Второй фронт
Шрифт:
После того как последние 'юнкерсы' стали удаляться, стараясь сбросить с хвоста четверку 'яков', которые только что подоспели, видимо дежурное звено, капитан Куницын покинул противовоздушную щель. Первым что он отметил — это довольное лицо полковника, провожающего взглядом немецкие самолеты.
— Капитан? Передайте приказ на отдых. Противник подойдет к городу через два часа.
— Есть, — козырнул Куницын и, развернувшись, направился к своей роте. После докладов всех командиров, что в расположение все в порядке — еще бы, их не бомбили — капитан отдал приказ на оборудование запасных позиций. Отдых-отдыхом, но вбитые в него советниками азы танковой тактики засадных боев, требовали действовать.
И под рев двигателей зениток, менявших свои позиции, бойцы
Через три часа пришел злой полковник, ругающий наших сталинских соколов, которые разбомбили понтонный мост, по которому переправлялись немцы.
— Теперь даже не знаю что делать. Может саперов им в помощь отправить? — горько пошутил Бордман.
Посмотрев на недоумевающих командиров. Он пояснил.
— Не успеют они сегодня мост починить и переправиться. Ладно, капитан. Отбой. Завтра их ждать будем, — махнул рукой полковник и направился к своей машине.
Закинув пакет с пайком на заднее сиденье машины, направился в управление. Гоголев был занят, так что пришлось подождать в приемной, когда из кабинета выйдут люди.
— Проходите, — кивнул секретарь генерала в форме старшего лейтенанта.
— Посиди пока. Изучай последние новости. Я сейчас, — кивнув на папку, сказал Гоголев, широким шагом выходя из кабинета. Судя по его виду что-то срочное.
Подхватив паку, присел на один из стульев у шкафа.
— Ну что тут у нас? Отчеты… О, а это что? Дневник? Ну-ка?
Взяв в руки слегка потрепанную тетрадку, открыл первую страницу. На лицевой стороне была приклеен бланк.
'Копия дневника пленённого в лесочке под Сосновкой командира танка старшего капрала Войска Польского Матеуса Дубожинского. Взят в плен подразделением Белорусской армии у 'Объекта-2' в приграничном конфликте. Передан белорусской СБ, представителям НКГБ в республике. Принят, капитаном НКГБ Смеловым Александром Николаевичем'.
'…5 июля 2011 года.
Ну, вот, кажется, началось. Около часа назад, в 21:00 была объявлена боевая тревога. И уже в 21:30 было произведено общее построение нашего танкового батальона. Перед нами была поставлена боевая задача: внезапным ударом захватить секретный военный объект противника расположенный, как мы и ожидали, на территории соседней Беларуси. Впрочем, всё это когда-то принадлежало нашему великому государству и настало, наконец, время для восстановления справедливости. Особо радует, что именно моей танковой роте предстоит оказаться на острие атаки.
После построения, загрузив боеприпасы и отдав приказание экипажу моего 'Леопарда' о дальнейшей подготовке к маршу, как и полается истинному польскому шляхтичу, уделяю немного времени своему дневнику. Должны же мои будущие потомки знать о том, что их предок лично участвовал в воплощении в жизнь идеи о великой Польше от моря и до моря! Поэтому предстоящие судьбоносные для нашей страны события постараюсь описать как можно более-подробнее. Экипаж моего танка, как мне говорили мои друзья, втихомолку посмеивается над литературными упражнениями своего командира, но я не беру это в голову. Это ведь у меня древний шляхетский род, идущий ещё со времён первых польских королей, а они и про своих дедов-то мало чего знают! Ладно, ближе к делу, времени осталось совсем немного, колонна отправляется ровно в 23 часа.
Сейчас нам предстоит выдвинуться в район пограничного перехода через Буг и ожидать там приказа о пересечении границы.
6 июля 2011 года.
В 1 час 25 минут ночи вышли на заданную позицию, не доехав где-то с полкилометра до нашего пограничного пункта. Тут нас уже ожидал ранее прибывший пехотный батальон на бронетранспортёрах. С ним нам и предстоит взаимодействовать в дальнейшем. Сразу по прибытии командир роты собрал командиров взводов и танков
В 3 часа утра поступил сигнал 'подъём'. Все наскоро перекусили и стали готовиться к операции, которая назначена на 4 часа утра. Наверное, дневник продолжить удастся не скоро. 'Леопард', конечно, не древний Т-72, на котором довелось служить моему отцу. Идёт плавно и ровно, но в движении не очень-то попишешь. Но, главное: мы идём вершить справедливость. Мой прадед, сгинувший в Катыни от проклятых большевиков, мною бы гордился. Я удивляюсь, что такое мнение разделяют почему-то не все мои сослуживцы. Кстати, моя бабушка показывала письмо от деда, что он послал ей из плена. Оно, правда, почему-то было датировано сентябрём 1941 года. Но тут нет ничего удивительного: мой покойный дед утверждал, что проклятые большевики переправили дату, чтобы замести свои кровавые преступления перед польским народом. Я ему верю. И мы им и это припомним. Колонна бронетехники, готовая к победоносному маршу, уже выстроилась. Два взвода роты, включая и мой второй, возглавили её. Остальные танки пристроились к хвосту колонны. Сейчас тронемся, до старта остались считанные минуты.
Уже светало. И тут произошла непредвиденная остановка. Подъехали к какой-то деревушке Чернавчицы, если верить GPS-навигатору, и только тут выяснилось, что местечек Сосновка целых 2 штуки: одно недалеко от нас — в 4 километрах, а до другого — километров 70. Проклятые штабные крысы, опять что-то там перепутали! От командира роты нам поступила команда на остановку, и он сейчас по радио уточняет маршрут. А я, вот, занялся опять дневником. Доехали, кстати, довольно быстро. Почти без стрельбы. Ну, вмазали пару раз по зданию таможни, да пару-тройку постов их-ней милиции по дороге раздолбили. Что интересно: белорусы даже не сопротивлялись. Наверное, от страха заранее разбежались. Недаром же они годились только прислуживать моим предкам. Впрочем, что-то и на шоссе машин не видно совсем. Даже когда мы проезжали почти рядом с Брестом. О, кажется с маршрутом разобрались, мой радист говорит, что поступила команда заводить двигатели.
Проклятые белорусы!!! Ну не умеют они честно воевать. С открытым, как говорится, забралом. Не зря, выходит, их наши нынешние союзники-немцы недочеловеками в ту войну называли. Если бы они с немцами тогда также честно воевали как и мы — доблестные поляки, то СССР не продержался бы и месяца против вермахта.
Вот и мы сегодня надеялись, что война будет честной. Теперь понимаю — зря!!! А ведь сперва всё вроде как по нашему плану шло. Мы свернули направо с шоссе на какую-то просёлочную дорогу. Не прошло и десяти минут, как вся наша едва ли не километровая колонна втянулась на эту, с позволения сказать, дорогу. С моего танка уже стало видно большое скопление разнообразной военной и не только техники перед каким-то лесочком. Мы даже успели дать несколько выстрелов туда. И вдруг дорога под нами будто взорвалась. Тут же справа от колонны заработали многочисленные пулемёты и РПГ. Эти звуки ни с чем не спутаешь. На недавнем учении приходилось уже их слышать. Я и не помню, как выскочил из своей горящей машины. Больше никто так и не успел спастись из моего экипажа. Только и успел сделать пару шагов от машины, как сзади раздался сильнейший взрыв. Взорвался боекомплект следовавшей за нами БМП. Взрывной волной меня откинуло на несколько метров от машины. Совершив незапланированный кувырок в воздухе, со всего маха приземлился на спину. Правда, ничего жизненно важного себе не повредил, отделавшись только лёгким испугом. Зато на всю жизнь запомню кувыркающуюся в воздухе вместе с кучей каких-то ошмётков башенку бронемашины, и горевший как свеча мой 'Леопард'!