Вторая попытка

Тильман Екатерина

Состав научной группы был вполне ожидаем: медицина, психология, биофизика... Зато в конце списка Евгений с удивлением обнаружил себя - в скромной должности "консультанта". В графе "позывной" стоял прочерк, зато телефон и электронный адрес наличествовали. Евгений тут же включил компьютер и попробовал войти в сеть под указанным именем. И когда на экране появилась долгожданная заставка, вместо радости испытал неожиданную тоску. Что станет с его тактикой "завоевывания доверия", когда письма, отправленные из "Консула", дойдут до адресатов?

Может, зря он не рассказал все Саре? Хотя, если Тонечка и в самом деле против...

Весь вечер и все утро Евгений "путешествовал" по сети. Конечно, права консультанта были сильно ограничены, и на экране то и дело появлялось сообщение о недостаточном уровне допуска. Впрочем, Евгения эта дискриминация почему-то не раздражала - он даже сам удивился, осознав это.

К счастью, сеть запрещала только просматривать "неразрешенные" файлы - но позволяла выводить информацию об их наличии. Благодаря этому Евгений смог обнаружить управляемые центральным компьютером системы безопасности, наблюдения и охраны - и очень обрадовался, увидев знакомые программы. Конечно, он не мог пока воздействовать на их работу, но на всякий случай запомнил местонахождение ключевых каталогов и даже прикинул несколько вариантов преодоления сложной защиты.

Впрочем, он не обольщался - тягаться с Балашовым в знании компьютеров было по меньшей мере наивно! К тому же излишнее любопытство к системам охраны вполне могло стоить с таким трудом завоеванного доверия...

...И когда во время завтрака Балашов неожиданно позвонил сам и попросил "посетить" двести пятнадцатую комнату, сердце Евгения екнуло неужели доигрался? А может, речь пойдет о другом? Ведь Сара еще вчера сказала, что рискованный план исследования бесконтактного убийства "в общих чертах принят" - так значит, пора обсуждать подробности... Ну ладно, доживем - увидим!

Двести пятнадцатая комната оказалась неким гибридом лаборатории, мастерской и жилого помещения. Похоже, Балашов не только дневал, но и ночевал здесь - наверняка в нарушение каких-нибудь правил или инструкций! Вообще же он явно чувствовал себя как на своем родном ВЦ - те же расслабленные движения, тот же отсутствующе-пренебрежительный взгляд на все, что состоит не из кремния, а из белка. Но Евгений помнил, что этот взгляд вполне умеет замечать малейшие подробности... никак не выражая этого внешне!

Едва Евгений осторожно прикрыл дверь, новоявленный начальник технического отдела поднял голову от какого-то распотрошенного агрегата и без приветствия, сразу переходя на "ты", встретил его вопросом:

– Послушай, что за странная идея с установкой сверхчувствительной аппаратуры? Зачем она понадобилась, если твой подопечный живет в том же доме, что и ты?

Евгений облегченно вздохнул про себя: если его интерес к системам безопасности базы и был замечен, речь не о нем. Правда, непонятно, что хуже - вопрос-то попал в самую точку: не станешь же объяснять,

что аппаратура нужна ему вовсе не для Сэма! Евгений осторожно пожал плечами:

– Он же не безвылазно сидит в доме! Самое интересное - наблюдение во время работы... а до нее порядочное расстояние!

– Да, у тебя написано: два километра. На самом деле тысяча восемьсот метров от вашего дома до больницы по прямой... Но это совершенно не имеет значения, потому что проще установить всю нужную аппаратуру прямо в больнице.

"Ну вот, началось, - подумал Евгений.
– Теперь бы только не проболтаться..." Он еще раз мысленно перебрал заготовленные аргументы, стараясь выбрать наиболее эффектные...

Причина возникших сомнений была абсолютно ясна: обычное нежелание доверять особо сложную и дорогую аппаратуру неспециалисту. Придется обучать - а Балашов всегда говорил, что таким вещам учатся если не с прошлого воплощения, то по крайней мере с детства... Что ж, не стоит спорить на чужом поле - надо переводить разговор на этические моменты!

– Я не представляю себе, как вы собираетесь укрыть аппаратуру в больнице, - заметил Евгений.
– Там слишком много любопытных глаз и длинных языков, а если Сэм узнает...

Балашов вяло кивнул:

– Знаю. Вероятность, что он обнаружит наблюдение, колеблется от одного до трех процентов. Допустимый риск. Или для тебя недопустимый?

– То есть?
– "удивился" Евгений... на самом деле прекрасно все понимая и спокойно ожидая следующего вопроса.

– Ты боишься, что твой подопечный испытает свой дар на тебе, если что-то пронюхает? Ты настолько в нем не уверен?

– Я вполне в нем уверен, - твердо сказал Евгений.
– Во всяком случае, сразу он меня не убьет.

– Ага, вначале помучает, - с легким ехидством заметил Балашов. Кстати, о возможности обезвредить его на такой случай ты даже не подумал! Впрочем, это вопрос не ко мне...

Евгений молчал, ожидая продолжения - но его не последовало. Что ж, Балашов никогда не утруждал себя "чужими" вопросами, это Евгений хорошо помнил. Впрочем, разговоры о мерах предосторожности еще предстоят - и с Майзлисом, и с Сарой, а не исключено, что и с Гуминским... Но это будет потом, а пока главная задача - добиться тем или иным способом установки дальней аппаратуры!

Евгений вдохновенно продолжил в русле, далеком от техники. Да, установка аппаратуры в больнице более рациональна, вероятность разоблачения мала, пусть... Но деликатный момент: если оно все же произойдет - как вовремя узнать, что ты раскрыт? Давать Сэму такую фору по времени рискованно, причем обоюдно рискованно: если Сэм что-то сгоряча натворит, он же потом просто свихнется от раскаяния!

На последнюю фразу Балашов скептически пожал плечами, но вслух ничего не сказал. Евгений не стал развивать опасную тему, вернувшись к перечислению возможных проблем: