Второй шанс
Шрифт:
– Не могло, и не было! – вторил ему Юра, который сменил сегодня малиновый пиджак на защитного цвета водолазку («На казарменном положении?» – подумал Дима).
– Нет, ну они совсем охренели! – возмущался ему Фима. – Америке, выходит, всё можно? Кто же с ней-то разберется?
Дима вспомнил, что тетя Фимы эмигрировала в США году, кажется, еще в восемьдесят девятом и после Брайтон-бич переселилась в город Нью-Хейвен, штат Массачусетс. Вид на жительство у нее точно был, а, возможно, уже и гражданство. Генеральный продюсер посещал ее по гостевой визе.
– Ты
– У Клинтона второй срок заканчивается, выборы его не касаются, -дал справку Клевцов.
– Всё из-за Моники Левински 9 ! Оральным сексом не надо заниматься! – выдвинул новую теорию Ричард.
«Оральным» прозвучало, само собой, как «огальным».
– Спорный вопрос, – заметил Дима.
– Ты как считаешь, Примаков правильно самолет развернул? 10 – наседал Валентин Тимофеевич.
9
Стажер, а затем сотрудница Белого дома, имевшая сексуальные отношения с президентом США Биллом Клинтоном в 1995-1997 гг.
10
Премьер-министр РФ Евгений Примаков распорядился развернуть правительственный самолет прямо в небе над Атлантикой, узнав о начале операции НАТО в Югославии, и отказался от визита в США.
– Трудно отсюда судить. Это же не просто визит был, там соглашения планировали подписать.
– Не надо нам никаких соглашений! Ничего от Амегики не надо! – совсем по-ленински провозгласил Ричард. – «Ножки Буша» нам пгисылали отгавленные!
«Глас народа? – задался вопросом Дима, не ставший встревать в полемику из-за «ножек». – Видал, чувства какие пробудились? А курятину-то ели американскую. Пригодилась она в свое время, когда в магазинах было шаром покати».
– Сегбы наши бгатья, так истогически сложилось! – продолжал фонтанировать юморист.
– Примаков настоящий мужик, надо его ставить вместо Ельцина. Боря только квасить горазд, – сказал подоспевший на крики Стас.
Подробно обсудить это предложение с участием Клевцова не успели, так как в едальню следом за Стасом заглянула Оля Каминская и объявила:
– Дима, тебя Носов вызывает.
Андрей Константинович прихлебывал кофе из именной кружки, которую держали на особой полочке в административном отделе. Там же хранился своевременно возобновляемый запас зерен, предназначенный специально для генерального директора. За таинство приготовления головой отвечала Оля.
Перед шефом на столе в студии были беспорядочно разложены какие-то разноцветные графики, ксерокопии документов, мобильный телефон, ключи от машины и зажигалка. Носов, не спеша, с чувством и вкусом, курил Marlboro, стряхивая пепел в блюдце. Привилегию дымить в святая святых канала
Шеф был одет демократично – в голубоватую рубашку без галстука, темно-бордовый свитер и классические джинсы. В костюме или пиджаке он появлялся за эти полгода всего раза три или четыре.
«Настучал старик Баранников, – решил Дима. – Сейчас будет порция оплеух».
– Присаживайся, – гостеприимно предложил Андрей Константинович, указывая рукой с дымящейся сигаретой на крутящийся стул, как возле рояля в филармонии.
Дима сел, ни слова не говоря.
– Чем коллектив дышит?
– Войну обсуждает, – Дима счел, что шеф заходит уж больно издалека.
– Какие мнения?
– Америку ругают.
– Больше никого не ругают?
– Вроде нет.
Шеф еще отпил из кружки.
– Ну что, Дима, пора серьезно побеседовать.
«Почему Ветрова нет? Ограничится внушением или сам уволит?» – успел подумать Клевцов.
– Я доволен твоей работой в службе новостей. Мы не прогадали, когда брали тебя, – сказал Носов.
Диму бросило в жар.
– Хорошо, что болеешь душой за телекомпанию, готов помогать в нынешней… э-э… ситуации, – продолжил генеральный.
«Спасибо Элеоноре», – догадался Клевцов.
– Теперь наступает новый этап. Социологи кое-что посчитали по моей просьбе, и я пришел к выводу: каналу не хватает аналитической программы.
– А я…
– А тебя я вижу ее редактором.
– Как же новости? – растерянно спросил Дима.
Он вдруг осознал, что успел привыкнуть к бывшей кладовой и общему дивану, холодильнику и кружке с бактериальными культурами и, самое главное, к обитателям этой комнаты с их суматошным образом жизни. Наверное, обычный человек, считающий себя нормальным, его не понял бы.
– Новости не пропадут, – улыбнулся Андрей Константинович. – Но ты не беспокойся, будете трудиться в связке. Это вы без меня отрегулируете с Александром Владимировичем.
– Ветров согласен с такой перестановкой?
– Полностью. Он и посоветовал назначить тебя.
Четверг двадцать пятого марта поистине стал днем больших сенсаций, и не только мировых.
– Да, о главном… – шеф подержал паузу.
– О главном? – Дима всё равно был несколько ошеломлен.
– Об оплате труда. Нынешний оклад за тобой сохраняется, а кроме того, будет ежемесячный гонорар за программу. Бюджет у нее, правда, маленький, поэтому положу тебе пока сто долларов.
Дима в уме перевел доллары в рубли, вышло примерно две тысячи четыреста.
– Спасибо вам, Андрей Константинович! – искренне выпалил он и присовокупил в качестве ответного слова. – Постараюсь соответствовать уровню канала.
Шеф откровенно, до ушей, заулыбался, почесал свою профессорскую бородку.
– Я надеюсь, мы с твоей помощью этот уровень немножко поднимем.
Когда редактор аналитической программы уже встал с рояльного стула, Носов обронил:
– Наверное, тебе ассистент понадобится из числа наших.
– Можно, я Элеонору привлеку? – сказал Дима.