Ввысь
Шрифт:
— Штопор, мне приказано не ввязываться в битвы.
— Мы найдем способ обойти твои приказы. Не волнуйся.
— Хм… — Похоже, мои слова его не убедили. — Может… найдется способ удовлетворить ваши странные человеческие желания, не вступая в настоящий бой. Хотите острых ощущений? Что, если я спроецирую для вас битву?
— Ты имеешь в виду, как в симуляторе?
— Вроде того. Я могу спроецировать голограмму дополненной реальности прямо на фонарь. Вам будет казаться, что вы в боевой обстановке. Сможете понарошку лезть на рожон
— Ха, — заинтересовалась я. Ну, хотя бы можно проверить оперативность его реагирования в симуляции. — Давай.
— Поднимитесь на одиннадцать тысяч футов, и я погружу вас в Битву за «Альту».
— Но я вернула запись Коббу.
— Я снял копию. — Он помедлил. — Я поступил плохо? Мне показалось, вы захотите…
— Нет, все в порядке. Ты можешь симулировать только эту битву?
— У меня есть корректное трехмерное изображение только для нее. Это проблема? О! Ваш отец. В этой битве ваш отец стал предателем, и вы эмоционально уязвимы, так как вас преследует ощущение измены и несостоятельности! Упс.
— Все в порядке.
— Вместо нее я могу попробовать…
— Все в порядке. — Я подняла корабль до указанной отметки и скорректировала позицию с помощью маневровых двигателей. — Запускай симуляцию.
— Ладно, ладно. Нечего ворчать только потому, что я вас оскорбил.
Вспышка света, и я очутилась посреди боя.
Все было как в симуляции, только я летела на настоящем корабле. Голограмма сияла и была слегка прозрачной, словно меня окружали призраки, но так и должно быть, чтобы я отличала ее от реальности и не врезалась случайно в какую-нибудь скалу.
М-Бот сказал, что просто спроецировал изображение на мой фонарь, но для меня все выглядело трехмерным. И сражение казалось удивительно реалистичным, особенно когда я запустила ускоритель и ринулась в самую гущу. М-Бот постарался даже воспроизвести звуки в кабине, когда мимо проносились другие корабли.
— Я могу симулировать деструкторы, хоть они и не установлены.
Ухмыльнувшись, я пристроилась к паре кораблей АОН. Когда я нырнула вслед за креллом, которого кто-то накрыл ОМИ, М-Бот сумел подредактировать симуляцию — и моя цель взорвалась в желанной вспышке света.
— Так, — сказала я. — Как мне активировать дистанционные датчики?
— Я могу их активировать. Готово.
— Удобно. Что еще ты умеешь делать по устной команде?
— У меня есть доступ к системам связи и маскировки, и я могу перезарядить щит. Однако в соответствии с галактическим законом мне запрещено управлять ускорителями и системами вооружения, в том числе ОМИ. У меня нет физического подключения к этим системам, только для диагностики.
— Ну ладно. Включи переговоры командиров звеньев — пусть все происходит будто в реальном времени.
— Готово. — Рация ожила. — Обратите внимание, звук может не совпадать с изображением, так как вы вмешиваетесь в ход битвы.
Я кивнула и бросилась
И это было великолепно. Я выполняла развороты с креном и стреляла, применяла ОМИ и ускорялась, крутилась среди вспышек взрывов и отчаянных истребителей. Корабль демонстрировал непревзойденную маневренность, и я постепенно привыкала, все больше пользуясь его преимуществами. За полчаса я сбила четверых креллов — личный рекорд, при том что в щит попала всего пара скользящих выстрелов.
Главным преимуществом была безопасность. Никто из друзей не рисковал погибнуть. Совершенно новый уровень симуляции, но по-прежнему без угрозы жизни.
«Боишься, — раздался шепот внутри. — Боишься битвы. Боишься утрат».
Теперь этот голосок нашептывал постоянно.
Я загоняла себя до седьмого пота. Сердце колотилось. Сосредоточилась на крелле, в которого попал залп из деструкторов другого корабля. Должно быть, щит у него на пределе. Я прицелилась, и…
Мимо, паля из деструкторов, пронесся корабль и опередил меня с атакой. Крелл канул в забвение. Я сразу узнала пилота. Отец.
Другой корабль занял позицию напарника рядом с ним.
— М-Бот, дай мне переговоры этих двух, — попросила я, ощутив дрожь внутри.
На линии затрещало, переговоры командиров звеньев стихли. Их место заняли голоса отца и Дворняги.
— Хороший выстрел, Охотник, — сказал Кобб. Точь-в-точь его голос, только без вечного цинизма. — Горячие камни! Ты сегодня в ударе!
Отец заложил обратную петлю. Я пристроилась рядом, напротив Кобба. На крыле… у отца. Величайший человек из всех известных мне.
Предатель.
«Я тебя ненавижу, — подумала я. — Как ты мог это сделать? Ты хотя бы задумался, что будет с твоей семьей?»
В погоне за парой креллов он ушел в разворот с креном, я следом, приклеившись к сияющему прозрачному силуэту.
— Я достану их ОМИ. Попробуй сбить.
Услышав его голос, я подавила очередную вспышку эмоций. Как можно одновременно любить и ненавидеть человека? Как примирить его образ — вот он стоит с гордо поднятой головой в тот день, когда мы выбрались на поверхность, — с теми ужасными поступками, про которые я узнала?
Стиснув зубы, я попыталась сосредоточиться на битве. Креллские корабли повернули к более крупной стычке, чуть не столкнувшись с истребителями АОН. Отец тут же ушел за ними в петлю. Кобб позади рассмеялся.
Я прицепилась к отцу, держась у него на крыле. В тот миг мир вокруг сузился до погони. Только я, призрак отца и вражеский корабль.
Крен вправо.
Быстро подрезать.
Развернуться.
Снова вправо.
Облететь взрыв.
Я без остатка отдалась погоне, но все равно понемногу отстала. Повороты отца были слишком резкими, движения слишком точными. Даже с превосходящей маневренностью М-Бота я отцу и в подметки не годилась. За его плечами были годы опыта, и он просто знал, когда ускориться, а когда повернуть.