ВТЖР 2

Дронт Николай

Меня оставили в здании аэровокзала с багажом, а сами пошли к телефону-автомату, позвонить спросить - сегодня приезжать на работу или можно завтра.

Сижу, жду. Вдруг кто-то тихо подкрадывается сзади и закрывает мне ладошками глаза. Кроватка! Софа!
– кричу я и Сонька оказывается в моих объятиях. Целуемся долго и самозабвенно. Вдруг девочка ойкает, мгновенно выскальзывает из моих рук и оказывается шага за два от меня. Стоит с видом во-первых, я тут не причём, во-вторых, это не я, в-третьих, меня вообще здесь не было. Оказывается, вернулись родители, а Соня их заметила. Мама смотрит оценивающе,

отчим ещё чуть-чуть и хихикать начнёт, девочка стесняется.

На работу они идут завтра, а сейчас берём такси и едем в Питер, устраиваться в гостиницу. С подругой договариваемся вечером созвониться.

В Аваче трёхкомнатного люкса не нашлось, да и однокомнатный дали только один, родителям. Ну да мне и в одноместном полулюксе хорошо. Сразу после заселения, еле успел переодеться, потащили в город.

Зимний Петропавловск - это снежно, ветрено, но, по сравнению с посёлком, тепло. Издалека видны огромные сопки, очень красивые, хотя я так сразу не отличу какая из них какая. И ведь вроде пару раз объясняли, и читал про Камчатку в прошлой жизни, но из головы вылетело. Не жил я здесь, только школьником приезжал несколько раз по несколько дней.

Погуляли, поглазели и пошли в ресторан. У родителей, понятно, понты. Если пиво, то непременно Портер, если крепкое, то только коньяк и обязательно французский. Ну с едой тоже всё понятно. Вернулись не поздно, завтра родителям надо быть при полном параде.

4.01.72

Позавтракал вместе с родителями. Отчим наглаженный, мама сбросила лет десять. Портфель распирают бумаги отчёта. Моё ружье красиво упаковано. К выходу на работу предки готовы.

Сонька меня пригласила в гости в четыре часа, однако до Елизово надо ещё добраться. Транспорт ходит хорошо, но ехать километров тридцать. Чтобы убить время решил прогуляться, кое-что разведать и заодно зайти в фотоателье. Мне там за слайдовые плёнки, доставшиеся с Броникой, по четвертному сулили.

Прогулялся по городу. Понял, как добраться до четырёх интересных мне сберкасс. Там Чалдон деньги разложил. Однако тридцать девять тысяч. До отъезда на материк надо с ними что-то делать. Каждая книжка на относительно нормальную для Камчатки сумму, от трёх до пяти тысяч, но общий итог лучше не светить. Брать наличными не буду, аккредитив на предъявителя рулит.

Приёмщик в фотоателье сразу меня вспомнил, сказал, что ждёт. Видимо, про оставленный ему адрес для связи забыл сразу, как только в прошлый раз за мной закрылась дверь. Говорит, что специально для меня у него хранится гроб утопленника. И выносит из подсобки симпатичный пластиковый кейс. Замки и петли металлические. На крышке эмблема Броники. Оказывается, фотоаппарат случайно уронили с борта корабля, а футляр остался.

Открывает, и я вижу, что модель фотоаппарата моя, но была немного другая комплектация. Именно была, почти все отделения пусты. Остались только два задника и инструкция.

– Всего шестьсот рублей, - объявляет парень.

– Не интересно, - заявляю я.

– Сколько дашь?

– За два держателя плёнок и чемодан? Задников у меня, как положено, три - один на аппарате, два в футляре. Эти пригодились бы, но для них места нет. Второй чемодан просто не нужен.

Понятно

лукавлю, лишними задники не бывают. Но такая цена убивает всякий интерес.

– За четыреста возьмёшь? Один кейс рублей сто стоит.

– Да я не торгуюсь. Кейс продавай, не думая, если кто за такие деньги купит. Новый кожаный дипломат дешевле стоит. Ты же всё остальное втюхал людям? Экспонометр, бленду, светофильтры.

– Бленды не было. Ну возьми задники, они никуда не встают. От Салюта сороковник стоит, а это импорт. По сотенке, а?

– И кейс в придачу, мне их в посёлок везти, а они хрупкие.

Вру, конечно. Если не разбирать, не ронять с высоты, то что с ними сделается? Далее последовал торг, и я получил останки за сто пятьдесят рублей и все мои слайдовые плёнки. Бонусом досталась двуязычная инструкция на японском и, что интереснее, на английском языке. Задники в нормальном состоянии. Кейс смотрится значительно лучше моего дерматинового чемоданчика. К тому же он прочнее. Думаю, правильно сделал, что купил.

Следующим лотом был выложен новёхонький Nikon F2, по словам продавца, только привезённый из загранки.

– Уйди грусть, уйди! Даже не хочу слышать, сколько это чудо стоит.

Вещь прекрасная. Для профессионалов. А мне и моя Практика сгодится. Если хватать всё, что предложат, любые деньги скоро кончатся. Отказался ещё от пары лотов, пообещал заходить почаще и ушёл.

В планах покупка кремовых пирожных или торта, без подарка ехать в гости не удобно. Нас будет минимум трое, я, Соня и её мама, Дина Моисеевна. Может ещё кого пригласят. Шесть эклеров с заварным кремом и шесть с шоколадным, думаю будет достаточно. Родители шикуют, а я чем хуже? Взял такси.

Соня меня встретила ласково. Чмокнула в щёчку, дала тапочки, отвела в комнату и сообщила заговорщицким тоном:

– Маму позвала её подружка по срочному делу. Она будет через полчасика.

Мы не стали терять время зря и сразу начали целоваться. Против руки на своей груди она не возражала, но территория ниже пояса была объявлена запретной зоной. Мы целовались довольно долго, как вдруг девочка спросила:

– Лёша, скажи честно - ты еврей?

Сказать честно нет не решился, соврать не захотел, потому ответил:

– Если моя бабушка Феня Лазорева, то русский. А если Фейма Гартман, то уж сам не знаю кто я.

Видимо, ответ был признан правильным. Меня наградили долгим поцелуем, во время которого рука девушки скользнула к сосредоточию моей мужественности.

– Не обрезан, - сообщила она результат проверки.

Через несколько движений её руки мне пришлось выплеснуть все до капли, накопленные за много месяцев, эмоции. Сонька достала носовой платок и хихикнула:

– Успели до прихода мамы.

Поцеловала последний раз и помогла привести себя в порядок. Далее последовало несколько уточняющих вопросов о семье Гартман. Хорошо, что я внимательно прочитал материалы выданной папки.

– Мы с мамой уже получили вызов, - по секрету сообщила подруга и посоветовала: - Если хочешь хорошо устроиться ТАМ, поступай в медицинский или в строительный институт. Советские дипломы ТАМ признаются и их довольно легко можно подтвердить. Строят много, строители очень нужны. Ну и медикам работа всегда найдётся