Выбор сердца
Шрифт:
— Смыла городскую пыль?
Постаравшись не показать вида, сохранив максимально выдержанный тон, остановившись перед ней, приобнял. Коснувшись легким поцелуем уголка губ, замер. Его руки, «прогулявшись» по изгибам ее соблазнительного тела, окончательно убедили в серьезности проблемы. Ошибиться не мог. Не смотря на уверения в обратном, сильно обиделась. К столу: хоть к завтраку, хоть к ужину, эти дни выходила в его футболках или в соблазнительном неглиже, без нижнего белья. Нет, ничего не происходило. Хватало раннеутренней разрядки, а вечером самого себя заставлял дожидаться перехода в спальню. Но вот прикасаться к себе,
— Думаешь, они помогут, если я всё же попробую… — так и не получив ответ на предыдущий, тихо прозвучал его следующий, правда, не понятно, не то вопрос, не то предположение.
— Ну, если ты готов опуститься до изнасилования — не помогут, — ответила в тон.
— Рит, я извинился, — счел необходимым напомнить Константинов, не торопясь увеличить между ними расстояние. — Тебя в последнюю очередь хотел обидеть, — с долей неуверенности, что Коташову слегка насторожило, продолжая. — Понимаю, как в свете произошедшего может выглядеть со стороны. Пожалуйста, не вскипай, как чайник, — попросил он, дотягиваясь до плоского тонкого футляра на столе. Его очередной презент, сомнений не было…
Цепочка с кулончиком. Не та, которую порвала утром. А вот когда успел приобрести… Если только не заказ. Во время репетиции выходил на улицу после чьего-то звонка.
— Сегодня не за что дарить… — вновь не удержалась от соблазна съязвить.
Обида. Засела где-то глубоко. Сама на себя сейчас злилась. Не тех слов от неё ждали.
— Дарить всегда есть… — перехватив ее взгляд, Константинов тихо чертыхнулся. — Черт, Рит, прекращай, — попросил он, без проблем сдерживая резкость в тоне. — Я хочу сделать тебе подарок. Ни за что. Правда. Забудь ты те слова. Это просто за то, что ты есть, — спокойно продолжал звучать его голос. — Я тебя и в сорочке не трону, если не захочешь, — добавил он, застегивая украшение на её шейке и касаясь легким поцелуем губ.
— Мне в брюках комфортнее, — обронила она и, встретившись с его взглядом, попросила, — Смотреть на меня вот так не надо. Не будет у нас ничего.
А Константинов никак не мог угадать настроение. Не раздражение. Нет. Злость? На кого? На него? Впрочем, на кого ещё. С Петровой проблема решилась бы просто. Примерная цена вопроса в целом была известна. Да и с любовницей вряд ли возникли бы сложности. А вот сейчас… Не любовница и не жена.
— Прямо — ничего? — не получилось сдержать иронии в голосе. — Даже напоследок? Хочешь, чтобы я до восьмого марта мучился? Хорошо, — продолжал, чуть отступив от нее. — А если я… очень сильно извинюсь?
Что подразумевалось под этим «очень сильно», уточнять Рита не стала. Осложнять сегодняшний вечер ни себе, ни уж тем более — ему, не хотелось. Только как объяснить причину. Завись проблема исключительно от неё, нашла бы способ, как решить. Но вот с природой точно не поспоришь и не договоришься.
— Хватит, Лёш. Это мне надо извиниться за истерику. Прости, я… — и снова резко отступила на шаг, при его попытке приобнять. — Не прикасайся ко мне, не надо, правда — проблема. Я не смогу. График этот чертовый плавающий. Сорвалась сегодня утром, прости пожалуйста, — выдала она всё это на одном дыхании.
Как еще доходчиво
2
Санкт-Петербург. — В смысле — график плавающий? — не понял Константинов, с минуту, не сводя с гостьи пристально-изучающего взгляда. — Рит, я не понимаю тебя сейчас… — признался он, а в следующее мгновение, мысленно чертыхаясь, не сводя с неё чуть прищуренных глаз, поинтересовался с максимальной откровенностью, — Подожди, у тебя, что месячные? — судя по тому, как спешно Рита отвела взгляд, избегая встретиться с его, понял, что догадка верна. — Черт, вот оно в чем дело… — при этих словах, подняв ее на руки, перенес в гостиную, усадив на диван. — Сиди, поужинаем здесь.
— Лёш, не надо…
Оглянулся и внимательно посмотрел на нее. Вот теперь её выпады, начиная с момента его возвращения со съемок прошлой ночью, получили вполне логическое объяснение. Да и пижамные штаны не вызывали вопросов. На будущее не мешает подобрать домашний костюм, раз уж в брюках в определенные дни ей комфортнее, — сделал для себя в памяти «зарубку».
— Давай, я сам буду решать, что надо, а что — нет, — предложил Константинов, выходя ненадолго из комнаты.
Уронив голову на руки, Рита глубоко вздохнула. Её за утреннюю истерику убить следовало. Сорвалась, как девчонка. Если бы хоть что-то почувствовала, возможно, получилось бы и собственное раздражение под контроль взять. Но на десять дней раньше!.. Десять… И тут осенило — а ведь всё в срок. Если бы всегда так было…
Подняв голову, с настороженностью посмотрела на вернувшегося Константинова.
— А ты эффектно смотришься с подносом в руках, — обронила она, помогая выставить на столик нехитрый ужин. — Мне, наверно, сегодня на диван надо будет перебраться, чтобы у тебя ночь спокойно прошла, — добавила в тот момент, когда Константинов, открыв бар, собирался взять оттуда бутылку вина. Замерев, резко обернулся, со всей серьезностью предложив:
— Совсем с ума не сходи. На диван она собралась, — обронил, возвращаясь к столику. А вот когда собрался присесть рядом, Рита стремительно переместилась по дивану, едва не задев столик ногой, чем вызвала неподдельное недоумение Алексея. — Рит, в чем дело? — не понял он, наполняя вином бокалы. — Или палку все-таки перегнул? — а вот второй вопрос прозвучал с тенью настороженности. Утром сегодня, что прекрасно понимал, слегка увлекся. Слишком мало ласки, слишком быстрый секс. Не для неё такой вариант.
— Проблем тебе создавать не хочу, — буркнула Рита, не понимая, почему не стало легче после того, как Константинов догадался о происходящем с ней. Хотя, нет, наверно одно объяснение всё же было. Алантьев, да и не только Алантьев, на данный период времени просто исчезали из ее жизни. Не нужной становилась. С Константиновым сложнее. Не он у неё, она у него в квартире. И главная помеха… — Я не думала, что так получится, — а вот в данный момент, кажется, сделала попытку оправдаться. Только за что, понять не мог. — Ты сам говоришь, я на тебя действую…