Выбор Девлина

Брей Патриция

– Я благодарна тебе за то, что ты положил конец убийствам, – сказала капитан, – но лично мне ты ничем не помог. Если бы ты столкнулся с шайкой вооруженных разбойников, я смогла бы убедить короля разрешить моим гвардейцам патрулировать дороги.

– Лучше бы я каждый день сражался с целой бандой разбойников, чем один раз увидел тот кошмар, – безучастно ответил Девлин. – Не я решил их судьбу, они сделали это сами.

Глаза его гневно сверкнули, и капитан поняла, что обидела Девлина. Она постаралась смягчить ситуацию:

– Ты отлично справился. Правда, теперь я дважды подумаю, прежде

чем остановиться на ночь в трактире.

На лице Девлина промелькнула такая короткая улыбка, что капитан даже решила, что ей просто почудилось.

– В Дункейре нет постоялых дворов, и я лишний раз убеждаюсь в мудрости наших традиций.

Капитан Драккен запомнила слова Девлина, чтобы позже поразмышлять о них. И почему она не догадалась получше расспросить его, когда он только пришел в Кингсхольм! Но она не ожидала, что он выдержит посвящение, да и никто не ожидал. А потом, когда он уже был избран, она думала, что он окажется таким же никчемным, как и его предшественники, и поэтому не считала нужным обращать на него внимание.

Все ли в Дункейре такие, как Девлин? Во дворце капитан расспросила людей, что им известно о кейрийцах, но знания придворных о жителях Дункейра были ничтожно малы и к тому же весьма противоречивы. За годы, прошедшие после завоевания Дункейра, лишь немногие отважились на долгое путешествие в те края. Несмотря на то что уже почти пятьдесят лет провинция находилась под контролем королевской армии и чиновников, присланных из Джорска, Дункейр стал не больше частью королевства, чем в первый день после завоевания. Кейрийцы упрямо придерживались своих традиций, но пока они исправно платили налоги, король их не трогал.

И все-таки капитану удалось кое-что разузнать – например, «Девлин Стоунхенд» почти наверняка не то имя, которое этот человек получил при рождении. В Дункейре принято в течение жизни несколько раз менять имя, отражая изменения, происходившие в судьбе человека. По правилам, Девлин должен был представиться, назвав данное от рождения имя, ремесло и место, где он жил. Более официальное представление требовало назвать обоих родителей, а если у него есть жена, то ее саму, ее родителей и всех своих детей.

Но Избранный сказал только, что его зовут Девлин Стоунхенд. Один придворный объяснил капитану Драккен, что это лишь короткое имя, которое часто брали себе те, кто больше других общался с джорскианцами и перенял некоторые их обычаи. Совсем обратное рассказала женщина – отставной лейтенант, которая служила в Дункейре. По ее словам, такое короткое имя означало, что человека, его носящего, изгнали из родных мест за какие-то преступления либо он по собственной воле навсегда покинул Дункейр.

Кто же он, незнакомец, сидящий напротив нее и потягивающий цитрин так спокойно, словно промочить горло с дороги – его единственная забота? И как она может ему доверять, если не знает о нем правды? Или ей нужно подождать, пока он сам расскажет о себе? Судя по суровым очертаниям его подбородка, вряд ли этот день наступит.

Капитан вздохнула, и Девлин, очевидно, принял это за сигнал, потому что поднялся из-за стола.

– Спасибо за вашу любезность, – поблагодарил он. – Если вы узнали все, что хотели, я пойду к себе. Хоть я и ехал верхом, путь

из Аставарда все же неблизкий.

Капитан Драккен кивнула.

– Разумеется. Не забудь отдать главному распорядителю список своих расходов, и он тебе все возместит. Во дворце все идет, как обычно, и если не случится ничего такого, что потребует срочного отъезда, ты можешь приступать к своим основным обязанностям.

– Тогда мне лучше надеяться, чтобы следующее задание не заставило себя ждать, – сказал Девлин без тени сарказма.

– Будь осторожен. Придворные интриги – очень опасная игра, а теперь, когда ты вернулся, обязательно найдутся те, кто захочет тебя использовать – к добру или к худу, не знаю, – предупредила Девлина капитан.

– Пусть попробуют, – ответил он.

IX

Всю неделю после своего возвращения Девлин, как мог, избегал появляться при дворе. Ему пришлось сделать исключение только для еженедельного обеда, за которым собиралась вся свита и обязательного присутствия на котором требовал придворный этикет. На этом обеде он чувствовал себя еще хуже, чем на первом. Если раньше молодые аристократы открыто его игнорировали, то теперь, наоборот, искали его общества и с намеренным преувеличением осыпали всяческими похвалами. Но Девлин видел, что они просто издеваются над ним, соревнуясь между собой в умении нанести наиболее тонко завуалированное оскорбление.

Многие были бы рады, если бы он вообще не выходил из своей комнаты и оставался инструментом, который можно убрать на полку и держать там, пока он не понадобится снова. Но Девлин был живым человеком, а не инструментом – несмотря на все, что сделал он и что с ним сделало заклятие уз. Он не мог сидеть сложа руки, без конца ждать и думать, потому что каждый раз, закрывая глаза, видел перед собой лица умерших близких. А теперь к ним присоединился еще один мертвец, безмолвно осуждавший его, – маленький Ян.

Девлин начал изучать окрестности замка. Он нашел тренировочную площадку и, наблюдая за четкими упражнениями стражников, ощущал смутную близость с ними. Хотя их оружие отличалось от кейрийского, принципы обучения были теми же; Керри наверняка встретила бы здесь немало родственных душ.

Глядя, как стражники тренируются с короткими мечами, Девлин вспомнил схватку в трактире.

Топор не годился для сражения в таком узком пространстве. Победу ему принесло не умение, а удача, но, может быть, в следующий раз он сам постарается привлечь удачу на свою сторону. Он не научился владеть мечом, однако существуют и другие виды оружия для ближнего боя. Когда-то он умел пользоваться таким оружием; теперь надо восстановить прежние навыки.

Девлин еще раз заглянул в кузницу мастера Тимо. Как он и думал, тот принял его довольно холодно. Тем не менее Девлин мог рассчитывать, что королевский оружейник сделает то, что нужно, и будет об этом помалкивать – пусть о его планах пока никто не знает. Пользуясь своим положением, он настоял, чтобы мастер Тимо изготовил для него особые ножи.

Через пару дней Девлин осмотрел первый готовый нож и объявил, что полностью доволен работой. Мастер Тимо пообещал, что остальные ножи будут готовы уже завтра.