Вторжение
Шрифт:
Но разве существовало более надежное убежище, чем смерть?
Не принимая этой мысли, Молли двинулась к заднему борту «Навигатора».
Нейл позвал ее, обернувшись, она увидела, что он вышел из «Эксплорера» и стоит с ружьем в руках, прикрывая жену.
Слов она не расслышала, но знала, чего он от нее хочет: вернуться за руль и ехать в город.
Покачав головой, она двинулась дальше, к пассажирской стороне «Навигатора». Хотела убедиться, что ребенок, хозяйка куклы, не спрятался где-то за или под автомобилем от той угрозы, что возникла на шоссе, от того зла, которое увело
Никто не прятался за автомобилем. И под ним тоже. Молли в этом убедилась, опустившись на колени и заглянув под днище.
Обочина в этом месте была узкой. На гравии поблескивали осколки разбитых бутылок да крышки от банок различных напитков.
Когда Молли вновь выпрямилась в полный рост, ей показалось, что лес, который и так чуть ли не нависал над дорогой, когда она опускалась на колени, приблизился еще больше. И пропитавшиеся водой кроны елей и сосен казались ей теперь плащами и рясами, камзолами и ризами.
Наблюдатели, она их не видела, но чувствовала, следили за ней из мокрой темноты, и речь шла не об обычных обитателях леса вроде сов или белок.
Испугавшись, но понимая при этом, что выказанный страх спровоцирует незамедлительное нападение, она отступила, но не сразу. Сначала подставила грязные ладони под дождь и вымыла их, хотя и знала, что ощущение чистоты появится лишь после того, как можно будет смыть с кожи сам дождь.
Проконсультировавшись с собой, а вдруг враждебные существа, присутствие которых она чувствовала, всего лишь плод ее воображения, но зная, что истины в этих консультациях найти не удастся, Молли, продолжив неторопливый обход «Навигатора», с наигранной беспечностью вернулась на водительскую сторону.
Прежде чем сесть за руль «Эксплорера», вытащила куклу с заднего сиденья «Haвигатора». Спутанные светлые волосы, синие глаза и нежная улыбка напомнили ей ребенка, который давным-давно умер у нее на руках.
Ребекка Роуз, так ее звали. Застенчивая девочка, которая немного шепелявила.
Ее последние слова, которые она прошептала в забытье, вроде бы не имели никакого смысла: «Молли… тут собака. Такая красивая… и она так сияет». И впервые в жизни, на самом ее конце, Ребекка совсем не шепелявила.
Не сумев спасти Ребекку, Молли спасла грубое ее подобие, и когда Нейл опустился рядом с ней на переднее сиденье, передала ему куклу. На хранение.
— Мы, возможно, встретим девочку и ее родителей по дороге в город, — пояснила она.
Нейл не стал напоминать ей, что «Навигатор» ехал из города, когда находившиеся в нем люди вдруг решили его покинуть. Он знал, что Молли в курсе.
— Девочка будет так рада, получив куклу. Я уверена, она не собиралась оставлять ее в автомобиле.
Разумом она понимала, что война миров, если уж она началась, не пощадит и детей.
Но эмоционально отказывалась признавать, что никакая степень невинности не гарантирует иммунитета от чумы геноцида.
Как-то в дождливый день, очень давно Молли спасла одних детей и не сумела спасти других. Но для того, чтобы песчинка надежды в ее сердце могла стать затравкой жемчужины, она должна была верить, что более ни один ребенок не будет страдать в ее присутствии, а те, кто придет
И когда «Эксплорер» тронулся с места, продолжив путь в город, Нейл сказал: «Прекрасная кукла. Девочка будет счастлива, увидев ее вновь».
Молли любила его и за то, что он всегда говорил именно те слова, которые она хотела услышать. Он знал, какими мотивами она руководствуется при всех обстоятельствах, даже в такой критической ситуации.
Глава 16
Они отъехали не так уж и далеко от брошенного «Навигатора», когда Молли вдруг с радостью осознала, что запах дождя значительно ослабел с того момента, когда она вышла на крыльцо к койотам. Спермой не пахло вовсе, смесь остальных запахов осталась такой же, как возле дома Корригана, но их интенсивность значительно уменьшилась.
Нейл подтвердил ее наблюдение.
— Да. И светится он не так ярко.
Нет, ночь продолжала излучать рождественское сияние. Однако дождь терял люмены [15] , пусть и лил с той же силой.
Вроде бы эта положительная динамика должна была приободрить Молли, но вместо этого еще больше встревожила. Вероятно, первый этап этой странной войны приближался к концу. Чтобы уступить место второму.
— Если я не ошибаюсь, твой мистер Элиот написал что-то знаменитое о Судном дне — нарушил затянувшуюся паузу Нейл.
15
Люмен — единица светового потока.
— Да. Он сказал, что мы стали полыми людьми [16] , набивными людьми, с соломой в голове, у нас нет ни убеждений, ни высшей цели… и для полых людей мир закончится не взрывом, а хныканьем.
— Я не знаю насчет тебя, но я ожидаю взрыва, — наклонившись вперед, Нейл вглядывался в еще светящуюся ночь.
— Я тоже.
А буквально через минуту вопрос о том, каким будет конец света, со взрывом, насилием или без оных, совершенно перестал волновать Молли. Человек, который шагал по полосе встречного движения, переключил ее мысли с глобальной катастрофы на личный катаклизм, изменивший ее жизнь в восьмилетнем возрасте и определявший каждый прожитый после этого день.
16
Поэма «Полые люди» написана T.C. Элиотом в 1925 г.
Его нельзя было назвать обычным пешеходом. Тротуары вдоль шоссе отсутствовали, узкие обочины не поощряли к пешим прогулкам по горному гребню. Да и человек этот не прогуливался, а куда-то направлялся, решительно и целеустремленно.
Молли поначалу подумала, что перед ней один из тех, кто считает, что проживет вечно, если будет ходить часто и много и ни разу не съест ложечки мороженого. Такие угрозы, как потерявшие управление и съехавшие на обочину автомобили, упавшие самолеты и вторжение инопланетян, эти люди в расчет никогда не брали.