Выбор Девлина

Брей Патриция

Священник подошел к стене и прикоснулся пальцами к мозаике, которой была выложена карта. Камень Души, отождествляемый с Избранным, уже не сиял чистым рубиновым светом, а потускнел и лишь слабо мерцал, указывая, что Избранный близок к смерти.

– Брат Арни, – окликнули его сзади.

Священник вздрогнул и обернулся. Он не слышал, как вошел герцог. Первый рыцарь короля встал перед алтарем и небрежно поклонился.

– Ваша светлость, – отозвался брат Арни, – чем могу служить?

Герцог Джерард обогнул алтарь и, приблизившись к священнику,

кивнул на карту.

– До меня дошло, что дела Избранного идут неважно, и я захотел убедиться в этом сам.

Брат Арни заморгал от неожиданности – раньше герцог не проявлял такого участия. Претендентами на Избрание всегда занималась капитан Драккен, и о гибели очередного защитника королевства обычно извещали ее же. Наверное, герцог так озабочен, потому что последний Избранный получил задание от королевского Совета, и, конечно, герцога Джерарда как старшего советника волнует его судьба.

– Положение очень серьезное, но взгляните сюда. – Брат Арни показал на Долгое озеро, а потом пальцем прочертил маршрут Избранного до того места, где он находился сейчас. – Я каждый день смотрю на карту. Избранный приехал на Долгое озеро, а потом покинул его. Заклятие уз не отпустило бы его оттуда, если бы он не исполнил свой долг. Думаю, он уничтожил озерного монстра.

– Возможно, – веско произнес герцог. – Хотя вполне вероятно и другое: чудовище тяжело ранило Избранного, и он умирает, а кто-то из его сопровождения увозит его от озера.

Такого мрачного исхода брат Арни как-то не предполагал.

– Доложите мне, когда Избранный умрет, – велел герцог.

– Как вам будет угодно, – ответил священник.

Дождавшись ухода герцога, брат Арни опять перевел взгляд на карту. Камень Души, похоже, потемнел еще сильнее.

– Я буду просить Богов сохранить тебе жизнь, – прошептал жрец, обращаясь к рубину, как будто Избранный мог его услышать.

Брат Арни вернулся к алтарю, вновь распростерся на полу и начал молиться.

XIV

Девлин лежал в бреду, блуждая по лабиринтам снов, и наслаждался видениями тех далеких счастливых дней, когда он, молодой кузнец, ухаживал за неприступной красавицей Керри. Рука об руку они бродили по улицам Альварена, уверенные, что в мире нет силы, способной их разлучить. Он мастерил изящные украшения и острые клинки и дарил их своей возлюбленной, безумно гордясь ее смертоносными умениями. Она вдохновляла его, поднимая к новым вершинам кузнечного искусства. Слава молодого человека росла, и опытные кузнецы начали поговаривать о том, чтобы принять его в свою гильдию.

Девлин до боли желал раствориться в светлых воспоминаниях о том времени, когда будущее обещало ему так много – до того дня, когда они узнали о Новых Землях и когда он сделал роковой выбор, обернувшийся проклятием. Но грезы Девлина неизменно омрачались, и раз за разом он переживал тот страшный миг, когда вернулся и обнаружил бездыханные тела своих родных в луже крови.

– Нет! – кричал Девлин, однако демоны прошлого

не давали ему покоя, и он снова и снова погружался в кошмар.

Через несколько часов – или дней? – он очнулся. Беспокойно пошарив рукой рядом с собой, Девлин ощутил шелк простыней и понял, что лежит в мягкой постели. Он открыл глаза и увидел над головой зеленый полог. Послышались чьи-то шаги.

– Ни? – позвал Девлин. Над ним склонилась немолодая женщина в бледно-лиловом платье.

– Краад? Ционнас? – спросил он. Женщина улыбнулась и покачала головой.

– Прости, я не понимаю твоего языка, – мягко сказала она, положив ладонь ему на лоб.

Девлин на секунду напрягся и повторил на торговом наречии:

– Где… когда?

Женщина отняла руку и кивнула.

– Жар спал, – проговорила она. – Отдыхай и ни о чем не тревожься. Пока тебе довольно знать, что ты в доме у лорда Бринйольфа.

Память вернулась к Девлину внезапной вспышкой. Озеро. Битва со скримзалем. Он уехал из Гринхольта, и в дороге его скрутила лихорадка. Он припомнил, что его ощущения начали постепенно стираться, в то время как лицо менестреля становилось все серьезнее. Потом все оборвалось…

– Где Стивен?

– С юным Стивеном все в порядке. Он все время спрашивает о тебе и будет рад узнать, что ты пошел на поправку. Отдохни немного, а потом сможешь поговорить с ним.

Женщина развернулась и вышла.

Он не хотел отдыхать. В последнее время он только и делал, что отдыхал – то после сражения, то после болезни. Он ненавидел себя за проявленную слабость, которая вынуждала его зависеть от этих совершенно чужих ему людей. И еще он боялся, что к нему вернутся кошмары.

– Я не хочу отдыхать, – твердо сказал он и попытался сесть в кровати. Ему удалось приподняться на локте, но рука задрожала от усилия.

– Тебе нужен отдых, – сказала женщина, которая вернулась с чашкой, до краев наполненной темной жидкостью. – Выпей.

Девлин заколебался.

– Выпей. Обещаю, сновидения не будут мучить тебя.

Почему он должен ей верить? Девлин с сомнением посмотрел на женщину и только сейчас разглядел серебряный медальон у нее на шее, означавший, что она – целительница.

Он принял из ее рук чашку и одним глотком выпил горький настой.

– Никаких снов, – сказал он.

Увидев, как пожилая целительница вышла из комнаты Девлина, Стивен вскочил со стула.

– Как он, госпожа Маргарета?

Женщина улыбнулась.

– Лихорадка спала. Он пришел в себя.

Стивен облегченно вздохнул. Последние три дня были сплошной мукой. Все они переживали, сумеет ли госпожа Маргарета вырвать Избранного из лап смерти. Пока Девлин лежал в горячке, бессвязно бормоча что-то на своем языке, Стивен изнемогал от страха, что Избранный умрет по его вине.

Проехать по лесной тропе оказалось еще труднее, чем он ожидал, и хотя к закату они все-таки добрались до поместья лорда, госпожа Маргарета сказала, что скорее всего драгоценное время потеряно…