Выбор волка
Шрифт:
И вот на меня накатывает вторая волна страха. Он хочет вернуть меня отцу или еще хуже, продать на Черном Рынке – месте, где продается и покупается все, что только можно – но несмотря на долгое существование все еще незакрытое. Его месторасположение постоянно меняется и стать покупателем или продавцом сложнее, чем записаться на прием к королеве. Ходит слух, что заявку на рассмотрение посещения новичка, принимают только с письменным поручительством не менее чем от трех давних пользователей этого «клуба».
Страшно, но я стараюсь не показывать этого, гордо смотря в необычайно красивые глаза. Невероятно, у такого засранца и такие глаза. Но все же я не понимаю смысла его слов. Нет,
А главное, он ненамного старше меня, так что не думаю, что у него много опыта в похищении волчиц, а тем более в их убийстве.
– Это все, что ты собирался мне сказать? – холодно спросила, хотя у самой в это время внутри все трепетало от желания наконец-то посверкать пятками. Интересно, он бросится за мной вдогонку? А может он уже знает где я живу, поэтому и медлит, ведь уверен, что в любой момент может найти меня?
Парень почему-то грустно улыбнулся, чуть склонив голову вниз, но при этом продолжая смотреть на меня. Его васильковые глаза ярко горели в сгустившихся сумерках, выдавая в нем оборотня, но обманывая, скрывая своей необычайной мягкостью истинную, злобную сущность отвергнутого.
– Ты ведь не думаешь, что можешь скрываться вечно? – тихо и, по-моему, даже с сочувствием спросил он. Глупости, чтобы отвергнутый и с сочувствием к кому-либо относился, смешнее и не придумать.
– Не понимаю, ты со мной поболтать решил? – Я зло посмотрела на парня, а он лишь улыбнулся и опустил взгляд вниз.
– Они уже идут, – тихо ответил отвергнутый, так и не подняв на меня глаза. – И я…
– Ненормальный! – зло прошептала я и стала быстро пятиться назад. Как по мне, пора уже заканчивать этот нелепый разговор и начинать спасаться от отвергнутого. Хотя если честно, опасности от него как таковой я уже не ощущаю, хотя интуиция все еще кричит, что неприятности где-то рядом. Но если не он, то кто?
– Постой… – Отвергнутый делает стремительный шаг ко мне и это резкое движение послужило для меня сигналом и я сорвалась с места.
Парень крикнул что-то еще, но забурлившая с новой силой по венам кровь, так ударила в виски, что заглушила его голос.
Бежать! Сейчас самое главное бежать и не останавливаться. Бежать до остановки, сесть в первый же автобус, а после, выйдя на своей улице, бежать до дома, так быстро, как только у меня получится в человеческом обличии.
Как бы мне не нравился этот город, но оставаться здесь больше нельзя, только не сейчас, когда совсем рядом бродит странный отвергнутый и есть вероятность попасть на Черный Рынок. Самое главное забрать из дома документы и все сбережения, и уехать как можно дальше, где меня уж точно никто не будет знать, и никто не найдет.
Поминутно оборачиваясь и прислушиваясь к своим инстинктам, я никак не могла избавиться от страха, что отвергнутый идет следом за мной, что он совсем рядом. Но я не только его не видела, но и не ощущала его запаха и присутствия. Вот только трубившая во весь голос интуиция подсказывала, что расслабляться еще рано. Этот парень меня не только напугал, но и запутал, и явно с одной целью, чтобы расстроить меня и выбить из колеи, чтобы я стала для него легкой мишенью.
Запрыгнув в подъехавший автобус, я села у окна и внимательно осмотрела остановку. Странного отвергнутого рядом не наблюдалось. Но мне как-то не по себе и идея отправиться домой, мне определенно не нравится. Если бы не деньги и документы, я бы без раздумий прямо сейчас уехала бы из города, но
Глава 2
Нет ну не дура ли я? Ну ладно, не дура, но точно растяпа. И почему всегда, когда надо что-то сделать как можно быстрее, все получается совершенно наоборот? Вот как можно было так поддаться панике, чтобы сесть в автобус, который и близко рядом с твоей улицей не проезжает? И где мое хваленое хладнокровие северного оборотня? Неужели за эти несколько месяцев, что я провела в бегах и прожила среди людей, я окончательно его растеряла? Чувствую себя хуже некуда, ведь теперь возвращаться домой вдвойне страшно. Конечно можно себя утешить мыслью, что сделав несколько пересадок, чтобы доехать до дома, я смогу запутать отвергнутого – в том случае если он еще не знает где я живу – но если честно, вера в это была такой хрупкой, что я не решилась распалять ее, не желая в конце потерпеть полный крах.
И вот спустя сорокаминутное путешествие по городу, я наконец-то в своем дворе, стою под фонарем и жадно вдыхаю прохладный ночной воздух, пытаясь уловить запах оборотня. Но присутствия моего нового знакомого не ощущается, вот только мне от этого почему-то не легче.
До моего дома еще изрядно надо топать. Вон он, возвышается в самом конце улицы, дразня яркими огнями в окнах и пугая слабо освещенной дорогой ведущей к центральному подъезду. И вот сама ведь себе всю дорогу твердила, что нельзя медлить, надо действовать быстро, а что в результате? А в результате я продвигаюсь со скоростью улитки, разрываясь между желанием обратиться и убежать как можно дальше отсюда и броситься к подъезду. А еще у меня есть желание, хоть оно и самое слабое, еле ощутимое, призраком касающееся моих мыслей – вернуться домой, к отцу. Дома безопасно, там мне ничто не угрожает и мне не надо постоянно переживать из-за денег и принимать сложные решения, каждый раз боясь сделать неправильный шаг и провалиться в бездну… Но ведь это не жизнь.
Самой от себя в такие моменты противно. Ты давай Майя еще и правда домой вернись, гордая северная волчица, неспособная выжить в реальном мире без денег и опекунства отца. Боюсь, что если я это и правда сделаю, вернусь домой, то навсегда потеряю самоуважение. Я должна быть сильной. Нельзя сдаваться, когда на горизонте появились первые неприятности, хоть они и зубастые и явно неадекватные.
Отогнав от себя всю скопившуюся неуверенность, я поспешила к дому и на каждый мой шаг, в голове только и звучали слова отверженного – «они уже идут» – снова и снова, действуя мне на нервы, хоть я и пыталась всеми силами игнорировать их. Кто идет? Куда идет? Зачем идет? Всего три слова, а столько вопросов. Неужели он предостерегал меня? А от чего может предостерегать отвергнутый если только не от самого себя и своих собратьев?
Ничего не понимаю и, пожалуй, голову над этим ломать не буду, точнее пока не буду. А вот доберусь до безопасного места, за сто с хвостиком километров от этого города – и это как минимум – и подумаю за чашечкой успокаивающего чая с ромашкой и над его словами, и о причине его появления в моей жизни.
«Они уже идут. Они уже идут. Они уже идут» – настойчиво звучало в моей голове. И чем ближе я подходила к своему дому, тем громче звенел в ушах голос отвергнутого. Дошло до того, что мне уже стали мерещится шаги за спиной, а в воздухе закружил запах… Черт! Не зря все-таки все это время чутье волка орало на меня в рупор, сообщая об опасности.