Вторжение
Шрифт:
– Алло! – из динамиков послышался знакомый голос. Лера не меняла номер телефона, а я его не удалял. Он просто давно перекочевал из «избранного» в общий раздел, состоящий из нескольких сотен контактов, и там затерялся.
– Привет! Это Роман.
– Привет… Случилось что-то?
– Э-э-э, нет, – пробормотал я, осознавая весь идиотизм затеи, но отступать было поздно. – Мама на днях сообщила об Инессе Леонидовне. Я звоню выразить соболезнование.
– О, спасибо… – Лера была очень удивлена. – Только странно, что ты сейчас позвонил. Мама умерла два года назад.
–
Я не лукавил. В этот момент мне действительно было больно. От осознания собственной тупости.
– Да ладно, Ром, – хмыкнула Лера, не поверив в мою искренность. – Ты же ее терпеть не мог!
– Кажется, это было взаимным.
– Не могу с тобой не согласиться, – легко рассмеялась моя бывшая жена. Злости или обиды в ее голосе не было. – Но заметь, никогда мне ни слова плохого о тебе не сказала. Уважала мой выбор.
– Да? Странно. Потому что наедине со мной она не стеснялась.
– Могу себе представить, – довольно протянули на той стороне. – Практикующий психолог просто обязан делать это мастерски.
– Что было, то было… Ты как?
– Все хорошо. Замужем, счастлива. Предвосхищая твой вопрос: мама успела одобрить кандидатуру. А ты?
– Рад за тебя. Я тоже. В смысле холост и не менее счастлив!
– Все хохмишь? Ты женат на своей работе, и ей не изменяешь. Я помню.
– Что-то вроде того, – больше мне сказать было нечего, и возникла неловкая пауза. Кажется, этот вариант открытия Эмпатии не прокатил. Никакого сочувствия я не испытывал, впрочем, как и других чувств. И это радовало. – Так, Валерия, главную мысль я сказал, пора закругляться. Спасибо, что выслушала.
– Спасибо, что позвонил. Приятно было услышать.
– Мне тоже. Пока.
Короткие гудки оставили меня один на один с осуждающе косящейся Викторией. Секретарша зашла зачем-то к нам в аудиторию и стала свидетелем моего разговора.
– Здравствуйте, Роман. Как ваша социализация?
– Здравствуйте, Виктория. Спасибо, все хорошо.
– Я так поняла, что вы пытаетесь возобновить отношение с бывшей женой? Плохая идея.
– Вы все мои намерения будете браковать? Что за манера лезть не в свое дело? Да и вообще, подслушивать нехорошо!
– Роман, это плохая идея не потому, что она мне не нравится, а потому что у вашей бывшей жены скоро родится ребенок.
– Да? А я-то тут причем? Это не мой!
– Я вас предупредила! Попытка социализации за счет бывшей жены будет воспринята не в вашу пользу.
– Виктория, я звонил выразить бывшей жене соболезнования в связи со смертью ее матери! Что в этом плохого?! Какого черта вы вообще в курсе дел Валерии?!
Удивительно, но мне удалось смутить непробиваемую секретаршу.
– Прошу прощения, – произнесла женщина, недовольно поджав губы. – Служба безопасности хотела побеседовать с ней, но отказалась, чтобы не волновать лишний раз. Я подумала…
– Ясно, – грубо прервал я ее объяснения. Что там подумала эта женщина, мне было неинтересно. – Если вы не против, я пойду домой. У меня критерии в «Барлионе» еще не выполнены.
Я
Вернувшись домой, я застал сияющего Матвея.
– Ромыч, я промежуточный экзамен сдал! Девяносто два из ста! Да я в школе таких результатов не показывал!
– Молодца! – я даже дернуться не успел, как очутился в крепких объятьях друга, и мне ничего не оставалось, кроме как обнять в ответ. Его успехи меня искренне порадовали.
– Спасибо тебе! – Матвей разжал руки и проворчал: – Раньше обнимать тебя было приятнее. Заметил, как обвис за месяц?
Я скосил взгляд на зеркало. Что правда, то правда. Четыре недели активных танцев в «Барлионе» давали о себе знать. Спасательный круг на талии, конечно, никуда не делся, но заметно спух. Да и живот перестал каждый раз жадно заглатывать пряжку ремня в пупок. Недалек тот час, когда я без зеркала смогу увидеть себя целиком.
– Ну, до тебя мне как до Луны! – не удержался я от саркастической реплики. – Вон какой красивый по утрам бегаешь. Даже интересно, куда?
– Я думал, что и не спросишь, – Матвей выдержал паузу, испытывая мою выдержку, и признался: – К психологу хожу.
– Зачем?
– Заново учусь смотреть на мир. Профилактика выгорания и все такое.
– Нет, это я как раз понял. Зачем в реальности? – переспросил я.
– Потому что не хочу в капсуле. Мне предложили варианты, и я выбрал реальность. Я же в центр редко когда выхожу. С детьми за городом встречаемся. А тут вроде повод по улицам пошариться. Блин, Ромыч, я даже представить не мог, как все изменилось! Всего три года, а словно на другую планету попал.
– Наверное… Когда это каждый день видишь, то все кажется естественным… А зачем ты к психологу ходишь в офисной рубашке и бреешься каждый раз?
– Это я так работаю над собой, – загадочно произнес мой друг, почесывая несчастный подбородок, и я решил оставить его в покое. Нельзя сейчас мешать Матюхины тараканы с моими тапочками, не разберемся.
– Я тебе рейдеров нашел. Вот номер, позвони. Зовут Ирина. Она обещала со своими поговорить, помогут пройти Подземелье.
Ликование на лице Матвея было таким неподдельным, что я не удержался и в этот раз первый полез обниматься. Хорошо-то как! Вроде не сделал ничего такого, а у человека счастье через край хлещет. Надо и мне научиться так искренне радоваться мелочам.
Мы еще обсудили с Матвеем текущие дела в игре и реальности, пока я искал информацию о Варталинских. Прошел всего месяц из отведенного нам срока, но определенных промежуточных результатов мы уже добились. Пусть работа была больше подготовительного характера, но без нее достичь поставленных целей невозможно.
Проследив, чтобы Матвей созвонился с Ириной и договорился о встрече, я закончил собирать мини-досье на Варталинского. Эредани и здесь стал пророком. Найти Бракседа не составило особого труда, тем более что представитель золотой молодежи небольшого городка не таился: связь с персонажем была указана на страничках его социальных сетей.