Второй шанс
Шрифт:
Вдали показались деревянные двери лечебницы. Одна из створок была распахнута, чтобы свежий утренний воздух проветривал помещение. От волнения о скорой встрече, сердце забилось быстрее, я нервно сглотнул, решительно заходя внутрь. Кровать Селены оказалась пуста.
– Здесь есть кто- то из лекарей?
– подал я голос, озираясь по сторонам пустующего холла. Несколько больных возмущенно зашипели на меня с просьбой не беспокоить их и не будить. Пришлось понизить тон и самому пройтись в поисках знахарей - отсутствие таковых было чересчур удивительно для больницы. Белоснежные стены, чистые и ухоженные кровати, приятные запахи трав - ничего не изменилось с моего прошлого посещения. В конце зала виднелась небольшая дверь, ведущая еще в одну комнату. Из нее то и раздавались голоса, по всей видимости, принадлежавшие знахарям. Они что- то яростно
– Как ты посмел зайти сюда, червь?
– тихо сказала валькирия, но ее голос громом разнесся по помещению, заставляя стены задрожать. Я слегка опешил, но не спасовал.
– Выбирай выражения, дорогая, когда общаешься с мужем - таким же стальным голосом произнес я, подходя ближе. Лекари зашептались, пытаясь обратить мое внимание.
– Что ты сказал, слабак? Ты разговариваешь с богиней, а не со своей жалкой супругой. Слишком много чести для тебя!
Обведя комнатку взглядом, я жестом попросил удалиться знахарей. Такое положение дел меня в корне не устраивало. Персонал больницы на секунду замешкался, а затем рванул из помещения, плотно прикрывая за собой дверь. От такой наглости, воительница слегка обалдела, и только поэтому промолчала.
– Послушай, Селена. Не знаю, что произошло с твоей памятью, но прошу тебя - постарайся вспомнить меня, наш дом, нашу семью. Помнишь, как мы сражались до последнего вздоха с Санитой, как нашли новых друзей и потеряли старых?! Неужели это все исчезло бесследно?
– с каждым словом, я все ближе подходил к ней, протягивая руку, чтобы украдкой взять жену за ладонь.
Ее глаза раскрылись от удивления, будто она что - то вспоминала, губы дрогнули в несмелой улыбке. В моей душе зародилась надежда, вырываясь из кокона отчаяния, словно бабочка. Я подошел вплотную к Селене, мягко взяв за плечи и слегка прижимая к себе. Она прильнула ко мне, словно вспоминая былые отношения и предаваясь угасшим чувствам, губы невольно потянулись к ней... а затем я почувствовал, как мои зубы клацнули от мощного удара, впечатавшего меня в противоположную стену. Из разбитой головы потекла кровь, стекая теплой струйкой по затылку на каменный пол. С трудом собрав мысли, я поднял голову, ошалело уставившись на валькирию. Ее взгляд готов был уничтожить меня на месте, превратив в жалкий пепел, а в руках поблескивали искры заклинания. Неведомая сила рывком подняла меня, и снова прижала к стене, не позволяя двинуться.
Воительница грациозно встала из кресла и медленным шагом приблизилась ко мне, ни на секунду не ослабляя хватку.
– Предупреждала же, если ты еще раз посмеешь коснуться меня - я тебя уничтожу. Ты забыл?
– прошептала она мне на ухо, отчего я покрылся холодным потом. Этот голос был слишком похож на интонацию Саниты, которая никогда не брезговала убийствами.
Мне оставалось лишь кивнуть - ну не драться же со своей женой, в самом деле! Она ослабила хватку, позволяя мне встать на ноги. В этот момент мне на помощь в комнату вбежало двое лекарей, держа готовые заклинания в ладонях. Не сговариваясь, они атаковали Селену, действуя поразительно хладнокровно и синхронно. Валькирия, не успевшая отреагировать, получила в грудь оба заклинания. Она вздрогнула, ее глаза закатились, а тело медленно осело на пол. Я едва успел ее подхватить, с непониманием глядя на знахарей. Те поспешили успокоить меня, подняв руки вверх.
– Не переживайте, это всего лишь усыпляющие заклинания. Ваша супруга проспит до завтрашнего утра, а мы пока постараемся разобраться, что происходит с ее разумом. Если вначале она просто потеряла память, то теперь у нее ярко выраженное агрессивное поведение. Не знаю, сколько мы сможем сдерживать ее, господин Сатиндор, сами понимаете - даже толика силы валькирии разнесет это место в щепки - мне оставалось лишь кивнуть, подхватить на руки любимую супругу и проследовать к ее кровати. Остальные знахари занялись привычными делами, воздух вновь озаряли вспышки магии. Аккуратно уложив Селену на ее кушетку, я украдкой поцеловал жену в лоб, с грустью глядя на нее. Один из лекарей похлопал
– Присматривайте за ней. Если вдруг подобное поведение повторится - сразу посылайте за мной.
– Непременно, господин Сатиндор - сказал лекарь, занимаясь моей разбитой головой - Правда существует шанс того, что мы просто не успеем послать за вами... Ваша жена очень сильна, и мы боимся последствий, которые она может учинить, будучи в ярости. Но не будем о плохом. Я вас подлатал - постарайтесь в следующий раз быть аккуратней.
Поблагодарив за оказанную помощь, вышел из больницы. Сердце вновь одолевала тоска, к которой теперь прибавился отравляющий укол страха не только за жизнь супруги, но и окружающий ее персонал.
Планов на сегодняшний день у меня не было, поэтому я решил вернуться обратно в «Кабанью ногу» - нужно присмотреть за Фером - его состояние тоже изрядно беспокоило. Наслаждаясь новым днем, на автомате бездумно брел к таверне. Когда оставалось пройти всего десяток метров до входа в таверну, раздался громкий женский крик. К этому женскому воплю добавилось еще несколько, послышался хлопок, а затем в небо начал подниматься густой столб дыма. Все это происходило на месте нашего временного проживания. Окна на втором этаже распахнулись, и оконная рама соседней комнаты вылетела, словно выпущенный арбалетный болт. Ее остатки дожирало до боли знакомое зеленое пламя... Не помня себя от нахлынувшего волнения, я рванулся в «Кабанью ногу», расталкивая выбегающих посетителей и ища глазами некроманта. Звуки борьбы и леденящее кожу пламя вовсю разыгралось на втором этаже. Этот день явно не задался с самого утра!
– Господин Сатиндор, утихомирьте своего друга! Я вызвал стражу - ему несдобровать. И не забудьте оплатить все мои убытки - раздался визгливый голос трактирщика. Я лишь отмахнулся от него, в два скачка поднимаясь по лестнице и влетая в свою комнату.
Латианин стоял посреди помещения, широко раскинув руки и глядя в потолок. С его ладоней, словно реки крови, лилось зеленое пламя вперемешку с фиолетовым, пожирающее все на своем пути. Кровати превратились в обугленные головешки, столик в серую пыль, а воздух казался обжигающе ледяным, делая дыхание редким и прерывистым. Ферагон стоял без рубашки, в одних кожаных штанах. Все его тело покрывали черные полосы, растекшиеся по спине, рукам, шее, обвивая словно ядовитая змея. Под ногами хлюпала черная жижа, успевшая залить весь пол. Недолго думая, я оттолкнулся посильнее и прыгнул к своей кровати - по счастливой случайности эта темная гадость не успела добраться до моих вещей. Схватив кожаную броню, тут же облачился в нее, выхватывая клинки. Мечи привычно полыхнули магическим огнем, будто приветствуя своего хозяина.
– Ферагон, прекрати! Ты слышишь меня?
– закричал я, пребывая в замешательстве. С одной стороны, это мой друг и я не мог всерьез атаковать его, с другой - латианин снова представлял реальную опасность, как для меня, так и для окружающих. Талис еще не вернулся, поэтому решать проблему предстояло мне в одиночку.
Некромант издал горловой звук, а затем из его рта потекла черная тягучая жидкость, стекая тяжелыми каплями. Его худощавое тело содрогалось от кашля, зеленоватый огонь хаотично разлетался в стороны, грозя сжечь и меня самого заживо. Перескочив на кровать яриса, едва успел схватить его пожитки, прежде чем полыхнула и постель. Одержимый Ферагон поднял на меня свой взгляд. Это было... нечто. Все произошедшее в моей жизни до этого, не вызывало такого дикого и первобытного ужаса, заставляя сердце леденеть с каждым ударом. Я готов был буквально взвыть от страха, бросив все, бежать, куда глаза глядят. Маг криво усмехнулся, видя мое замешательство и сводя ладони перед собой. Правую руку обожгло, словно напоминая мне о том, что стоять не двигаясь, перед лицом смертельной опасности, не самая лучшая мысль.
Практически вся комната уже была объята ледяным зеленым пламенем, а залитый жижей пол сковывал движения, лишая меня маневренности.
– Если ты не придешь в себя, я буду вынужден атаковать - снова попытался я достучаться до разума латианина. Тот поманил меня пальцем, приглашая нанести первый удар. Казалось, белки его глаз насмешливо смотрят на меня с нескрываемым презрением. Аккуратно отложив вещи Талиса на чистый уголок пола, я размял плечи и руки. Что ж, давненько мы с латианином не дрались. При всей моей боевой подготовке, я прекрасно осознавал, что не смогу убить друга. Оставалось лишь снова надеяться на целительную силу меча света.