Второй шанс 5
Шрифт:
– А вы что же, сами всё это готовите? – спросил я, дожёвывая второй эчпочмак.
– Да какой там, – махнул он с улыбкой рукой. – Это моя жена хорошо готовила, а я не приучен, всё больше с деревом работаю. А это соседки несут чуть не каждый день, думают, что я тут с голоду умираю.
Когда с едой и чаем было покончено, я снова напомнил о цели нашего визита.
– Да мне как-то и не нужно этой известности, вон и выставку предлагали организовать в Доме народного творчества, я не стал.
– Жиганша Анвярович, от того, согласитесь ли вы, чтобы о вас написали, зависит судьба вот
– А почему я? В селе живут более достойные люди. Вон Венера Зарипова…
– Про неё нам уже говорили в сельсовете. Но о ней уже писали, а редактор сказал – найти увлечённого человека. Под это определение вы как нельзя более подходите.
Врал я, как воду пил, наверное, во мне погибал великий актёр. Как бы там ни было, на уговоры ушло минут пять, и клиент созрел. Не только о своём увлечении рассказал (а его дом поистине напоминал небольшой музей), но и том, как воевал в Великую Отечественную. Героический, оказывается, человек, награждён двумя боевыми орденами и несколькими медалями.
Его рассказ записывался на мой диктофон, ради этого я пожертвовал кассету с переписанным у Вали сборником хитов Донны Саммер. Повезло, что кассета была не фирменная, иначе пришлось бы мудохаться с защитой от записи. Ну или вооружить Ингу ручкой и блокнотом.
Напоследок пофотографировал героя нашего репортажа за работой, снял самые интересные поделки, а Жиганша Анвярович ещё и вручил нам по подарку. Инге он презентовал резную шкатулку, а мне – Ходжу Насреддина верхом на ослике. Очень искусная работа, за такую в моём будущем и тысяч пять попросить не стыдно.
Домой вернулись уже под вечер, каждый с чувством выполненного долга. Инга сказала, что завтра с утра послушает запись и перенесёт текст на бумагу, после чего приступит к созданию очерка. Я же обещал стать её бета-ридером, надеюсь, мне не придётся за ней переписывать весь текст набело. В конце концов, она собирается стать журналистом, а это должно быть врождённое, как мне кажется, иначе зачем ей вообще поступать на этот несчастный журфак?
После речки принял прохладный душ, бальзамом пролившийся на пылающую кожу. Вот же блин, теперь буду облазить. Вроде не так и долго загорал, как бы сексом мы с Ингой не больше занимались. Вот, может быть, находясь сверху, и не замечал, как солнце жарит по спине, пока я жарю… Хм, овладеваю своей любимой девушкой.
Инга не подвела, написала очерк даже лучше, чем я ожидал, очень живо и красочно получилось. Правда, попенял ей на излишек мелких деталей, которые читателю вряд ли будут интересны, всё-таки газета – не журнал. В газете ценится правило: «Краткость – сестра таланта». Заодно посоветовал немного по-другому построить текст. В заходе не про войну надо писать, а про поделки, мы же ради них и приехали к человеку. А потом и про боевые подвиги нашего героя можно упомянуть, в частности, что именно на фронте в редкие минуты отдыха между боями он начал выстругивать из дерева
Материал на полполосы с парой моих фотографий вышел через неделю, и счастью Инги не было предела. По сему поводу мы устроили с ней посиделки в кафешке, завершившиеся свиданием в моей комнате – мама благоразумно ушла к соседке.
В то же время я параллельно ваял рассказ на конкурс в «Юность». На прошлой неделе, как раз перед поездкой в Усть-Узу, у меня наконец оформилась идея. Писать на фантазийные темы не хотел, нужен был реальный персонаж, а в рассказ вместить самый, так сказать, смак.
Тем более что Пенза, как ни крути, богата спортивным талантами, одних только хоккеистов для сборной поставляем сколько. Моисеев уже выигрывал олимпийское золото, братья Голиковы – неоднократные чемпионы мира… Жаль, на Зимних Играх-80 в финале наши проиграют американским студентам. А может, теперь и не проиграют? История-то пошла по новому руслу. С другой стороны, если и в спорте кое-что изменится, Первухин, Герасимов, Яшин, Светлов и Кожевников могут остаться без олимпийского «золота» Сараево. А Кожева – тот и на следующей Олимпиаде второе своё золото взял. Да и прыгунья в воду Ира Калинина может не выиграть олимпийскую вышку уже на Летних Играх.
Жаль, что выдающихся боксёров Пенза не производит на свет, не про себя же писать, в конце концов, я даже на юниорском уровне далеко не всё ещё выиграл, не говоря уже о взрослом, так что хвалить себя пока рано. Рома Кармазин, наш чемпион мира по боксу среди профи, ещё в своём Кузнецке в детский сад ходит. Короче говоря, решил я выбрать героем биатлониста Александра Елизарова, на прошлой Олимпиаде в Инсбруке ставшим бронзовым призёром в индивидуалке и победителем в эстафете, где бежал, точно знаю, с будущим скандалистом Тихоновым, а с кем ещё – это мне предстояло выяснить у него самого.
Елизаров родом из Сосновоборском района, где мы не так давно выступали с наши ВИА. А вот обучался, это я точно помнил, в пензенском машиностроительном техникуме. Там же и начал заниматься биатлоном. После пары звонком я выяснил, что тренировался будущий олимпионик у Николая Елахова, который в последние годы возглавляет сборную области по биатлону. Сказали, что он может помочь в поисках Елизарова, дали номер его телефона. Елахов жмотиться не стал, тоже поделился телефончиком, добавив, что его бывший подопечный уже завязал с выступлениями, отучился в ГЦОЛИФК и сейчас учится в аспирантуре.
На домашний номер Елизарова я позвонил в прошлую субботу, он сам поднял трубку. Я объяснил, что хочу сделать его героем моего рассказа, Александр Матвеевич проникся и согласился рассказать о себе всю подноготную.
– Всю не надо, а то разговор растянется на два-три часа…
– Это да, межгород – дорогое удовольствие, – согласился он. – А знаешь что, Максим, я на следующей неделе буду в Сосновоборском районе, еду навестить родных, кое с чем им помочь, а перед этим в Пензу приеду «Сурой». Приезжаю утром, а с автовокзала последний рейс в Сосновоборск в 16 часов, так что у нас будет время поговорить.