Второй этаж
Шрифт:
Он участливо подает мне откуда-то взятую бутылку воды, и я с жадностью пью.
«Да уж, не потреб!» — унижает меня Миа-2.
— Ты закончила? — с веселостью спрашивает Громов.
Что тут смешного?
— Да, — хриплю я, делая шаг в сторону.
— Садись, поехали, — говорит он тоном, не принимающим отказов. В тот же миг отбирает у меня ключи, щелкает пультом моей машины и открывает мне пассажирскую дверь. Проскальзываю в салон, задевая головой ветровик.
— Ай! — Тру больное место, а мой спаситель вроде доволен
Громила устраивается рядом и отодвигает сиденье на максимум.
Ему явно тесно.
— Говори адрес, — командует Громов.
Я мямлю ответ, и мои веки смыкаются.
— Миа. — Кто-то теребит меня за плечо.
— Любимый, еще рано, — бормочу сквозь сон.
— Миа. — Пытка повторяется снова, и я заставляю себя приоткрыть глаза.
— Костя? — удивляюсь я. — Что ты тут делаешь?
Он усмехается.
— Иди домой.
— Домой? — Я вглядываюсь в темноту. — Который час?
— Десять, — спокойно отвечает он.
— Утра? — изумляюсь я.
— Ночи! — Ухмыляется он. — Иди, проспись.
О! Это было грубо!
Открываю дверь машины и с криком выпадаю из нее.
Нет. Я пока не достаточно трезва.
Костя бросается мне на помощь и помогает встать.
— Зачем так пить, Миа? — с укором произносит он.
— Нормально, — вкладывая всю свою уверенность, произношу я и протягиваю руку. — Ключи.
Константин недоверчиво смотрит на меня, потом на автомобиль, и все же протягивает мне ключи.
— Иди домой, ладно? — с неожиданной заботой больше просит, чем требует он.
— Ладно, — соглашаюсь я и щелкаю пультом.
Разворачиваюсь, и, стараясь держаться прямо, иду по направлению к подъезду. Шаг за шагом я поражаюсь своей грации и ровной походке. Знаю, он наблюдает за мной.
«Громов, я не дам тебе возможности, смеяться надо мной», — гордо произносит Миа-2, и с этими мыслями я спотыкаюсь и падаю.
— Твою ж мать! — рычит Константин и размашистым шагом подходит ко мне. Я отталкиваюсь руками от асфальта, чувствуя прожигающую боль в колене. Костя подхватывает меня словно пушинку и несет к подъезду. Я обхватываю его бычью шею своими ладонями и утыкаюсь в нее носом.
— Мускус, — недовольно бурчу я и морщусь.
Константин молча ставит меня на ноги, прислоняя к прохладной бетонной стене. Как же хорошо!
Он выхватывает мою сумку, выуживает оттуда ключи и прикладывает таблетку к домофону.
Что он задумал?
Снова подхватывает меня на руки и заносит в темный подъезд.
— Какой этаж? — запыханным голосом спрашивает.
— Седьмой, — зачарованно отвечаю я.
Неужели он будет нести меня до двери?
Не успеваю я об этом подумать, как мы минуем первый пролет.
— Ты же не собираешься знакомиться с моим мужем? — с истерическим смешком спрашиваю я.
— А ты хочешь нас познакомить? — игриво отвечает он.
— Думаю, Валера будет не рад. Он вообще не любит
— Каких таких? — поддерживает он нашу светскую беседу, когда мы проходим четвертый этаж.
Я растерянно смотрю на него, не зная, что ответить.
А, действительно, какой ты?
— Ты — Качеля, — экспертно заявляю я и оказываюсь на ногах. Седьмой.
— Качеля? — поражается он.
— Да, Качеля. Никогда не поймешь, каким ты будешь через секунду.
— Вот как?
— Да. Так, — с вызовом отвечаю я и покачиваюсь, у Константина срабатывает рефлекс быстрого реагирования, и он поддерживает меня.
— Доброй ночи, Миа, — с кривой улыбкой говорит он, и, убедившись, что я твердо стою на ногах без его поддержки, спешно спускается вниз.
Я прислушиваюсь к его шагам, и насколько можно соображать в моем состоянии, понимаю, что он только что для меня сделал.
Константин Громов не сбежал, пока меня тошнило, оставил все свои дела и привез меня домой, слушал мои глупости, и самое удивительное, что мне совсем не стыдно. Хотя, может утром будет иначе?
Пытаюсь открыть дверь ключом, но никак не могу попасть в скважину. Замок щелкает и на меня падает ослепляющая тонна света. Я приставляю руку к глазам, сощуривая их.
— Миа, — обеспокоенно говорит Валера. — Где ты была?! Я тебе обзвонился.
Делаю шаг за порог, и, держась за стену, скидываю туфли.
— Валера, — заплетающимся языком говорю я, положив обе ладони на его грудь. — Я пока не хочу ребенка.
Он ошеломленно смотри на меня, но не отшатывается.
— Пойдем, я уложу тебя, — сочувственно говорит он, и я подчиняюсь его воле.
Глава 4
Пищит будильник. Я мгновенно просыпаюсь и морщусь от яркого звука. О, моя голова! Зачем только люди пьют? Осторожно встаю и испытываю страшное головокружение. Тошнота подкатывает к горлу, я едва успеваю сдержать ее и бегу в ванную. Каждый шаг сотрясает мой мозг и почему-то отдается болью в колене. Опускаюсь на ледяной кафельный пол, и меня накрывает волна убийственных воспоминаний вечера.
Нет, нет, нет! Как такое могло случиться?! Только не Громила! Только не он! И очередной приступ тошноты, приглушает мое чувство вины.
Кое-как оправившись, принимаю холодный душ и, обмотавшись полотенцем, медленно обхожу квартиру — Валеры нет. Странно. Куда это он так рано? «Я пока не хочу ребенка», — всплывает в памяти. Неужели я ему это сказала?! Миа, Миа. Какая же ты дрянь! «Маленькая дрянь», — раздается громом фраза из прошлого. Справедливо. Мне нечего возразить.