Второй шанс
Шрифт:
В другое время он бы ответил тем же, но не сейчас. Раненый, полуоглушенный, страдая от яда, он думал только об одном — убраться подальше. И ринулся прочь, изо всех сил загребая ластами.
По счастью, его не преследовали.
— Что там происходит?
Ольга, наблюдавшая с камня за морем — тримаран ученых виднелся на горизонте черной точкой — обернулась в сторону Аселя, который склонился над приемником. Активировав ручное управление, он заставил дрона пролететь над тримараном и ахнул:
— Авария!
— Что?
— Тримаран перевернулся.
— Не может быть!
Но дрон показывал
Четверо.
— А где…
Аквалангисты, видимо, задали себе тот же вопрос. Двое остались у лодки, еще двое нырнули, разыскивая товарищей.
— Надо послать спасательный бот, — Ольга выпрямилась, озираясь по сторонам. — Профессор Якорн, у вас есть…
— Запасной тримаран? Нет. Если только профессор Трент разрешит использовать свой…
— У нас не тримаран, — заспорил тот. — Обычная надувная лодка. Шестерых она на борт не возьмет. У нее вместимость на четверых, считая рулевого.
— Все равно дайте! Там же и из вашей группы тоже есть люди!
— Хорошо-хорошо. Асель, вызовите из лагеря Дахана и Мару. Пусть отправляются для спасения.
— Я сбегаю, — сорвалась Ольга. — Все равно нужна медицинская помощь.
Ругая себя за то, что ходит по острову без сумки, где сложена аптечка для оказания первой помощи, она со всех ног помчалась по лесу. Дахан и Мара Мир были из группы профессора Трента, и по иронии судьбы их лагерь базировался в соседней бухточке. Там берег был немного круче, так что палатки стояли чуть дальше от воды, чем те, в которых жили подчиненные профессора Якорна. Зато их тримаран всегда стоял наготове, покачиваясь на якоре у прибрежных камней. Прыгай внутрь, выбирай якорь и заводи моторчик. Она бы и одна справилась с управлением. Но надо как-то размещать спасенных людей. В принципе они могли бы доплыть сами — тут не так далеко от берега — но что, если у них раненые? Практика показывает, что большинство людей, попав в стрессовую ситуацию, начинают паниковать и забывают, чему их учили на курсах. Значит, надо прихватить транквилизатора и обезболивающее. И диагност. И…
И тут она выскочила на поляну перед «Баядеркой».
Большинство членов экипажа наслаждались отдыхом и бездельем. Лишь механики, пользуясь случаем, копались в двигателях. Остальные либо бродили по лагерю, либо отдыхали. Кто-то даже загорал.
— Нужна помощь!
На крик Ольги повскакали все.
— Наши ученые…они поплыли за образцами… во внутреннее море, и там…я не знаю, что было… дрон показал, что какое-то существо атаковало тримаран. Есть жертвы.
— Сколько? — вперед протолкался капитан Ашер.
— Пошли шестеро. Когда я убегала, всплыли четверо.
— Ясно. Во флайер все не влезут… Варвич, к соседям за их тримараном! Пилот, заводи машинку, — распорядился Гримо. — Доктор Крыж, вы идете с пилотом.
Она кивнула:
— Я только аптечку захвачу!
Убегая вместо нее в лагерь профессора Трента, Варвич бросил на Ольгу пристальный взгляд. Женщина почувствовала его, но тут же отмахнулась, выбросив из головы все посторонние мысли. Главное — спасти людей.
Флайер взял вверх так круто, что, не пристегнись она, вывалилась бы через борт. Где-то внизу промелькнул
— Берем только раненых, если они есть, — бросил Гурвиль. Ольга кивнула. Флайер «Баядерки» был совсем крохотным, в него с комфортом могли усесться пятеро, считая водителя. Была еще спасательная капсула, но для пилотируемых полетов она по ряду причин не годилась.
— Вон они! Все шестеро… — женщина ткнула пальцем вперед.
Люди цеплялись за опрокинувшийся тримаран. Даже слепому было ясно, что двигаться он не может — одна из «лап» была сильно погнута мощным ударом, сбоку надорвана обшивка. Кроме того, что-то случилось с винтом — он торчал под каким-то странным углом. Вокруг плавали банки с образцами, пакеты, контейнеры, сачки. Таиша одной рукой поддерживала вторую аспирантку Энию Луа. Соберон и второй аспирант помогали рулевому Равилю.
Одного взгляда было достаточно, что ему было хуже всех. Мужчина был без сознания. Запрокинутая голова, белое лицо, струйка крови изо рта… Если бы его голову не поддерживали над водой, он бы утонул.
— Там «корзинка» под сидением, — сказал Гурвиль. — Справитесь?
— Постараюсь, — Ольга нашарила внизу «корзинку», представлявшую собой переплетение широких ремней. Пока флайер описывал над местом катастрофы круги, она расправила ее, одни крепления отстегнув, а другие, наоборот, закрепив, и на очередном заходе сбросила ее вниз:
— Цепляйте!
Флайер мог зависать весьма на недолгое время, и то полностью останавливаться он не мог. Пилот раскрутил его, заставив вращаться по узкой спирали. Это помогало удержать машинку в воздухе. Вращаясь вместе с нею, «корзинка» шлепнулась в воду, и второй аспирант — Ренат, вспомнила Ольга, и он не аспирант, а скорее лаборант — поймал ее, подтянул и стал кое-как запаковывать в нее бесчувственное тело Равиля. К тому моменту, когда он наконец справился — Соберон почему-то не помогал — у Ольги от вращения так закружилась голова, что женщина еле успела проглотить транквилизатор. Не хотелось, чтобы ее стошнило на головы спасаемых.
— Вверх!
Флайер рванул в небеса, буквально выдергивая тело Равиля из воды. Из-за инерции оно раскрутилось так сильно, что Ольга замучилась, сперва останавливая это вращение, которое не могло принести пострадавшему пользы, а потом втаскивая тело на борт.
— Давай за вторым, — приказала она пилоту, перевалив Равиля на заднее сидение и вскрывая диагност.
К тому моменту, когда на борт вскарабкалась Эния, Ольга уже в общих чертах знала, как обстоят дела.
— На корабль, живо, — распорядилась она. — Нужен стационар. И надо связаться с нашими… это реально?
— Сейчас подлетим поближе…
Спутников связи на Охане не было. Единственной точкой связи была сама «Баядерка», вернее, ее искин. У каждого из экипажа был наручный комм, который был связан с нею — вернее, с киборгом Рыжиком, который являлся как бы самодвижущимся модулем корабля — но проблема была в том, что радиус действия коммов был ограничен парой километров. Большую часть побережья он покрывал, кроме пары отдаленных участков, но до горной гряды и тем более середины моря не дотягивал. Поэтому суета и беготня в лагере поднялась, только когда приземлился флайер.