Второй шанс
Шрифт:
— Дядька Кр… Мирон… — Покрутив в руках список книг, заговорил я.
— Да, Кирилл? — Завидич отвлёкся от чтения каких-то бумаг, что он принёс в столовую сразу после завтрака.
— Мне бы в город съездить. Учебниками обзавестись…
— Хм… съездим. — Кивнул он. — Мне, как раз, нужно в банк заглянуть, открыть для тебя депозит… департамент должен был уже перевести твой «гонорар». Кстати, не хочешь свои средства поместить на этот же счёт?
— Чтобы до совершеннолетия не иметь возможности ими распоряжаться? — Фыркнул я. — Ну уж нет. В такой ситуации, я лучше свои сбережения в кубышку сложу. Оттуда их хотя
— А зачем тебе их доставать? Что-то покупать собрался? — Пожал плечами Завидич. — Так, скажи мне, что я не выделю сумму на необходимую вещь? Опекун я, или как?
— Не о том речь. — Я поморщился. — Ну, сам посуди, дядька Край… вот, уйду я в рейс, на полгода, между прочим. Что, у юнца такое уж большое жалованье? Вряд ли… А я расту. Мне одежду чуть ли не раз в три-четыре месяца новую покупать надо, либо старую перешивать… Про обувь вообще молчу, больной вопрос. И что, прикажешь мне отписывать тебе или Хельге в Новгород, чтобы прислали денег? Да и вообще, привык я уже, что у меня всегда есть несколько лишних монет в кармане… или не лишних, но есть обязательно! Да я, даже по «китовому кладбищу» без десятка марок в кармане комбинезона не ходил. Привычка…
— Хм… — Дядька Мирон отложил бумагу, что до сих пор держал в руке и, задумчиво покивав, вздохнул. — Твоя правда, Кирилл. Извини… опять я твоим возрастом обманулся. Знаешь, а у меня есть хорошая идея. Таскать кубышку с собой в рейс, не самая лучшая мысль, согласись…
Вот тут спорить не буду. Имеющиеся у меня почти семнадцать тысяч марок, то есть тысячу семьсот новгородских гривен, возить с собой в матросскому рундуке, это было бы верхом глупости. Ничего не могу сказать об экипаже «Феникса», я с ним пока не знаком, но каперы и пираты водятся не только в Венде, и шанс на то, что шальной снаряд, проломив рунную защиту, разнесёт в клочья кубрик вместе с моими сбережениями, отличен от нуля.
— Ну, нормальный счёт в банке мне ведь тоже не светит… по возрасту.
— Это да. Никто не откроет обычный счёт несовершеннолетнему. — Согласился Край. — Но я говорю немного о другом. Дорожные чеки. Оберни необходимую сумму этими самыми чеками, допустим, Первого Новгородского банка, их принимают по всему миру. А остальные деньги оставишь дома. Красть чеки бесполезно, обменять их на деньги может только владелец. А в случае утери, вернуть средства не составит проблем. Правда, только в том банке, что тебе их выдал. Но есть и минусы. Во-первых, расплачиваться самими чекам за покупки нельзя. То есть, сначала их нужно обменять на деньги в любом банке. А во-вторых, в самом Новгороде ты сможешь превратить их в наличность только в том же отделении, где получил. Ни один другой местный банк их не примет.
— Эм-м… а с чем это связано? — Удивился я.
— Политика банков. Извини, большего не знаю, не интересовался. — Пожав плечами, ответил Завидич. — Но ни в одном иностранном банке тебе в обмене не откажут, это точно.
— А мой возраст? — Уточнил я.
— Роли не играет. — Покачал головой дядька Мирон. — Хотя, конечно, обменивать наличность на чеки, тебе будет лучше в моём присутствии, меньше возникнет вопросов у банковских конторщиков.
— Что ж, идея мне нравится. — После недолгого размышления, я согласился с доводами опекуна. — Когда едем в город?
Завидич бросил взгляд на огромную башню часов
— Да вот сейчас и поедем. Аккурат к ужину вернёмся.
Вот тут дядька Край ошибся. Нет, в банке мы действительно управились довольно быстро, так что, уже через час после приезда в Новгород, когда мы вышли на широкое крыльцо Первого Новгородского банка, в саквояже Завидича покоились документы на мой депозит, сразу пополнившийся десятью тысячами гривен, переведённых седьмым департаментом Русского географического общества, и десять чеков на куда более скромные суммы: по десять гривен каждый. Но оперативность «географов» меня откровенно порадовала. Вот не думал, что государственная контора так скоро выполнит своё обещание…
А вот потом, дела резко затормозились. Не сразу… сначала мы дошли до огромного книжного магазина, расположившегося почти точно напротив Софийских ворот Новгородского кремля. Вот там-то я и завис…
Опомнился, только когда дядька Мирон взвыл от количества набранных мною книг. А что я? Дорвался, да… Понимание того, что у меня уже есть деньги на исполнение мечты о полёте, подвигло меня на приобретение массы ранее недоступной литературы по воздухоплаванию вообще, и всего что мало-мальски касалось рунного конструирования, в частности. А там ещё и книги по мобилям на глаза попались… вовремя.
В общем, если бы не опекун, думаю, гривен сто я бы там оставил, точно… А так, ограничился всего тридцатью «новгородками»… а, и ещё две потратил на учебники для подготовки к гимназическим испытаниями. Тоже опекун напомнил…
Провожать нас вышел хозяин магазина. Ещё бы, думаю, дневную выручку мы ему точно сделали. Собственно, когда оказавшись в открытом ландо «емельки», я, наконец, сообразил подсчитать количество потраченных сегодня денег в марках, то невольно охнул.
— Мне начинает казаться, что идея поместить сбережения на депозит была не так уж и плоха. — Заключил я, приняв, наконец тот факт, что за одно посещение книжного магазина, потратил денег больше, чем «зарабатывал» в среднем за два месяца копания на «китовом кладбище».
Дядька Мирон покосился на меня, потом на четыре огромных, увязанных шпагатом стопки книг у нас в ногах и весело расхохотался.
Так, под его смешки мы и прибыли домой, где нас уже дожидалась недовольная чем-то Хельга.
— Что случилось, дочь? — Обратился к ней за ужином опекун. Хельга в ответ нервно передёрнула плечами.
— Так, небольшие неприятности на службе. — Деланно небрежно отозвалась она.
— Хм, уточни, будь любезна. — Мягко проговорил Завидич, отложив в сторону вилку, которой только что намеревался подцепить с тарелки солёный груздь.
— Владимиру навязывают матроса в экипаж…
— И что такого? Обычное же дело. Гюрятинич — уважаемый капитан, неудивительно…
— Юнца, пап! Малолетку! Кто ему там сопли утирать будет?! — Возмущённо выпалила Хельга.
ГЛАВА 5
Вперёд на баррикады
Причину столь странной реакции Хельги, опекун растолковал мне, когда та уже выскочила из-за стола и скрылась в своей комнате.
— Она же, по факту, самый младший офицер на «Фениксе», да ещё и барышня. — Усмехаясь в усы, проговорил дядька Мирон. — Вот и подумай, на кого капитан скинет обязанность присматривать за юнцом… помимо боцмана.