Выбор 515

Макара Дэйв

Блин, вот всем вокруг нравится Габби!

Даже Зои!

Я вздохнул.

А мне – нет…

Почесав затылок, вышел следом за старпомом и «завис», решая куда дальше лыжи навострить?

Вроде как и надо заняться своими изысканиями червоточины, но там и так Зои с Габби, так что без меня освятится, экипаж по расписанию занят, а я…

Эх, бедный я, несчастный…

Пойду, вздремну.

А то ведь Зои права, как ни крути – иногда надо и просто поспать!

Вызвал «самокат», неторопливо покатил к себе, время от времени

здороваясь с членами экипажа, по «дневному распорядку», снующими по служебным обязанностям.

Эх, хороший у меня экипаж, душевный, понимающий…

А все «не душевные и не понимающие», гм, как-то не приживаются.

Или это потому, что четыре пятых моего экипажа – слабые маги, которые остальных НЕ магов, съедают походя и поплевывая косточками во все стороны?

Маги-маги-маги…

Бля, МАГИ!

От неожиданной мысли я дернул руль и вписался в стенку, благо хоть скорость была не велика, а череп прочен, а так бы вмятиной не отделался.

На стене вмятиной, а разумеется…

Ох уж эта магия!

Дождавшись самоката взамен поломанного, развернулся и рванул в лабораторию, кое-что проверить, но…

Рубь за десять, теперь я точно верю в то, что Тай МагКи ждет нас если и не целехонькой, то хотя бы не съеденной подчистую, а так же точно знаю что случилось в трипланетной системе прямоходящих ящериц-хамелеонов!

Магия, блин!

Везде и во всем виновата магия!

И ведь исследования Ведьмы прямо намекали на такой поворот событий, а я…

От нетерпения притоптывая, с трудом удерживался от крепкого словца, по поводу еле ползущего вниз, лифта.

– Наконец-то! – Вырвалось у меня и я, забыв вызвать самокат, серой молнией помчался в свою лабу.

Эх, сейчас бы мне в помощь магичку, уровня Ванды…

Я отогнал непрошенную тоску и ввалился к себе в лабу, уже точно прицеливаясь, что мне надо.

Магички, конечно, у меня нет, но вот есть я сам!

Маг, я, конечно, так себе, но…

Другие еще слабее!

Создав одну защитную сферу вокруг чашки Петри с пророщенными семенами аграфейника с помощью магии, а вторую с помощью псионики, принялся облучать обе чашки стандартным нейтрализатором, получив, в результате, преинтереснейший факт – чем выше уровень наносимого удара, тем больше разницы внутри!

На максимальном уровне, псионика снимает 50% мощности, но оставшаяся часть угнетает рассаду.

Магия же, на том же максимальном уровне наносимого повреждения, снижает только 43% процента, заставляя остаток подпитывать само заклинание и рассеивая оставшуюся часть по поверхности защитного конуса и сбрасывая вокруг, без проникновения!

Поигравшись с магозащитой, полученные данные скормил лабораторному искину и принялся сравнивать поражающие факторы.

Как и ожидалось – радиоактивность магию разрушает, псионику ослабляет частично. А вот стольлюбимый архами нейродеструктор, на магию не действует – защита ведется на ином уровне, без привлечения такого печального и

слабого звена, как человеческий фактор.

А если комбинировать магию и псионику, хотя бы на самом «детском уровне», то получается премилая штучка – нейродеструктор нивелируется магией, а выпущенные ядрен-боеголовки не взрываются, разрушенные псионикой!

Да, маг и псион, в этом случае, могут быть и вовсе не «А-ранговыми»!

Достаточно В-7 или, в идеале, В-3!

Собравшись духом, «постучался» в личку Габби и попросил ее придти, помочь мне с одним экспериментом – уровень у нее сейчас невысокий, но вот опыт – как бы не полутысячелетний!

Не скажу, что Габби была счастлива, но пришла, к моему удивлению, всего через 15 минут, причем, гм, при полном параде…

Не хватало только чулок с подвязками…

В результате – мы снова полаялись, но спортивный азарт двух сумасшедших ученых взял-таки верх и…

« - Это все не так! Это все не правильно! – Настя, худощавая, красивая, ровно такая, как я ее помнил всегда, встала напротив меня. – Но я не хочу… Не хочу, чтобы ты достался ЕЙ! Кому угодно – Ленке, Янке, Ольге! – Но только не Наташке!

– А я ее и не буду… - Я развел руками, мысленно проклиная Наташку, которая все-таки «сделала лучше», рассказав Насте, о том, что я в нее долго и безнадежно влюблен. – А ты, раз узнала… Ну, значит, мне просто пора. Да мне давно было пора. Ты же меня никогда не полюбишь, так нафиг начинать-то что-то?!

Я подозвал симпатичную девушку-официанта и оплатил счет.

Эх, не орала бы Настя так, на всю кофейню, так я бы в этом подвальчике и продолжал отсиживаться вечерами, когда от тоски выть хочется, а теперь…

На ее голос слетелись «погреть уши» все, кому не лень, от баристы-бориски, до всех трех девчонок-официанток!

– И, вот так уйдешь? – Настя откинулась удивленно на спинку стула и захлопала ресницами, ожидая ответа.

Эх, вот что ей сказать, а?!

Что этот разговор у нас с ней не первый?

Что я пробовал построить с ней отношения?

Что я пробовал уйти к Наташке?

Что лететь вниз головой три десятка метров с «замороженной» новостройки – это очень долго, а приземляться – очень больно?

Что я пробовал…

Да все я попробовал.

И все, и всегда, заканчивалось одинаково – я возвращался в это чертово кафе, где Настя неторопливо и со вкусом, вырезала мне сердце кофейной ложечкой?

Оплатив счет, оставил Настю сидеть, а сам пошел к выходу.

Это плохо, очень плохо, безумно плохо, когда «контрольная точка» оказывается поставленной в неудачном месте.