики.
— Было дерьмовой идеей отпускать вас двоих. Я сожгу его, молись, чтобы не на тебе.
Вижу тень улыбки на губах Эйдена, который присоединяется к нам.
— Когда ты стал ханжой?
— Когда кое-кто начал появляться на нашем пороге чуть ли не ежедневно.
— Ты передумал на счёт полной беспечности жизни?
Алестер обращает внимание к Эйдену.
— Извини, чувак, но, когда речь заходит о хоккеистах, каждый знает, что ничего серьёзного там нет.
— Решил, что за меня решать — это разумно и правильно? — интересуется Эйден.
— Возможно, — кивает Ал. — Она важнее тебя.
— Ты не можешь решать за неё.
— Могу, если речь об ошибках, о которых она пожалеет в будущем.
— Вы оба решили говорить за меня? — спрашиваю я.
— Ты уже… — продолжает Алестер, и я тут же сверкаю глазами в его сторону.
Господи, пожалуйста, пусть они оба замолчат.
— Ладно, закрыли тему, — кивает он, понимая мой немой намёк замолчать и не продолжать. — Думаю, мы услышали друг друга.
Глава 9
Эйден
Ты
Я не перестаю крутить этот обрывок в голове миллионный раз на протяжении нескольких последующих часов. Я уже, что?
Окружающая толпа, где компания Эммы смешалась с той, где обычно нахожусь я, настолько громкая, что едва получается услышать что-то другое, даже собственные мысли. Они перекрикивают музыку и тех, кто вокруг. А те, кто вокруг, стараются перекричать их. Это месиво чего-то непонятного и неудержимого. К счастью, волнует меня уже совсем не то, что говорил Алестер, а Картер, который среди кучки других воздыхательниц, скользит взглядом по Эмме. Когда я замечаю внимание на ней, непроизвольно хочу двинуть ему так, чтобы глаза закатились в обратную сторону: к мозгу. Я отвлекаюсь на болтовню, в которую меня вовлекают и даже где-то с заинтересованностью поддерживаю тему, но глазами следую по пятам за Эммой. Краем ловлю и то, что вместе со мной, подобным мероприятием занимается Алестер и Картер. Сложно понимать, что у неё есть парень, и ещё хуже то, что он не её парень. Это одновременно и связывает, и развязывает руки. Я могу и не могу. Ненавижу собственную совесть, хоть раз в жизни хочется отделаться от неё на какое-то время.
Если Алестер сожжёт это платье, то я готов притащить бензин и спички, чтобы помочь. Оно заставляет мозг отключаться, тем самым дав зелёный свет инстинкту. Вряд ли я хотел что-то так сильно, как снять его. Даже желание попасть в команду и остаться в ней, отступает на задний план. Едва удаётся держать себя в руках, и особенно держать руки при себе, чтобы не ходить и не бить головы о стену тех, кто пялится на неё. Я бы и сам ударился, если бы человек мог причинить себе боль подобным способом. Непонятно, на джинсах моя слюна или пролитый кем-то алкоголь, впрочем, это мало важно.
Эмма продолжает танцевать, вырисовывая бёдрами восьмерку, а я продолжаю терять здравый рассудок, чтобы уйти и не мучиться, или уйти с ней, утащив за собой. Понятно только то, что я вскоре сойду с ума. Рядом с ней появляется какой-то парень, и я уже дёргаюсь, чтобы двинуть ему, но ловлю взгляд Алестера, который смотрит на меня и крутит головой. Возвращаю взгляд к Эмме, которая снова в компании Вики, а тот незнакомец скрылся с горизонта.
— Ты вообще расслабишься или нет? — спрашивает Рэн, отвлекая от Эммы.
— Я расслаблен.
— Заметно. Чем дальше, тем хуже.
Знал бы он, как часто я кручу эту фразу в голове.
— Ты о чём? — хмуро интересуюсь я, поймав взгляд его чёрных глаз.
— Хватит пялиться на неё, иначе тебя заметут за изнасилование глазами.
— Очень смешно.
— Я серьёзно, ты должен хотя бы иногда смотреть куда-то в другую сторону.
Фыркнув, тянусь за стаканчиком, и одним махом осушаю его.
— Доволен?
— Чтобы расслабиться, не нужно напиваться.