Выбор для двоих
Шрифт:
– Тебе что уже не нужна работа? – надменно вопросил он. Мне показалось или его действительно задело моё показное равнодушие? – Похоже, ты передумала, – усмехаясь, добавил он.
Я вскинула глаза, холодно и дерзко взглянула на своего «благодетеля». Он слегка опешил. Определённо его задела моя реакция.
– Я не понял, – с раздражением протянул он.
– Прости, Марк. Думала о своём. Не сразу поняла, что ты предлагаешь мне работу. Конечно, она мне нужна, – проговорила я, по-прежнему ожидая подвоха с его стороны.
– Пойдёшь
А вот и он. Подвох.
– Ты мне шпионить что ли за ним предлагаешь?! – изумлённо воскликнула я.
– Ну, так, дорогая! Другой работы нет и не будет. Я тебе обещал работу по специальности? Я тебе её представил. Значит, свою часть обязательств я выполнил. А ты поступай, как знаешь, – хмуро заявил он.
– Хорошо, – озадаченно произнесла я. – Можно, я сообщу свой ответ завтра?
– Думай. Но не долго. Желающих на вакантную должность полно, – жёстко проговорил он и ушёл, бросив косой взгляд на Ваню.
Вот урод. Мало того, что мне предлагает опускаться всё ниже и ниже, принимая его условия, потому что деваться мне абсолютно некуда, и я только всё сильнее запутываюсь в его липкой «сети». Так ещё и на ребёнка мечет взгляды, полные презрения. Хорошо ещё Ваня не понимает этого. Но плохо, что в ответ малыш смотрит на этого бездушного типа глазами, полными любви и обожания. И всё ждёт, что тот будет вести себя с ним так же, как ведут себя другие папы со своими детьми.
От этого сердце моё сжималось. Вот тебе и мать – одиночка! Не думала, не гадала, что ребёнок так сильно будет хотеть папу… собственно как все дети. Не думала. А должна была думать, прежде чем связываться с таким гадом.
Ну что же, господин, Заболоцкий. Надумала я. Условие мне поставили? Так я его принимаю. А что вам сообщать или не сообщать, буду решать по ходу, со злостью думала я.
***
Марк
Вот бестия! Пялится на меня своими ведьминскими карими – зелеными глазищами. Ну, прямо Вау! Туповатую включает: Прости… Думала о своём… Не сразу поняла… Да всё ты поняла. Шоу передо мной устроила. Цену себе набивает. Хоть и запоздало, а с досье я твоим ознакомился. И теперь вижу тебя насквозь!
Аж, побелели костяшки пальцев, с такой злостью, я крепко сжал кулаки. Боли не почувствовал. Зато почувствовал, что эта так называемая законная жена доставит мне ещё немало хлопот и головной боли. Изрядно понервирует.
Затрезвонил мобильник. Я взглянул на дисплей и принял вызов.
– Марк, ты где? – нервно спросила Илона.
– Дома. Со своей законной женой, – зло брякнул я в трубку. На тридцать секунд в трубке повисла тишина. Я усмехнулся. Наверное, Илона переваривает полученную информацию.
– С какой женой? – истерично завопила она. – Ты не говорил, что женат!
– Ну вот, теперь говорю, – с усмешкой выдал я. – Послушай, Илона, в наших отношениях всё без изменений. Я тебе сам перезвоню. Позже, –
Я действительно не собирался рвать отношения ни с ней, ни со второй своей любовницей – нежной блондинкой Джеммой с небесно – голубыми глазами. Мягкой покладистой и послушной… Они обе как лёд и пламя создавали тот женский баланс, который полностью меня устраивал.
Ну не эту же замороженную стерву тащить к себе в постель. Хотя желание разморозить её в последнее время посещало меня всё чаще.. Особенно, перед сном.
Уже завтра мне предстоит снова перелёт к дяде на остров в средиземном море. Слава богу, без этой… Я должен продемонстрировать ему оригинал брачного свидетельства и объяснять почему «жил» два года в гражданском браке.
***
Дэн
Я сидел мрачный. Уже в сотый раз перемалывая в голове слова Киры: За что простил? За то, что сам устроил мне эту подставную «фотосессию»…
А потом дружка своего заслал…
Её слова, словно раскалённым железом, жгли мозг. Её взгляд, полный негодования, презрения я чувствовал будто и сейчас на своей коже. Но главное, ощущал себя полным козлом. О том, что чувствовала все эти годы Кира, как низко и подло я поступил с ней, старался даже не думать. В душе зарождалось позднее раскаяние, смешанное с чувством вины. Можно бесконечно во всём винить Антона, который пошёл на этот подлог. Но я знал, что виноват во всём сам. Ведь с самого начала мне эти фото показались смутно знакомыми. Но я не придал этому значения. Мой разум затуманился от ревности и ярости. Как могла, как посмела Кира изменить мне с моим лучшим другом?!
Я сам не дал шанса ни себе, ни Кире прояснить ситуацию. Разобраться в случившимся…Рубанул с плеча. Так завёлся… Неужели я так ревнив? Бред какой – то. Словно бес попутал.
От невесёлых дум меня отвлёк звонок телефона. Я напрягся: Кто там ещё по мою душу? Одолели в последние дни кредиторы. Все хотят денег. Ещё одна моя головная боль.
Мобильник разрывается. Лучше ответить. Иначе он просто вынесет мне мозг.
– Привет, Денис. Что у вас там произошло? – услышал я в трубке голос Кагановского своего главного спонсора. Как я считал, уже бывшего.
– Добрый день, Александр, – вмиг преобразился я, подтянувшись, словно стоял перед ним навытяжку. – Да натворил тут без меня дел Стас… Я его уже уволил, – начал оправдываться я.
– Стаса верни, – хрипло произнёс Кагановский.
– Он же…, – начал было я.
– Я сказал, верни этого оболтуса – наглого экспериментатора. Он сейчас будет нужен, – глухо проговорил Кагановский.
– А как же Лайма? – нервно вопросил я.
– Она сама виновата. Я ей не разрешал. Сюрприз хотела мне сделать. Ну, вот в следующий раз будет ставить меня в известность,– усмехнулся он. У меня сразу отлегло от сердца. Но как оказалось, рано. – Тут дело такое. Одному человечку надо внешность изменить. Причём, кардинально. Я никому не могу довериться, кроме тебя.