Вулкан
Шрифт:
– Диски какие-то… Флешка… Фотография… Эй, смотри, – протянула фото в стеклянной рамке Рэю. Сквозь глянцевую поверхность на него смотрели две улыбающиеся детские моськи. Дженнифер и ее брата. – Что там еще есть?
Среди прочего рабочего хлама, ровным счетом ничего нам не говорящего, Рэй откопал в самом низу ежедневник, в уголке которого перманентным маркером были подписаны инициалы «К.Т.»
– Ежедневник Кристофера, – догадалась я.
Рэй принялся перелистывать страницу за страницей. Куча непонятных надписей, сделанных мелким и неразборчивым почерком, слилась в загадочную
– Страница вырвана.
– И что?
– Вот уж не знаю. Возможно, на ней было что-то важное.
– Но теперь-то нет.
– Погоди, – он включил настольную лампу, вытащил из стаканчика карандаш и, лишь слегка надавливая, принялся штриховать страничку, пока на сером фоне не выделились незакрашенные части текста. Я округлила глаза.
– Ну ни хрена себе ты криптограф!
Рэй хмыкнул.
– В кино видел. Потом выясним, что это. Я хочу посмотреть, что есть у него на компьютере.
– Думаешь, здесь нет пароля?
– Думаю, есть. Но не попробовать глупо. Ты так не считаешь?
Я махнула рукой, забрала у него ежедневник и убрала в рюкзак.
Голубой экран еще сильнее осветил темное помещение. Рэй выругался, когда на мониторе появилось окно для ввода пароля, и снова выключил компьютер. Взглянул на часы и поднялся.
– Надо уходить. У нас всего семь минут.
Мы вышли из двери «Курсора», которая в тишине ночного офиса своим визгом электронного замка могла разбудить всех окрестных жителей. Однако, тот факт, что охрана сидит несколькими этажами ниже, давал нам шанс уйти незамеченными.
Пробираясь к двери на лестницу, мы уже почти дошли до нее, когда услышали тяжелые шаги за ней и шипение рации. Потом мужской голос по ту сторону ответил:
– Ну и что, что на камерах ничего. Я слышал шум. Надо проверить.
Мы судорожно завертели головой по сторонам в поисках укрытия. Рэй открыл ближайшую к нам дверь, втолкнул меня внутрь и влез следом за мной, бесшумно опустив и подняв дверную ручку.
Все это он сделал ровно в тот момент, как щелкнул язычок в двери, через которую вошел охранник. Рация что-то буркнула пару раз. Рэй осторожно тянул меня вглубь какого-то хозяйственного помещения. Мистическим образом нам удалось ничего не уронить по пути и спрятаться в углубление за шкафом. От напряжения я сжала пальцами черенок швабры и, замерев, слушала стук собственного сердца. Критическая близость Рэя, стоящего вплотную лицом ко мне, только усугубляла мое положение.
Шаги замерли напротив двери в наше укрытие. Сердце разогналось до предела. Я вздрогнула и подняла голову к Рэю, когда ручка двери опустилась.
– Чшшш, – прошипел сержант.
Дверь резко распахнулась. Центральную часть помещения осветил желтый свет коридорных ламп. Охранник уверенно шагнул в подсобку и, кажется, нас не заметил. Мы стояли в темном углу, до которого не дотягивался свет, и могли без опаски наблюдать за мужчиной.
Он вытащил стремянку из небольшой щели между стеной и полкой. Гремя, раздвинул алюминиевые ножки и поднял свое грузное тело почти на самый
Выудив из ведра бутылку, охранник неспеша спустился вниз. Достал откуда-то сбоку небольшой стакан, дыхнул в него ртом. Что-то вытащил из него пальцем и поставил на полку.
В тусклом свете я видела черты лица Рэя. Думаю, мы с ним сейчас испытывали примерно одинаковые эмоции, во главе которых стояли смятение и удивление.
Булькающий звук снова напомнил о присутствии охранника. Мужчина опрокинул залпом свой напиток и грохнул донышком стакана о деревянную полку.
– Хаааа! Ох ты ж блин…
В попытке сдержать смех, я ткнулась лбом в грудь медведя и зажала ладошкой рот. Судя по тому, как вздрагивала его грудная клетка, он и сам с трудом сдерживался, чтобы не заржать.
Мужчина у двери снова взобрался на стремянку, спрятал свое богатство в импровизированную сокровищницу и убрал стремянку на место. Поправил форму, вытащил рацию и, закрывая дверь, отчитался:
– На пятом чисто. Видимо, сквозняк.
Шаги удалялись и, когда хлопнула дверь на лестницу, мы с медведем, наконец, рассмеялись.
– Господи, я думала, он услышал, как мы выходили.
– Я тоже, – смеялся Рэй. – Ладно хоть у него из оружия только перегар.
– Да уж, справились бы легко. Судя по звуку, у него там залежи. И наведывается он сюда часто.
– Можно было ведро в заложники взять, и он бы нас по вентиляции провел наружу в качестве выкупа.
– По вентиляции? Шутишь? Да ты бы застрял еще в самом начале. Здесь-то с трудом уместились.
Я только сейчас обратила внимание, что мы с Рэем по-прежнему стоим в темноте у шкафа друг напротив друга. Но вот когда успела сложить руки ему на грудь – для меня осталось загадкой. Опомнилась, отдернула ладони, будто обожглась. Медведь тоже заерзал, и мы принялись потихоньку вылезать из угла. Он посмотрел на часы.
– У нас три минуты. Надо поспешить, если не хотим засветиться в объективе.
На парковку мы вышли без происшествий и, когда камеры снова включились, мы были уже вне поля зрения. Быстрым шагом вернулись к машинам.
– Забрала ежедневник? – спросил, оборачиваясь, мужчина.
– Да.
Я скинула лямку рюкзака с плеча, расстегнула молнию и достала ежедневник. Рэй принялся листать его в поисках страницы со вдавленным белым текстом. Включил фонарик и чуть наклонил, чтобы суметь прочитать текст.
– Здесь… дата и время… адрес… не разобрать, темно… И написано «спросить Матео»… На прошлой неделе он должен был встретиться по этому адресу с каким-то Матео.
– Где это?
– Не знаю. Посмотрю позже при нормальном освещении.
Рэй захлопнул ежедневник, открыл дверь машины и бросил его на пассажирское сиденье.
– Зачем ты это сделал? – спросила я.
Он захлопнул дверь и посмотрел на меня.
– Сделал что?
– Там… наверху.
Рэй хмыкнул и шагнул ближе ко мне.