Второй потоп
Шрифт:
— Сколько я был в отключке?
— Девять часов. И у меня две новости: первая — собак я больше не видела, вроде ты их всех перестрелял. Вторая новость намного неприятней — из крана больше не течет вода. Скорее всего, ее больше не будет.
— Плохо, — пытаясь сесть, согласился Стас. — У нас есть запас?
— Да, но очень немного — литров пять, не больше.
— Напрашивается мысль, где взять воду, когда кончится эта?
— Отец говорил, что дальше по дороге стоит небольшая деревня, там должны быть колодцы.
— И сколько до нее?
— Не знаю, километра два, может три.
— Не мало, — задумавшись, произнес Стас, — особенно учитывая, что это будет явно неспокойная прогулка.
— Но у нас же есть машина, — сказала Яна.
— Не думаю, что стоит гонять
На улице было еще темно, Яна поспешила делать завтрак, Стас потратил полчаса на наблюдение за тем, что происходило снаружи.
— Вроде чисто, — садясь за стол, произнес он. — Во всяком случае, я не видел крупных источников тепла.
Быстро поев, они вооружились и, кивнув друг другу, вышли из кабинета, который стал им домом. Перед тем, как распахнуть дверь, Стас вооружился пистолетом и встал в стойку для быстрой стрельбы.
— Как только откроешь дверь, отскакивай назад и направь оружие на проем.
Яна кивнула и повернула ключ. Штыри плавно убрались внутрь, девушка отскочила назад, вскинув к плечу свой «бизон». Стас пинком распахнул дверь. Они замерли, пытаясь привыкнуть к предрассветным сумеркам. Так они простояли минуту, затем вторую.
— Вроде тихо, — произнесла Яна, на исходе третьей.
— Тишина обманчива, — и Стас, не выпуская из рук пистолета, вышел наружу. Он делал точно так же, как спецназ во множестве боевиков. Девушка шагнула следом. Из-за УАЗа, припаркованного в трех метрах, к ней метнулось что-то быстрое. Яна даже не успела вскрикнуть. Собака, распластавшись в длинном грациозном прыжке, ударила ее передними лапами в грудь и тут же огромная пасть сжала горло девушки. Стас успел увидеть краем глаза быстрое движение, но не успел среагировать. Когда он обернулся, выцеливая врага, все было уже кончено. Яна лежала с широко открытыми от ужаса глазами, ее лицо было искажено гримасой боли. Огромные когти на лапах располосовали грудную клетку, даже сквозь камуфляж были видны обнаженные кости, из горла был выдран огромный кусок. Яна была мертва. Все это Стас успел увидеть за несколько десятых секунды. Он вскинул пистолет, ловя на мушку прицела убийцу девушки. Собака даже и не думала бежать, она оскалившись, готовилась к новому прыжку. Пес прыгнул, грохнул выстрел, встреча зверя с пулей произошла в полуметре от Стаса. Она вошла точно в разинутую пасть и вышла из черепа. Кусок обработанного свинца сделал свое дело — собака рухнула на землю уже мертвой. Стас же шел, ничего не видя перед собой, кроме тела девушки. Он подошел и опустился рядом с Яной на колени. Он поправил выбившуюся из аккуратного хвоста прядь, потом провел ладонью по глазам, закрывая их, положил ее голову себе на колени и заплакал. Сегодня он первый раз в жизни почувствовал, что значит, когда у тебя на глазах гибнет друг. Так он просидел десять минут. Потом достал из машины небольшую лопату и, зайдя за угол, принялся копать могилу.
Спустя час, завернув тело девушки в брезент, он бережно уложил ее в небольшую яму, больше напоминавшую окоп для стрельбы с колена. Потом взял лопату и принялся зашвыривать землю обратно.
— Прости, что не защитил, — произнес он, втыкая вместо памятника крест из арматуры.
Постояв еще пять минут, он пошел прочь. Собаку он оттащил подальше от входа, бросив ее рядом с двумя другими.
Посмотрев в последний раз на залитое кровью небольшое крыльцо, он вернулся на завод, заперев дверь, поднялся в кабинет. Там он лег на диван и снова заплакал.
