Второй выстрел
Шрифт:
Патрис. — Да, действительно… Оказаться в драматической ситуации, конечно смешно, но жить в бедности гораздо хуже…
Сюзанн. — Но где же по-твоему я достану деньги?
Патрис. — Попроси у мужа! Я навел справки: у него их куры не клюют.
Сюзанн. — Да, но под каким предлогом?
Патрис. — Под каким хочешь! Придумай что-нибудь!
Сюзанн. — Невозможно! Просто так он мне денег не даст.
Патрис, кричит ей в лицо. — Тогда я сам найду
Сюзанн. — Что же ты ему скажешь? И что, по-твоему, он тебе ответит? Ты думаешь, что уезжая в отпуск, он оставляет свой ум в Париже?
Патрис. — Я умею разговаривать с полицейскими. Старая привычка! Напряги свою память! Я скажу твоему дорогому Мегрэ просто правду. «Господин Комиссар, я был любовником вашей жены — при ее первом муже. Я пришел попросить вас выделить мне небольшую сумму, чтобы я мог уехать и начать новую честную жизнь». Если он скажет: «Убирайтесь отсюда!» я отвечу: «Чудесно, я отправляюсь прямо в полицию. У меня есть доказательства, что ваша жена, Сюзанн, убила своего первого мужа».
(При этих словах, Сюзанн кричит в отчаянии.)
Сюзанн. — У тебя нет никаких доказательств! Ты лжешь!
Патрис. — Поспорим?
Сюзанн. — Никто не поверит такому мерзавцу, как ты.
Патрис. — Да что ты? И ты полагаешь, что твой муж, с его болезненной ревностью и профессиональными заездами не подпрыгнет от этой вести до потолка? Позволь мне быть оптимистом на этот счет. Твой Шерлок Холмс просто взорвется! Наконец-то его страхи получат ослепительное подтверждение! Салют! Шампанского! (Сюзанн всхлипывает. Патрис раздавливает сигару прямо на столе и подходит к ней.) Слушай, перестань ныть и кукситься, твои слезы не производят на меня никакого впечатления. Подведем итоги! Ты устроила свою жизнь, нашла хорошего мужа, которого любишь… Согласен! Но я тоже хочу устроить свою жизнь. Логично? Так помоги мне!
Сюзанн. — Послушай, Патрис…
Патрис. — «Анри Долак, черт возьми! Ты что глухая»? (угрожающий жест с его стороны) Я только зря время с тобой теряю! Придумай что угодно, красотка. Мне нужно к воскресенью несколько миллионов. Иначе я сад копать не буду. Сяду и буду говорить.
Сюзанн, в ужасе. — Я не знаю, как ему сказать…
Патрис. — Найдешь как! Если я тебе понадоблюсь, ищи меня в отеле Гольф, где я остановился инкогнито под именем Луи де Кордоба. Да, моя дорогая, у меня аргентинский паспорт.
Сюзанн. — Как ты мне противен!
Патрис. — А ты, изображая святую невинность, мне еще противнее.
Сюзанн, направляясь к двери. — А теперь, проваливай!
Патрис, возвращая ее на середину. — Не нужно, чтобы тебя видели. Кто знает… Мне кажется, что сегодня днем в Ницце за тобой следил какой-то тип.
Сюзанн. — За мной?
Патрис. — Да. Такой старичок, в плащике. Не
Сюзанн. — О! Не думаю, что он дошел до этого.
Патрис. — Но он же полицейский. Ну да ладно. Прощай! Давай поцелуемся. (Пытается ее обнять, она отталкивает его с отвращением.) Ты не высказывала отвращения в былые времена, когда я делил тебя с твоим первым мужем…
Сюзанн. — Он был таким же мерзавцем как и ты. Я должна была бы в тот вечер убить и тебя…
Патрис. — Это верно! Сегодня у тебя было бы меньше проблем!
Сюзанн. — Если ты будешь и дальше меня преследовать, я так и сделаю!
Патрис. — Ах вот оно что! Ты так влюблена в своего голубка, что готова даже на преступление?
Сюзанн. — Да.
Патрис, свистит. — Но это уже не любовь, а безумие какое-то!
Сюзанн. — Тебе этого не понять, ты ведь никогда никого по-настоящему не любил.
Патрис. — Да ладно. Я сейчас заплачу.
Сюзанн. — Ты сведешь меня с ума. Кажется вера ночью я произнесла твое имя во сне!
Патрис. — Как это мило!
Сюзанн. — Знаешь, если я не убью тебя, я покончу с собой! Я отравлюсь!
(Смотрит на коробку с лекарством, оставленную Оливье.)
Патрис. — Как романтично! Итак, как видишь, тебе и твоему мужу, я приготовил испытание: художественная работа? Ты его ограбишь, чтобы сохранить его любовь, а он заплатит, чтобы не потерять свою дорогую женушку… Как благородно, с той и другой стороны…
Сюзанн. — Я ему все расскажу! Увидим тогда.
Патрис. — Я слишком хорошо тебя знаю. Ты труслива и потому ничего не расскажешь! (направляется к выходу.) Увидимся в воскресенье. И не стоит травиться! Было бы очень жаль, я нахожу, что ты потрясающе выглядишь и могла бы выйти замуж в третий раз. Луи де Кордоба целует ваши ручки, синьора! Прощай, цыпочка!
(Подпрыгнув, исчезает в саду.)
Сюзанн, кричит вслед, опираясь на перила. — Негодяй! Подлец! (Плачет, всхлипывая.) Я хочу умереть… Я хочу умереть… умереть… (Бежит к столу Оливье, хватает коробку со снотворным и убегает в комнату с криком.) …умереть…умереть…
(Исчезает.)
(Несколько мгновений сцена пуста. Затем доносится шум останавливающейся машины, и вскоре появляется Оливье с чемоданом в руке… Улыбается и зовет нежным голосом.)
Оливье. — Моя дорогая! Я возвратился с полдороги! Я отказываюсь от поездки! Я обожаю тебя! Ау! Сюзанн, где ты?
(Обходит комнату, видит на столе окурок и бледнеет. Впадает в панику. Бежит к часам, открывает их и достает магнитофон. Перематывает кассету на начало и слушает.)