Второй фронт
Шрифт:
— Вы Александр Геннадьевич всё-таки решили отпустить его? — поинтересовался он.
— Вылечит, оставлю живым. Я слово дал. К тому же я не обещал отпустить его…
— Опасно это, но вы правы, слово офицера превыше всего. Какие у вас дальнейшие планы?
— Думаю пока, какой маршрут выбрать.
Выскочивший из кустов боец подбежал к капитану Лобанову, и стал что-то докладывать ему. Несколько раз кивнув, тот приказал бойцу вернуться на пост и развернувшись на каблуках,
— Товарищ полковник. Охранение обнаружило противника. Выгружаются из грузовиков. У нас есть минут двадцать не более.
— Понял, — ответил я поднимаясь: — Командуйте погрузку.
Раненого из группы капитана, майор уже прооперировал и зашил, сейчас он занимался летчиком.
— Майор? Много вам осталось? — сам при этом вопросительно приподнял бровь, глянув на нашего фельдшера, чтобы тот подтвердил.
— Немного осталось. Руку спасти удалось, это хорошая новость. Гангрены не было, была межмышечная гнойная флегмона, но если бы мы не вскрыли ее вовремя… Сейчас зашиваем. Дайте нам пять минут.
Фельдшер кивнул подтверждая.
— Так точно, товарищ полковник. Хорошо, что жизнь спасли, на грани капитан был.
— Заканчиваете, немцы рядом, уходить надо, — приказал я, старясь не смотреть на развороченную рану. Если немец заартачиться или начнет тянуть время, фельдшер предупредит.
Посмотрев на лейтенанта-штурмана, который помогал бойцам со сборкой, крикнул.
— Тент не успеем, главное борта установите на место.
Спустя сорок минут, та же поляна.
— Вот, герр гауптман. Это несомненно фуражка майора Зорге. Мы нашли ее дальше метров через сорок по дороге.
Высокий здоровяк в обтягивающей его плотную фигуру немецкой полевой форме Вермахта, протянул помятую фуражку своему непосредственному командиру капитану Леманну.
— Вы уверенны фельдфебель?
— Так точно. Тут на внутренней стороне инициалы. Бауэр говорит, что тут были раненые. Русские конечно прибрали за собой, но мы нашли ямку где они закопали перевязочные бинты и… похоже тут была операция, мы нашли поврежденные ткани.
— Что? Говорите яснее Нойманн, — поморщился сидевший на упавшем дереве капитан.
— Похоже, из кого-то вырезали часть мяса. Мерзкое зрелище герр гауптман.
— Видимо для этого им и был нужен майор Зорге.
— Я тоже так думаю. А раз у них тяжелый то, есть шанс перехватить. Герр капитан, вы уже связались с постами фельджандармерии?
— Да. Ни через один пост грузовик без тента не проезжал. Значит, они… — капитан Леманн достал циркуль из чехла и прочертил небольшой круг на карте: — …где-то здесь.
— Двадцать километров по окружности, — кивнул присевший фельдфебель.
В
— Только что сообщила фельджандармерия. Грузовик обнаружен в лесу у села Пшенки.
Прочертив офицерской линейкой полосу от поляны до села Пшенка, капитан задумчиво сказал:
— К Бресту идут. Такими темпами скоро они пересекут границу. Роту по машинам, выезжаем. Предупредите эти две комендатуры, что мы отожмем их сюда. Пусть не вмешиваются, — капитан потыкал острием карандаша в нужные места. Ломать язык, выговаривая польские названия сел он не собирался.
— Есть. Вы думаете, они вот тут?
— Уверен. Слева от дороги идут. Не самое удобное место, но это для них к лучшему. Никто не подумает, что они вот так в открытую пойдут.
— Вечереет, скоро стемнеет. Возьмем? — поинтересовался зам командира роты обер-лейтенант Кох.
— Сомневаюсь, но попробовать стоит. Выезжаем.
— К болоту гонят, — запыхавшись, пробормотала Аля. В трех метрах от нас шли офицеры с Нахимовым с оружием наизготовку.
Противно взвизгнув в полете, метрах в пятидесяти упала мина, выбросив комья торфа. Минометный обстрел продолжался уже десять минут, и изрядно нервировал нас, хотя и били немцы не точно. Явно наугад.
— Угу. Главное что в нужную нам сторону.
С той минуты как мы бросили внезапно заглохший грузовик, прошло больше часа. Вечер стремительно вступал в свои права, так что шанс уйти становился не таким призрачным, как я думал.
Перестрелка вдали то стихала, то начиналась вновь.
— Лобанов там, что третью мировую решил начать? Договорились же, пугнет и догоняет нас, — недовольно проворчал я, помогая девушке перебраться через ствол поваленной ели.
После чего стал помогать четырем бойцам, которые несли носилки. Офицеры с адмиралом были в охранении. Зорге под охраной штурмана шли рядом с носилками. Кстати, работали царские офицеры хоть и с огоньком, но не очень ловко. Сказывался отсутствие опыта, что успели подсмотреть у разведчиков то и копировали. Хорошо еще, что Андрей взял их под свое командование. Хоть немного растолковал воинские премудрости разведки, или пластунов по их нему.
— Дорога. Черт! Местный! — зло прошипел я, заметив, как какой-то мужичек, стоя на козлах, нахлестывает лошадь длинным хлыстом.
— Поляк местный, — ответил на мой вопросительный вгляд один из бойцов, что шли впереди. Лобанов уходя забрал с собой всего троих, остальные шли в группе. Кто проверял дорогу впереди, кто нес носилки, кто шел боковыми дозорами. Людей не хватало. Этот боец был старшим сержантом и командовал в отсутствии капитана Лобанова и его зама.
— Повозка, — сказал я с намеком. Телега нам бы действительно пригодилась.