Вторжение
Шрифт:
Я рванул его за рукав пиджака на себя, и придавил аурой, пытаясь заставить его отказаться от безумной затеи:
— Мы! Прямо! Сейчас! Уйдем!
Каждое слово я будто вколачивал в его голову ментальным молотом — аура старика успешно сопротивлялась моему давлению, но я хотя бы добился того, что он задумался над перспективами гипотетического столкновения, сумев перебороть злость внутри себя.
— Верно. Отходить надо. — он решительно кивнул, и я потянул его за собой, пользуясь тем, что демон впал в какую-то прострацию, и стоял, покачиваясь из стороны в сторону — его аура, взбаламученная работой умения, понемногу успокаивалась.
Напитав правую руку энергией, я схватился за металлическую раму окна, и что есть силы рванул ее на себя: стекло под моими пальцами треснуло, а металл заметно прогнулся. Повторив несколько раз эту процедуру, я расшатал раму, и она вылетела из креплений. Тут же отшвырнув ее в сторону и не обращая внимания на осколки, брызнувшие в лицо, я обернулся к немного обалдевшему деду:
— Уходим через окно! Быстро! — и первым выпрыгнул в проем. Пролетев до земли пару метров, я благополучно приземлился, и тут же сдернул очки — темнота сильно мешала ориентироваться, и теперь вместо средства маскировки они стали помехой. Сразу за мной из окна показался ветеран, с кряхтением пытающийся перевалиться через подоконник. Ощущая, как Аура Демона стабилизируется, я подпрыгнул, схватив его за рукав пиджака, и мы уже вместе полетели вниз. На этот раз приземление вышло не ахти — я упал на спину, а сверху грохнулся матерящийся Алексей Матвеевич.
Пересиливая боль в ушибленной спине, я подскочил, подхватил своего попутчика под локоть, и, надеясь, что он ничего себе не повредил при падении, поволок прочь.
Тот осознавал серьезность ситуации — еще бы, я не прекращая транслировал в его мозг ощущение надвигающейся опасности — поэтому старался перебирать ногами как можно быстрее, помогая мне.
На границе своего восприятия я ощутил, как демон начинает шевелиться, и ускорился, насколько возможно:
— Алексей Матвеевич, быстрее надо! Если он догонит — нам придет конец!
Я обернулся, и понял, что мутация не смогла исцелить его от всех старческих болезней: одышка, покрасневшее лицо и заплетающиеся ноги говорили о том, что долго наш марафон не продлится. Я, конечно, мог бы бросить едва знакомого старика, и рвануть дальше в одиночестве, но… В отличие от Олега, с которым я был знаком целый месяц, Алексея Матвеевича я знал несколько часов, однако он казался мне гораздо более реальным — понимаете, о чем я? Каким-то настоящим, цельным. Я принялся вливать в его ауру энергию в надежде, что это как-то поможет, по большому счету не рассчитывая на особый эффект.
Мы продолжили наше бегство сквозь ночную тьму — в тусклом свете луны, прячущейся за неплотным ковром облаков, я сносно ориентировался, в отличие от шумно пыхтящего ветерана — его приходилось вести буквально за руку.
Через пять минут он стал ощутимо сдавать, спотыкаясь на каждом шагу и я скомандовал перерыв. Мы отошли достаточно для того, чтобы железнодорожный состав пропал с глаз, и сейчас ничто не говорило о том, что где-то рядом находится кровожадная тварь. Я вполне допускал то, что в поезде осталось мало живых — если не Аурой, так своими заклинаниями Демон будет уничтожать всех — хотя… Когда эта мысль пришла в мою голову, я понял, что говорить о том существе, как о «кровожадном» не имеет никакого смысла — подобные категории были ему чужды.
— Что это была за чертовщина? — старик устало опустился на землю, пытаясь перевести дух.
Я искоса взглянул на него: очевидно, что сам он не выживет — не Демоны, так обезумевшие люди прервут его жизнь, рано или поздно.
— Это был Демон. Они пришли из…космоса. — я снова посмотрел на собеседника, не решившись рассказать ту правду, в которую сам верил.
— Они пришли поработить нас, и скорее всего у них это получится. Вы сами видели, что произошло недавно — эта тварь положила целую толпу вооруженных солдат, не получив особых повреждений. Я уже сталкивался с одной такой — в Москве. По телевизору сказали, что это был теракт, но на самом деле все обстоит совсем не так. — я сел рядом с собеседником, — У властей не получится скрыть очевидного — рано или поздно люди узнают правду, и скорее всего, это случится намного раньше самых пессимистичных прогнозов.
Алексей Матвеевич исподлобья поглядел на меня, потирая коленки:
— И откуда ты это знаешь? Демонов каких-то придумал… — в его голосе было столько подозрительности, что я не выдержал и усмехнулся в ответ:
— Сам не знаю. Но в одном я уверен: людям нужно держаться вместе, если они хотят выжить. Помните, что происходило на вокзале? Люди как с ума посходили — это тоже дело рук Демонов. Вы — единственный человек, встреченный мной, который может сопротивляться этому влиянию. Предлагаю объединить наши силы на время! Доберемся до безопасного места — а там посмотрим, что делать дальше.
Он горько усмехнулся, покачав головой:
— Да уж… Какие там силы, молодой человек? Вон — пробежал двадцать метров, и уже думаю, как бы богу душу не отдать.
Я усмехнулся в ответ:
— Алексей Матвеевич, у страха глаза велики! Мы с вами не меньше трехсот метров отмотали, это точно! Сейчас еще минутку посидим, и двинемся дальше — вы как никто другой должны понимать, что человек на многое способен! — я прозрачно намекнул на его героическое прошлое, надеясь, что это объяснит факт его бодрости, хотя бы на первое время. Тот задумчиво кивнул, и я ощутил, как стабилизируется его аура, насыщаемая моей энергетикой.
В голове зашумело — слишком много ее я потратил в последнее время, надо бы экономней быть, а то сам свалюсь.
На поддержание адекватного состояния у попутчика я тратил довольно много сил, но без этого, боюсь, наш побег бы не удался. Хотя был у этого и другой эффект — благодаря тому, что сейчас его аура была перенасыщена моей энергией, я мог чувствовать, что ощущает Алексей Матвеевич — весьма полезно! Что-то подобное было и с Олегом, так что кто знает — может этот боевой дед станет моим миньоном?
Сильная аура позволила ему пережить нападение Демона, однако она же мешала моему внушению, как иммунитет у человека сопротивляется влиянию вируса: я задался целью исследовать это явление.
— Мы обязательно отомстим, нужно только набраться сил! Сейчас мы не можем… — я решил, что правильно считал состояние собеседника, но ошибся: старик поднялся на ноги, собираясь продолжить наш марш:
— Да хватит уже, чай не дурак — сам понимаю, что не осилить нам того инопланетянина! Мне только одно не понятно — как это ты собираешься с ним воевать, коли против него автоматы не работают?