Выбитый генералитет
Шрифт:
— Напомните всем парашютистам, чтобы не мешкали при десантировании. Выброска должна быть плотной, иначе не миновать большого рассеивания на земле.
— Непременно, — отвечал Якир. Голос у него был спокойный, уверенный, с легкой картавинкой.
А на аэродромах, где находились десантники и самолеты, давались последние указания.
В строю — рослые парни, облаченные в комбинезоны, матерчатые шлемы. У каждого, кроме парашюта, оружие, боеприпасы, нож, лопатка, фляга.
Вдали слышался рев моторов. Шло последнее опробование моторов.
Но вот
— По самолетам! — И десантники направились к тяжелым бомбардировщикам.
В небо взвилась красная ракета. Один за другим самолеты поднимались в воздух и ложились на курс. Они летели к месту выброски десанта, к Броварам, звено за звеном, эскадрилья за эскадрильей.
Самолеты обладали большой грузоподъемностью, но не были приспособлены для перевозки людей. Во время полета парашютисты размещались в крыльях за бензобаками, в проходе между кабиной летчиков и радиорубкой, у бомболюков, где было неудобно. Прыгать же приходилось не только из дверей, но и с плоскостей самолета, добираясь до назначенного места ползком, цепко удерживаясь за протянутый металлический трос.
Где-то внизу пролегала «линия фронта». Опережая десант, первыми к месту выброски прилетели самолеты-штурмовики и бомбардировщики. Они нанесли удары по противовоздушным орудиям «противника», командным пунктам, узлам связи, нарушив систему управления.
В ожидании прибытия наркома, командарм Якир был у центральной трибуны, где находились командующие всех военных округов, а также зарубежные гости.
Ворошилов приехал не один. С ним были его заместители, руководители Украины: Косиор, Постышев, Петровский.
— Начнем, — сказал нарком, выслушав рапорт Якира.
К большой, вывешенной перед трибуной схеме вышел помощник руководителя учения, комдив: в петлицах гимнастерки алели два ромба. Водя указкой по схеме, он стал объяснять сложившуюся в ходе учения обстановку.
Западной стороне удалось оттеснить «восточных» и, имея превосходство, добиться успеха на главном направлении. С целью задержки подхода их резервов командование «восточных» приняло решение на выброску воздушного десанта. Задача его заключалась в захвате переправ через Днепр и удержание их до подхода своих наступающих главных сил.
— В настоящее время, — говорил комдив, — самолеты с десантом в воздухе. Они поднялись с аэродромов, находящихся от места десантирования почти в трехстах километрах. Ровно в двенадцать ноль-ноль они достигнут назначенного района и приступят к выполнению боевой задачи.
Находящиеся на трибуне и вблизи ее военные взглянули на свои часы. Стрелки показывали одиннадцать тридцать.
— Самолеты с десантом имеют надежное прикрытие истребителей, — продолжал объяснение комдив. — Они сопровождали их на всем пути. А другая группа самолетов уже наносит удары по наземным целям «западных».
В том направлении, куда указал помощник руководителя учения, все увидели кружившие самолеты. Оттуда доносились глухие взрывы бомб и частые строчки пулеметных очередей. Там находились зенитные батареи, и самолеты «уничтожали» их.
Последовательность
Он поглядывал то на часы, то в небесную даль, где должны появиться самолеты с десантом. Он знал, что на каждом воздушном корабле находится до трех десятков человек, что на парашютах будет сброшено тысяча двести десантников и всего за несколько десятков минут.
Вслед за первым эшелоном подойдет второй, который доставит тяжелое вооружение. А потом на захваченный аэродром приземлятся самолеты с посадочным десантом и высадят целую стрелковую дивизию с орудиями, танками, автомобилями…
В ожидании самолетов руководитель учения испытывал волнение. Где они? Когда появятся?
— Якир, где же ваши самолеты? — взглянув на часы, спросил Ворошилов.
— На подлете, товарищ нарком, — ответил он, предупрежденный радистом. Авиационная рация находилась неподалеку от трибуны. И тут все услышали далекий, едва различимый мерный гул, исходивший от множества самолетов. Якир вгляделся в небо, потом поднес к глазам бинокль и увидел черточки широких плоскостей бомбардировщиков. Черточек было множество, их невозможно было сосчитать. Шел десант.
И все, кто находился на трибуне и подле нее, устремили взгляды в сторону приближающихся самолетов. Они летели тройками, словно стая птиц. От мощного гула сотен моторов воздух упруго вибрировал, в мелкой лихорадочной дрожи, казалось, билась земля.
Первое звено приближалось, в бинокль были видны колеса шасси, надписи на плоскостях, проем распахнутой двери на фюзеляже. И вдруг из этого проема, плоскостей, густо посыпались точки.
— Прыгают!.. Началось!.. Пошли!.. — послышались голоса наблюдавших.
Десантники падали не долго, потом над ними вырастал длинный шлейф строп и еще не распустившегося шелка купола. В следующий миг они оказывались под куполом. Подошла вторая волна самолетов и с них снова посыпались точки, а распустившиеся купола составили как бы второй ярус. Не успели первые десантники достигнуть земли, как подлетела третья волна самолетов.
Якир наблюдал эту картину с волнением. Он более всего боялся, что десантирование затянется. Но нет, опасение оказалось лишним: оно продолжалось в точно назначенные минуты.
— Они прыгают, как боги! — донесся чей-то восторженный возглас.
Запрокинув голову, застыл французский генерал, пытаясь сосчитать купола на небосклоне. Рядом с ним, надвинув на лоб фуражку, вглядывался в необыкновенное зрелище высокий чех. Экспансивный итальянец восторженно восклицал:
— Колоссаль! Брависсимо! Мольте бено!
Не мог скрыть своего восхищения и Якир, руководитель учения. Он воочию видел, как то, что еще было теорией, теперь воплотилось в реальность, что перед всеми — новый род войск, рожденный в Красной Армии, сильный, дерзкий, неустрашимый.