Утро следующего дня застало его лежащим на полу. Открыв глаза, Стас сразу вспомнил, что произошло после. Сначала он допил из горла коньяк, но тот не цеплял, он просто лился, как вода, потом Стас вскрыл водку, а потом он не помнил. Оглядев комнату мутным похмельным взглядом, он понял, что погулял вчера классно. Спиртного не осталось ни капли, обе водочные бутылки были пусты, банка с остатками тушенки стояла на полу, Стас даже не удосужился взять ложку, ел прямо с охотничьего
Окинув беспорядок, царивший там, он начал собираться. Он ни мгновения больше, чем это нужно, не хотел оставаться здесь. Все в этой комнате напоминало о девушке, к которой за последние дни он очень привязался. У него ушло два часа, чтобы заново загрузить машину. Он уже хотел сесть за руль, когда бросил взгляд на могилу у забора. На негнущихся ногах он подошел к ней и несколько минут стоял молча.
— Прости, если сможешь, — сказал он шепотом и пошел к машине, чтобы больше сюда не возвращаться.
Сняв растяжку с ворот, он погнал машину прочь. Не доезжая до города пару километров, он свернул на проселочную дорогу, которая вывела его к старой часовне, сложенной из красного крошащегося в руках кирпича. Она была давно заброшена. Деревня, в которой она стояла, не существовала уже очень давно, да и часовня уже почти развалилась. Стас был здесь раньше один раз, когда они с классом ходили в поход, тогда он с товарищами долго лазил по развалинам, а классная руководительница все боялась, что кто-нибудь свалится и сломает себе что-нибудь, но мальчишки ее не слушали. Стас загнал машину внутрь и быстро залез наверх. Он долго обшаривал окрестности в бинокль, выясняя, не идет ли кто по его следу. Но везде, куда хватало взгляда, не было никакого движения. Только лес, который вырос вокруг часовни, шумел под дуновением ветра. Спустившись, Стас достал из машины лопату и принялся копать. Было необходимо спрятать лишнее оружие, продукты, лекарства. Только он ее воткнул в землю, собираясь поднажать, как под ней звякнул металл, прикрытый небольшим слоем земли и мусора.
Стас стал очищать его и уже через пять минут усмотрел металлическую крышку люка с круглым медным кольцом вместо ручки. Поддев край люка лопатой, Стас потянул за кольцо — натужно заскрипели ржавые петли. Парень поднажал, и люк нехотя стал открываться. Стас достал фонарь и посветил в лаз. Вниз вела маленькая каменная лесенка, сложенная из старых заплесневелых камней. Подсвечивая себе, он стал спускаться. Оружие он даже не доставал, и так было понятно, что он здесь первый посетитель за последние сто лет. Лестница кончилась, и парень очутился в небольшом тесном помещении, оказавшимся никаким не подземным ходом, а всего-навсего пустым подвалом.
— Лучше места для схрона не найти, — разгоняя тишину, произнес Стас вслух.
В течение часа он полностью разгрузил машину, перетаскав вещи в подвал. Еще час понадобился, чтобы отобрать все необходимое. Много на себе не унести, поэтому ему пришлось взвесить каждую вещь. Патроны к автомату и пистолету отправились в рюкзак в первую очередь, за ними последовали пара гранат, оптический прицел, подствольный гранатомет и три гранаты к нему. С оружием было покончено, настало время продуктов и медикаментов. Дополнив аптечку, которую ему прислали неизвестные «доброжелатели», Стас упаковал продукты. Рюкзак был не очень тяжел, и Стас кинул наверх еще пару Макаровых, при случае их можно обменять на что-нибудь полезное. Например, на банку с кофе и пачку сигарет. Ему так не хватало этих двух «наркотиков», к которым он привык уже давно. Все, рюкзак полон. Настала очередь разгрузки, снятой с пленного молодчика на АЗС. Почти все карманы он забил рожками с патронами и гранатами, накинув себе на плечи эту тяжесть, он понял, что напоминает ходячий оружейный склад. Стас в последний раз посмотрел на оставшееся богатство, повесил на плечо автомат и поднялся наверх. Закрыл люк и снова засыпал его, набрав всякого хлама и закидав сверху, чтобы и краешка не осталось.