Второй шанс
Шрифт:
– Начальство не опаздывает.
– Я в курсе. Но странно всё равно.
– Василий Иванович продвинулся в расследовании? – в свою очередь поинтересовалась Элеонора.
– Не особо откровенничает, – признался Дима. – Может, с тобой поделится.
– Думаю, сначала с шефом.
Двоюродного брата ведущая называла по имени-отчеству или просто «шеф». Он при всех звал ее исключительно Элеонорой и на «ты». Впрочем, на «вы» Носов к подчиненным совсем никогда не обращался, вероятно, подсознательно копируя стиль русских монархов.
– О чем секретничаете? – вмешался в их диалог Жора.
Сегодня была его очередь
Жора был членом первой тройки сотрудников, которые работали в новостях от самого основания службы. Его взяли в штат по конкурсу, объявленному для всех, готовых принять участие. Конкурс вначале был принят общественностью, да и коллективом, за очередную PR-акцию. Придумал его и благословил лично Андрей Константинович, а финал по стечению обстоятельств пришелся на первую неделю сентября, вскоре после дефолта.
Победителей пышно поздравили в студии, под блеск фонарей и торжественную музыку. В прямом эфире генеральный директор пожелал новоиспеченным ведущим успешной карьеры и вручил им служебные удостоверения. Сразу после этого встал вопрос, как быть дальше.
Ведущие теперь были, но вести было нечего. Авторы программ резонно не собирались поступаться ни пядью своих владений. Оля Каминская скорее легла бы костьми, чем отказалась озвучивать анонсы. Прошло полторы недели полной неопределенности, новички добросовестно ходили на канал и терзались самыми скверными предчувствиями.
Их слегка обнадежил День города, который масштабно освещал «Город плюс». Проявить себя в роли ведущих им, правда, не очень-то довелось. Оказалось, что надо выезжать на место действия вместе с операторами, потом сразу делать сценарий, прежде перелопатив массу видеоматериалов, снятых не всегда более или менее качественно. Объектив гулял туда-сюда, неспешные панорамы, начавшись, не заканчивались даже спустя полминуты. Выбрать что-нибудь мало-мальски годное из часовых, а порой и более объемных исходников было ой как непросто.
После титанических усилий часовая программа увидела свет. Герои ждали похвалы, но тут на канале объявился Александр Владимирович Ветров. Объявился и первым делом разнес в пух и прах всё это праздничное великолепие.
– Вы вообще о телевидении имеете представление?
Таким был его вопрос к ведущим после совместного просмотра.
Жора вспыхнул и покраснел, как помидор. Недавно отметив тридцать первый день рождения, он не считал себя мальчиком для битья. Выпускник областной академии искусств, Ларионов поиграл на сцене молодежного театра, а затем экспериментальной студии «Контрабас», провел кучу свадеб как тамада и не меньшую кучу ёлок как Дед Мороз. Он не строил из себя звезду, но к подобному обращению не привык. И грянул бы первый конфликт (не исключено, что для Жоры последний), если бы не третья ведущая – Маша Скворцова.
Она вцепилась Жоре в рукав и прошипела:
– Молчи!
Маша и Жора сдружились еще во время конкурса, когда его исход не был ясен. Принцип любого более-менее честного соревнования «Человек человеку волк» в данном случае почему-то не сработал.
Что бы ни судачили за их спинами, ничего амурного и, тем более, эротического, в их альянсе не было. Оба оставались людьми семейными, у Жоры подрастала дочь, а у Маши сын. Просто, оказавшись вдруг в неизведанной и довольно агрессивной среде, они осознали, что надо искать точку опоры, и нашли ее друг в друге.
Еще одной ведущей, выигравшей многоэтапный и многолюдный конкурс, была, естественно, родственница Андрея Константиновича…
– Обсуждаем моральный облик товарища Малявкина, – сказала Элеонора.
– Позор пьянице и дебоширу?
– Ему-ему.
– Я одного не пойму, – сказал Жора, оценивая свой внешний вид в зеркале, которое висело рядом с календарем, – он совсем умом тронулся? Сколько надо было вылакать и какой дряни, чтобы гнать порнуху в эфир?
– Малявкин свою меру знает, все операторы так говорят, – заметила Элеонора. – Я бы иначе спросила: его случайно кто-то подставил или нет?
Дима в очередной раз про себя оценил рассудительность и логику старшего редактора новостей.
– Ярик у нас Божий одуванчик на фоне других, хоть и выглядит, конечно, своеобразно, – обронил он. – Его не слышно и не видно.
– На его месте я, скорее, Омельченко могла бы представить, – подключилась к разговору Маша Скворцова, которая тщетно пыталась дозвониться главному санитарному врачу, чтобы взять у него статистику заболевших гриппом.
С ней никто не стал спорить. Стас Омельченко находился, по словам Баранникова, на условном сроке, то есть ему было сообщено, что он вылетит на улицу при первом же нарушении дисциплины. Из всех операторов был он не просто самым пьющим, а безусловным лидером в этой сфере. Его штрафовали раз десять, отстраняли от съемок еще чаще, однажды уже увольняли, но добрый Андрей Константинович восстановил Стаса в должности после церемонии покаяния. Случись такое ЧП с Омельченко, никто и не удивился бы. Ради теплой компании он мог сорваться и поехать через весь город и даже за город, а на следующий день очнуться только ближе к обеду.
И сегодня Стас безнадежно опаздывал, хотя тоже был обязан явиться к девяти. Скандал с эфиром затмил этот факт, но Дима не сомневался в том, что старик Баранников возьмет и его на карандаш.
– Думаешь, пал Малявкин жертвой грызни внутри цеха?
Элеонора ответила Диме после многозначительной паузы.
– Не поручусь насчет грызни, но в пьяный ляп не верю, – наконец, сказала она.
– Радостного нынче маловато, Александр Владимирович, – горько произнес Баранников. – Событие не вполне по вашей линии, но вы же в курсе хотя бы в общих чертах, что произошло?
– В самых общих, – подтвердил Ветров, перестав покачиваться.
– Понимаю, свои источники.
– Я созванивался с Андреем Константиновичем, – внес ясность директор информационного вещания.
– Тогда, наверное, будет правильно дождаться его, чтобы обсудить подробности и нашу, так сказать, тактику.
– Тактику?
Василий Иванович скосил глаза в сторону Оли Каминской, максимально выразительно прокашлялся.
– Вы больше не курите, Александр Владимирович?
– Бросил из принципа. Пустая трата времени и вред здоровью.