Второй Император
Шрифт:
Они сидели на маленькой деревянной площадке перед домом и смотрели, как где-то вдали, над горами, за большой желтой рекой догорал закат, постепенно терял краски, медленно уступая ночи законное право. За ним, словно от взмаха крыла невидимой птицы, вспыхивали звезды, еще несмелые и по-младенчески чисты, как поцелуй ребенка.
От господина Гуожи, как и было обещано, Фенг получил большое вознаграждение за спасение Энлея. Половину денег он отдал мастеру Ксану, а вторую часть попросил доставить своему отцу, что и было немедля исполнено. Ведь
– Это в чем ты решил разобраться?
Петух, символ года Поднебесной, влепил подзатыльник спящему Фенгу. – Может быть, ты со мной хочешь разобраться? Отнести мастеру Ксану на кухню и запечь в кисло-сладком соусе? Поберегись, дракон атакует!
Петух лихо нанес Фенгу удар молота по голове, но тот успел подложить руки.
– Ты что опять дерешься? – завопил Фенг. – Разве мало я натерпелся от муравьев… и на рынке?
– Дурак ты, я совсем не дерусь с тобой. Я обучаю тебя настоящему кун-фу!
– В смысле?..
– В самом прямом. Или ты думаешь, что кун-фу – беспорядочно махать руками и ногами? Ты вспомни, как ты дрался в Шаолиньском монастыре с мастерами.
– Какие они мастера… – кисло произнес Фенг.
– А я что говорю! Настоящее кун-фу – это совершенство духа. Ну, и немножко всего остального. Те монахи не были настоящими, но и они бы хорошенько намяли тебе бока, не дерись я тогда вместе с тобой… в духовном мире. Или ты думаешь, что это ты сам разделал полсотни мастеров?
– Теперь уже нет, – ответил Фенг.
– Но признайся, – лукаво спросил Петух, – ты ведь мнил о себе после этого?
Все вы, люди, с этой гнильцой самомнения. Пока не надаешь вам по шее, каждый считаете себя пупом земли.
И Петух с огромным удовольствием снова влепил Фенгу затрещину.
– Ай-яй-яй, – заорал Фенг и как-то почти машинально ткнул Петуха пальцами в грудь.
– Ого?! – Петух отскочил на пару шагов. – Ты делаешь успехи. Если так пойдет дальше, ты вскорости сам начнешь меня колотить.
Фенг вопросительно уставился на него. Петух на Фенга.
– Ну, и тупой ты, братец… – заявил дух после продолжительного обмена мыслями.
– Не понял…
– Я же говорю: дурак. Кун-фу только тогда настоящее, когда им начинает заниматься духовная сущность человека. Причем, в совершенстве. А до этого человек больше похож на вареную лапшу, пусть он и машет кувалдами направо и налево и мнит о себе.
– То есть, ты хочешь
– Ну, конечно! – обрадовался Петух. – Человек рождается, душа его входит в плоть, становится аморфной, похожей на сырое тесто или глину. И только путем постоянных упражнений усваивает себе ту способность, к которой ее приучит тело. А тело, в свою очередь, к деланию побуждает дух, если он ответственный и не дармоед.
Петух многозначительно поднял «палец» вверх. – Ну, типа меня.
– А-а-а… – протянул Фенг.
– Ага, – подтвердил Петух.
– А я думал…
– Ошибался! – заключил Петух. – Но это только в общих чертах. Вводная часть, так сказать. Да и то хорошо, что ты уже умеешь немножко видеть.
– Я хорошо вижу. Может ты хотел сказать что-то другое? – недоумевал Фенг.
– Я сказал то, что сказал. «Видеть» – это сопряжение всех естественных сил человека, преобразование их в динамическую, подвижную, сущность в духовном мире. И только после этого человек сможет различать духовные движения… Вот так!
Пытаясь понять «увиденное», Фенг потерял из виду самого Петуха, перед глазами пошли красные круги. Дух резко оборвал свою речь и тупо уставился на Фенга.
– Короче, хватит с тебя на сегодня духовных истин. Ты и прозрел-то только, буквально на днях…
– Да я в порядке, – произнес Фенг заплетающимся языком, с трудом восстановив резкость в глазах.
– Не мели чушь, – словно из бочки отозвался Петух. – Ты еще очень слаб. Усвоение знаний нужно сопоставлять с мерой духовной силы. Иначе необратимо повредишься. Уж лучше вообще прожить жизнь в полном неведении, чем подъять больше своей меры, надорваться и… вылететь в трубу. Люди падки на духовные познания, но не понимают главного – своей меры.
– Какой еще меры? – озабочено спросил Фенг.
– Самой простой, выстраданной, – ответил Петух, красноречиво скрутив себе
шею и высунув язык. – Духовные откровения подаются по мере, за большие труды, скорби и приобретенное через них смирение. Упорный и постоянный труд… Под лежачий камень вода не течет.
– То есть, легких и быстрых путей не существует? А как же?..
– Да никак! – не дал ему закончить Петух. – Душу умертвить легко, оживить
– трудно. Знание без меры похлеще самых страшных ядов.
– Но как определить, каково оно, знание? – не унимался Фенг. – По мере или нет?
– Определить просто. Правильное знание не несет в себе ничего такого, что изменяет человека. Не возбуждает, не озаряет, не дает сверхспособностей…
– Тогда зачем оно нужно? – в очередной раз удивился Фенг. – И какая была нужда великим получать какие-то откровения? Что-то тут не сходится.
– Это в твоей голове не сходится, – продолжал Петух – Разве Лао-цзы говорил о сверхспособностях? Правильное знание дает ответы на вопросы. Главные вопросы жизни. Да, оно из области откровений, и его невозможно забыть.