Вторжение Химеры
Шрифт:
Марта, почти не целясь, выстрелила в засевшего посреди огромных камней пулеметчика, но промахнулась. Судя по всему, начало сбоить расчетно-аналитическое ядро или просто уставшие мускулы оказались не в состоянии выполнить его приказ в точности.
Перевела взгляд на подчиненных – Густав и Сара были в порядке, а вот Стэн сидел на земле, держась за оставшийся от левой руки огрызок. Лицо парня выглядело бледным до синевы…
– Ты как? – спросила Марта, подобравшись поближе.
– Ничего, – ответил Стэн хриплым
Огонь со стороны людей слабел, уцелевшие пулеметчики и автоматчики спешно отходили, понимая, что вырвавшихся из шахты форсеров все равно не удержат. Несколько джамперов, не скрываясь, висели в небе, но стреляли не так часто, только наверняка.
Грохнул последний разрыв, и все затихло, стал слышен шум дождя, падающего на засыпанные пеплом камни.
– Привал!
Услышав этот возглас, Марта просто упала на землю, с трудом перевернулась на спину, чтобы ледяные капли падали на разгоряченное лицо.
Рядом с ней опустились на острые камни Сара и Густав, осторожно усадили Стэна. Тот поморщился и благодарно кивнул, жадно хватая ртом холодный воздух.
– Не лежать, не лежать! – вслед за голосом супертактика из ком-линка ударил бодрящий импульс, какой обычно использовался при побудке. – Помочь раненым, осмотреть оружие, вставить капсулы для подпитки брони!
Марта просто заставила себя сесть, глянула в затянутое тучами небо и поняла, что не может сообразить – утро сейчас или вечер, сколько времени минуло с того момента, как они ушли от Форджа.
По всему выходило, что больше двадцати четырех часов семьдесят шесть бойцов – остатки соединения «Геката-2» – провели на ногах, уходя от города туда, где ждал корабль.
– Все слышали? – спросила Марта. – Выполняйте приказ.
– А чего… – буркнул Густав, но глянул на командира и осекся.
От того места, где расположился тактик четвертой бригады, а теперь командир отряда, донесся резкий хлопок. Последний джампер, у которого еще действовал ранец, взвился вверх и повис на месте, поворачивая голову из стороны в сторону.
– Вижу противника на северо-западе, – услышала Марта в ком-линке его доклад. – Время огневого контакта примерно десять минут…
– Действуем по намеченному плану, – скорее попросил, чем приказал тактик. – Заслон остается здесь.
Марта встала, стараясь не смотреть на Стэна, слова застряли в горле.
Все решили заранее: в случае необходимости раненые форсеры, те, кто не может бежать быстро и долго, прикрывают рывок основной группы.
– Прости, друг, – со смущением в голосе проговорил Густав, а Сара порывисто вздохнула.
– Ладно, чего там, – пробормотал Стэн, уцелевшей рукой поднял плазмаган и перевернулся на живот. – Вы, главное, дойдите, чтобы мы тут не зря подохли…
– Все, уходим, быстро, – сказал тактик. – Иначе
Восемнадцать форсеров остались на месте, выбирая позиции среди камней, прочие двинулись дальше.
Марта бежала, чувствуя себя загнанным зверем. Ноги подгибались, мир вокруг трясся, в лицо бил колючий ветер, перехватывал дыхание. В то, что за спиной стреляют, она старалась не вслушиваться.
– Быстрее, быстрее! – орал субтактик, бойцы выжимали последние силы, на каменную тропу из открывшихся ран падали капли крови.
Марта окончательно утратила ощущение времени и, когда из тумана выступил блестящий корпус корабля, решила, что начались галлюцинации. В то, что это правда, заставили поверить радостные вопли соратников.
Последние сто метров дались всего тяжелее. Шагах в тридцати до входа в корабль упала Сара. Густав взвалил ее на руки и потащил к ведущей в трюм эстакаде. Марта поднялась по ней, шатаясь, и только внутри корабля немного пришла в себя.
– Пять минут до старта! – проревели динамики под потолком.
Марта сумела защелкнуть страховочный ремень на потерявшей сознание Саре и сама упала в соседнее кресло. За мгновение до того, как навалилась тяжесть, пришла мысль: «А ведь кто-то наверняка умрет от перегрузки».
Выходить из беспамятства не хотелось, не было желания возвращаться туда, где пульсировала в ранах боль, тупо ныли мышцы и ломило кости.
– Хэй, рыжая, а ведь я тебя где-то видел! – донесся чей-то на удивление тихий, приглушенный голос.
«Рыжая?» – это слово вызвало слабое удивление.
Так ее называла только Анна, но она давно мертва.
– Не называй меня рыжей! – сказала Марта за мгновение до того, как открыть глаза. Сфокусировала взгляд и обнаружила смотрящего на нее мужчину: изогнутые в усмешке тонкие губы, глаза-щелочки и короткая, но буйная шевелюра – жесткие волосы ежиком. Такие же, как у нее самой, только с другим оттенком рыжины: не темные, а яркие, огненные.
«Да он родом с Шеола, – подумала Марта, – и, кажется, субтактик – тот самый, что задирал техника, когда мы только выбрались из шахты. Но не эту же встречу он имеет в виду?»
– Вставай, – сказал мужчина. – Мы прибыли.
– Без тебя понятно.
С трудом выбралась из противоперегрузочного кресла, с тревогой глянула на Сару. Та махнула рукой в ответ, показывая, что с ней все в порядке.
– Ну что, звено, – сказала Марта подопечным, которых осталось всего двое. – За мной, шагом марш!
За стенками корабля их встретила Геката.
Огромное солнце яростно поджаривало красные и коричневые скалы, будто надеялось выпарить из них последние капли воды, исчезнувшей на этой планете тысячи лет назад. Блестели пластобетонные плиты взлетно-посадочного поля, кузова стоящих у его края транспортеров.