Выбор женщины
Шрифт:
– Спасибо, – пробормотала Элли, принимая кружку.
– Тебе получше?
Элли кивнула, элегантно потягивая горячий крепкий напиток.
– Прости за истерику, просто мне очень страшно.
– Понимаю. Но ты из-за пустяков доводишь себя до слез. Все будет в порядке. Трэвис спасет курорт и даст вам с Дэвидом второй шанс. Вот увидишь.
– А если нет? Даже если он не строит злодейских заговоров, а просто не сумеет? Сегодня Дэвид на многое намекнул. Боюсь даже представить, что произойдет, если мы потеряем «Пылающую долину».
– Прискорбно конечно, но это не конец света, – забарабанила ногтями
– Это может стать концом моего брака.
– Ой, я тебя умоляю.
– Я не шучу, Джулиана. В последнее время Дэвид крайне встревожен. Сильнее обычного.
– Он беспокоится о курорте. Как и все мы.
– Нет, все не так просто, – оторвалась Элли от горячего чая. – Если мы потеряем «Долину», я могу потерять и Дэвида.
– Это просто смешно, – замерла Джулиана. – О чем ты?
– Еще в самом начале он прямо-таки мечтал управлять «Долиной». Ты же знаешь, – с трудом прошелестела Элли.
– Знаю. Ему очень понравилась и работа, и само место и планирование вашего будущего, – осторожно согласилась Джулиана. – Но…
– Иногда мне кажется, что он женился на мне только ради курорта…
– Элли, как ты можешь так говорить? Это неправда. Абсолютная. Я же присутствовала при вашем знакомстве и была там, когда вы поняли, что влюблены друг в друга, помнишь? Если честно, я осознала ваши взаимные чувства раньше вас обоих.
– Мы так старались все скрывать… Даже от самих себя, – печально вздохнула Элли. – Не хотели причинить тебе боль.
– Понимаю. Теперь сосредоточься, Элли. Дэвид очень сильно за тебя переживает. Потому что прекрасно осознает, насколько важна для тебя «Долина». Отец хочет оставить тебе курорт в наследство, поэтому Дэвид чувствует себя обязанным любой ценой сохранить его для тебя.
– Беспрестанно твержу это себе, но в последнее время начала задаваться вопросами. И теперь понимаю, что в глубине души всегда сомневалась. С тех пор как…
– С тех пор как что, Элли?
– Однажды я уже чудом избежала замужества ради гостиницы. С Трэвисом Сойером. Полагаю, именно поэтому теперь крайне чувствительна к подобным вещам.
Джулиана сузила глаза и пристально посмотрела на кузину.
– Неудивительно, что иногда женщины не понимают мотивов мужчин. У каждой из нас имеется несколько печальных историй в прошлом. Но мы рождены, чтобы идти на риск. Ты же помнишь выражение: не проявишь мужества – никогда не победишь.
– Джулиана, ты просто невероятна, – нехотя улыбнулась Элли.
Та тоже улыбнулась в ответ и снова заглянула в книгу.
– Теперь о меню. Как считаешь, заказать эти маленькие шарики из маринованного козьего сыра, завернутые в виноградные листья?
– Никто на самом деле не любит козий сыр. Его едят просто потому, что это модно.
– Мода – отличный повод для включения его в меню. Кроме того, веришь или нет, мне он нравится.
– К тому же это твоя вечеринка, правда? – вздернула брови Элли.
– Истинная правда.
Глава 7
В тот вечер Трэвис повернул ключ в замке входной двери Джулианы и поразился нахлынувшему мирному удовольствию от такого обыденного привычного движения. Закончился еще один рабочий день, и он вернулся домой. Правда, официально он пока не переехал к Джулиане, но провел
«Чего еще просить у судьбы», – подумал Трэвис, входя в выложенную белой плиткой прихожую и опуская на пол тяжелый портфель. Если бы перестать волноваться о том, как долго он сможет претендовать на эти маленькие жизненные радости.
– Я дома, – крикнул Трэвис и внимательно вслушался в собственные слова.
Не совсем правда, и вряд ли когда-нибудь станет правдой, но в любом случае ему очень нравилось, как это звучит.
– Привет, – отозвалась Джулиана из кухни.
Трэвис прошел через гостиную, взял вечернюю газету с журнального столика, просмотрел заголовки, затем поднял глаза и лениво улыбнулся, когда Джулиана появилась в дверях с бокалом вина в одной руке и лопаточкой в другой. Волосы струятся потоком кудряшек, пастельного цвета джинсы прикрывает передник с логотипом «Очарования». Вместо сапог из крокодильей кожи, которые были утром, теперь на ней красовались пушистые розовые тапочки с кроличьей мордочкой спереди. Как-то Джулиана осторожно объяснила, что глупо искать в тапочках нечто под названием «очаровательное остроумие». Как бы там ни было, на взгляд Трэвиса все равно это смахивает на мертвых зверьков.
– Ты выглядишь совершенно измученным, – заявила Джулиана.
Отставила бокал в сторону, подошла к нему и, поскольку была без каблуков, поднялась на цыпочки, чтобы одарить любовника поцелуем. Трэвис почувствовал игривый язык на своей нижней губе и застонал, потому что тело немедленно отреагировало на ласку.
– Так и есть. Но осознаю свой долг и совершенно уверен, что будь у меня стимул, вполне способен заняться с тобой быстрым сексом прямо сейчас.
– Абсолютно исключено, – с притворным ужасом ахнула Джулиана. – Женатые люди занимаются этим только после ужина.
– Мы не женаты, – буркнул он, следуя за ней в теплую благоухающую кухню.
– Пора начать практиковаться. Кроме того, невозможно оставить без присмотра сырно-ореховый соус, да и кукурузный хлеб наверняка сгорит, если поддаться твоим развратным намерениям.
– Беру свои слова назад. Может, слишком устал. Тяжелый день.
Трэвис с газетой в руках уселся за уютный столик и глотнул вина.
– Очередная встреча с Дэвидом, да?
– Можно сказать и так. Должен заметить, теперь четко понимаю, почему «Пылающая долина» находится на грани краха. Даже я не представлял, насколько легко будет забрать себе курорт. Кирквуд поразительно туп и упрям в некоторых областях. Неудивительно, что он в беде.
– Он упрям во всем, что касается Элли, а гостиница необычайно важна для моей кузины.
– Да, начинаю осознавать проблему. Любой мужчина, который принимает деловые решения ради того, чтобы угодить любимой женщине, ставит себя в…
Трэвис внезапно умолк, поняв, что сказал.
– Что такое, дорогой? – возмущенно махнула ресницами Джулиана. – А как насчет твоих решений ради необходимости угодить любимой женщине?
– Ладно, признаю, – неохотно и печально улыбнулся Трэвис, – что у нас с этим горемыкой есть нечто общее помимо того, что мы оба предлагали тебе руку и сердце.