Второй шанс
Шрифт:
С чего это РДУ рисковать отношениями с китайцами? Зачем им вообще понадобилась эта космомастерская?
– Гадал Степан. Об этой "базе пиратов" он был наслышан. Конечно, она действительно мешала многим, компетентные органы даже подыскивали законное основание, чтобы её прикрыть, но не могли ничего добиться, так как их юрисдикция не распространялась на нейтральные территории.
А тут, значит, прилетели военные и всё, к чертям собачьим, разнесли. Причём Степан не сомневался, что перед этим они успели хорошенько похозяйничать на станции. Что могло заставить Шубейко пойти на столь радикальные меры, чтобы
Спал Степан плохо - ему снились непонятные абстрактные сны, которые после пробуждения он практически не запомнил. Следующим днём он был мрачен и подавлен. Друзья пытались его разговорить, но отвечал он односложно и неопределённо так, что от него в конце концов отстали. На уроке истории Карпатов обратил внимание, что классная проявляет к нему повышенный интерес. Выражалось это в брошенных вскользь взглядах, которые он прекрасно умел подмечать, а так же по навалившемуся на него граду вопросов. Помня о конспирации, Степан не стал чеканить ответы, которые ему были хорошо известны, а старался говорить неторопливо, в задумчивости морща лоб, а так же периодически мямля и запинаясь.
К его удивлению, и здесь у него нашёлся противник. Видимо уязвлённый чрезмерным вниманием учительницы к какому-то новичку, староста группы Гена Крылов постоянно тянул руку и, когда Поверина спрашивала его, отвечал бодро и уверенно, с превосходством косясь на Степана. Тот его взгляды игнорировал напрочь, выглядел мрачным и утомлённым. Впрочем, ни учительницу, ни старосту его кислый вид не смутил.
После окончания урока, Наталья Сергеевна собиралась задержать новичка, чтобы немного с ним поговорить, узнать его получше и поинтересоваться, не случилось ли чего, однако, немного подумав, решила этого не делать.
– Стивен, если тебе захочется поговорить... о чём-нибудь, я всегда тебя выслушаю.
– Шепнула она ему, поймав перед выходом из класса.
– Да, конечно, спасибо.
– Кивнув, пробормотал Карпатов и удалился.
После занятий его нагнали Лин с Вадиком, предложив сходить поиграть в автоматы.
– Извините, парни, не сегодня.
– Решительно отказался Степан.
– Мне надо... немного проветриться.
Вадик хотел было догнать друга и спросить "какого рожна с ним сегодня творится?", но Лин удержал его за рукав.
– Пусть проветрится.
И вот теперь Карпатов, одолеваемый мрачными мыслями и предчувствиями, в одиночестве кружил по улочкам Столицы. Его злило не столько то, что он ни черта не знает, сколько осознание собственного бессилия. Он привык всегда находиться в гуще событий. Он приносил пользу своей стране, и осознание этого грело ему душу. После перерождения это чувство притупилось достаточно, чтобы Степан не считал себя бесполезным и ни на что негодным ничтожеством, но догадки о намечающемся кризисе возродили его в полной мере. Степан-Хана был нужен своей стране, но он был мёртв.
Карпатов бродил по городу до позднего вечера, а когда вернулся, его ожидал холодный ужин, а так же серьёзные
– Ешь.
– Сказал Алексей, поставив перед сводным братом тарелку макарон с мясной подливкой.
Степан молча умял ужин.
– А теперь рассказывай!
– Что?
– Удивился Степан.
– Смотрю, прогулка тебе не очень-то и помогла.
– Хмыкнул Лин.
– Давай, колись, чего ты сегодня весь день такой... пришибленный?
Лин даже не догадался, в какой шок повергли Степана его слова. Пришибленный?! Раньше ему удавалось держать свои эмоции в узде. Карпатов проанализировал весь сегодняшний день в школе и мысленно усмехнулся. Раньше никто не назвал бы его пришибленным, потому как "пришибленность" была его обычным состоянием, к которому сегодня он невольно вернулся.
– Ну, так что там у тебя?
– Не унимались Лин с Лёшкой.
Неожиданно вспомнилось предложение Повериной поговорить, и Степан решил: почему бы нет? Не с ней, конечно, она другая - взрослая - а свои то совсем рядом.
– Понимаете...
– нерешительно начал он. Увидев, что Стёпка настроился на разговор, друзья поудобнее устроились за столом.
– Что-то в последнее время я начал осознавать свою никчёмность.
– Кажется, это признание повергло в шок уже Алексея с Лином. Чего-чего, а такого они не ожидали.
– Я чувствую себя бесполезным и ненужным.
– Почему это?
– Воскликнул Лин.
– Ну так...
– Передёрнул плечами Степан.
– Давай-давай, говори, раз уж начал.
– Раньше... в детдоме, я постоянно был при деле. Что-то всегда делал, кому-то помогал, в общем, приносил пользу.
– Попытался перевести свои переживания в детские реалии Карпатов.
– А сейчас? Сейчас я не делаю ничего такого... значимого. Не приношу той пользы, какую мог бы...
Некоторое время друзья молча сидели, обдумывая его путаные объяснения.
– А что тебе мешает?
– Спросил, наконец, Лин.
"Рост, вес, отсутствие мышечной массы, отметка "помер" в личном деле" - Проворчал про себя Степан.
– Много всего, - уже вслух ответил он.
– Мне кажется, я знаю, в чём дело!
– Неожиданно объявил Лёшка, до этого лишь задумчиво поглядывающий на Степана.
– Неужели?
– Усмехнулся тот.
– И что же?
– Нетерпеливо спросил Лин.
– Ты, - Алексей обличающе указал пальцем на Карпатова, - там у себя привык, что тебя считают важным! Уж не знаю, какие у тебя были отношения с твоими друзьями или воспитателями, но ты был чем-то важен для них, так?
Степан осторожно кивнул, ему хотелось дослушать рассуждения Лёшки до конца.
– Ты ведь прожил с ними бок о бок довольно продолжительное время и привык считать себя неотъемлемой и важной частью коллектива. А теперь они там продолжают жить дальше, ну а ты думаешь, что они ни с чем без тебя не в состоянии справиться. Вот в этом-то и заключается твоя проблема. Поверь, те кого ты покинул всё так же продолжают жить как и жили. Возможно, твоё отсутствие и вызвало у них некоторые неудобства, но они приспособятся и всё придёт в норму. Ты тоже должен перестать жить своим прошлым, какое бы оно у тебя ни было. Да и в любом случае, выбора у тебя особого нет, его не вернуть. Смирись и научись жить по-новому.