Выбор сердца

Верон Ника

Телефон отвлек на доли секунды бульканьем о доставке сообщения. Машинально, не отвлекаясь от дороги глянул на тот… Всплыло сообщение с фотографией…

— Что за черт… — глянул еще раз и…

На встречу из-за автобуса, полного людей, вылетела машинка. Все остальное произошло в считанные микросекунды. Решение… Он мог уйти влево, резкий разворот, но не факт, что водитель автобуса просчитает его манёвр и даст по тормозам. Получится отделаться пострадавшими и обойтись без погибших. Если нет — в области состоятся массовые похороны. Если попробовать проскочить

по слошной, автобус, вероятнее всего, получится не зацепить. Если же и заденет, то по касательной. При своевременной и правильной реакции получится избежать смертей. Но вот что касается машинки… его «танк» вполне может отшвырнуть ее и хорошо, если без смертельного исхода. Резкое торможение тоже ничего не даст. В лобовой — смертельный исход для нарушительницы ДТП неизбежен. Он просто сомнет ее…

Руль пошел резко вправо. Резкое торможение. Удар. Последнее, что помнил… Женский крик. Истеричный. Отозвавшийся тупой болью где-то глубоко в мозгу. Но был уверен, должно обойтись без жертв. Возможно — пострадавшие…

* * *

2 поздний вечер этого же дня

Санкт-Петербург. Приходил в себя медленно. Как из глубины выбирался. Приоткрыв тяжелые веки, медленно обвел взглядом помещение. Палата. Сделав попытку пошевелиться, почувствовал боль. Ни с чем ни сравнимую.

— Давай без скачков.

Секунда. Осторожно повернув голову, на какую-то секунду прикрыл глаза. Никогда не думал, что окажется в столь незавидном положении. И когда — в канун восьмого марта! Если только его пребывание в бессознательном состоянии не затянулось.

— Димка… — проговорил пересохшими губами.

Хотелось пить. Впрочем, нет, в первую очередь хотелось знать, на сколько всё серьезно. В эту самую минуту должен находиться точно не в палате и не в Питере. Его ждали за десятки тысяч километров.

— Бать, давай-ка помолчишь, — попросил молодой человек.

Радоваться или нет, что у него и сын, и невестка — медики, не знал. Под двойным пристальным наблюдением оказался. Черт бы всё побрал. И ситуация куда серьезнее кольнувшего минувшей осенью сердца.

— Что…

Картина последних минут перед уходом от столкновения, стояла перед глазами. Перепуганная девчонка за рулем. Визг тормозов идущих следом машин.

— Вы единственный серьезно пострадали, — о своем присутствии сообщила Лада. Еще одна неожиданность. Эта здесь какого черта делает. — С девушкой со встречки только истерика.

Догадалась, что может беспокоить? Наверняка. Женщины вообще народ более догадливый. Это не Димка-истукан.

— Переломов нет, — вновь заговорил Димка, перехватив взгляд отца. — Правда, нет, сам смотрел твои снимки, — ответил на мелькнувшее в глазах сомнение. — Сильный ушиб ребер. Так что боль будет, и сильная. Никаких внутренних разрывов и серьезных повреждений не обнаружено. Но под присмотром побыть придется. Иногда последствия после такого удара через день-два проявляются.

— Телефон…

— Исключается.

Учитывая

тон сына — без вариантов. И это — ему, Константинову! Когда бы такое было! Обычно парень особо не упирался, считаясь с его статусом отца.

— Дима… мне только звонок сделать.

Ему. Звонок. Учитывая, что едва языком в состоянии шевелить. Сон необходим для начала. А уже потом — всё остальное.

— Бать, у тебя подозрения на сотрясение, чтоб знал, — голос Дмитрия на этот раз зазвучал достаточно жестко. — Какой телефон? Ты, что, хочешь осложнения получить? Тебе вообще полный покой прописан. Не только телефон, телевизор под запретом, — сложности предвидел, потому и остался в палате, рядом. Медсестрам звездный пациент точно проблем создал бы. С сыном спорить сложнее. Тем более — с достаточно взрослым сыном. — Давай, ты вот это предписание выполнишь без пререканий. Если, конечно, хочешь без последствий и максимально быстро подняться на ноги.

Да не просто хотел. Крайне необходимо это сделать. Пожалуй, впервые в жизни данное женщине обещание не сможет сдержать. Когда бы такое было! И — кому? Любимой женщине. Ждать будет, в том не сомневался. Что себе понапридумывает, бог весть.

— Алексей Петрович, правда, не надо, — вновь о своем присутствии напомнила Лада. — Буквально четыре — пять дней, — продолжала она увещевать. — Поверьте, просто чудо, что обошлось без переломов и более серьезных травм. Не надо усугублять.

Черт бы побрал ту девицу за рулем. Кто только права таким выдает! Ее не то, что за руль машины, к велосипеду близко подпускать нельзя!

— Рита… не звонила?

Вопрос, который, кажется, беспокоил больше собственного состояния. Любимая женщина на восьмое марта остается одна.

— Не звонила, — про полуразбившийся телефон Димка в данную минуту счел благоразумно промолчать. — Послушай, ну, может, тоже какие проблемы, — предположил осторожно. — Вы же до этого регулярно созванивались.

— Вот именно, что — регулярно.

Каждое слово отдавалось в голове необъяснимой тупой болью. Последствия удара? Какой же силы тот был?!

— Ну, хорошо, давай я ей позвоню, — предложил Димка, встретившись на секунду со взглядом Лады.

Вот его любимая жена в данную минуту наверняка уступила бы «незначительной» просьбе уважаемого Алексея Петровича. Любовь у них взаимная и более, чем странная. Черт, снова зашевелилась ревность. Еще не хватало. Без этой гадости проблем предостаточно.

— Не возьмет она трубку, — с уверенностью обронил Константинов. — Я сам должен… — хотя и понял уже, что, как говорится, без вариантов. — Дим, если вдруг позвонит…

— Знать будешь сразу, — заверил молодой человек, на мгновение над чем-то достаточно серьезно задумываясь. — Бать, подожди-ка, ты вообще помнишь, что произошло?

Димку вдруг осенило. Случалось, что после аварий, в результате серьезных ушибов головы, да и просто — шокового состояния, люди теряли память. Кто-то на несколько часов, дней, у кого-то амнезия растягивалась во времени.