Вторая попытка

Сергеев Станислав Сергеевич

— Скажите, вы поможете русским людям победить ненавистных тевтонов? Вы же столько можете, у вас такая грозная боевая техника!

Толпа, услышав вопрос Ненашева, одобрительно загудела, видимо, этот вопрос интересовал многих, и несколько журналистов, которые просто не успели вякнуть, начали что-то быстро писать в блокнотах.

Я усмехнулся и заговорил, выдавая заготовленную заранее речь:

— Мы не будем оказывать военную помощь стране, которая необдуманно и глупо проливает кровь своих граждан за интересы наших извечных врагов. Поэтому в заключенном договоре нет ни строчки о военной помощи. Нас интересует только торговля, закупка продовольствия и определенных товаров. Никакого военного участия в этой мясорубке, которая, по нашим прогнозам, унесет миллионы жизней без особых успехов с той или другой стороны

и за интересы английских, американских и французских банкиров, мы принимать не будем. Единственные, кто выиграют от таких рек крови, это заокеанские банкиры. Результатом этой войны будет обезлюдевшая Европа, которой понадобится минимум тридцать-сорок лет, чтобы восстановить катастрофические людские потери. Результатом этой войны станут улицы Парижа, Берлина, Лондона, Вены, заполненные неграми и восточными босяками, которые будут в самой наглой форме требовать пособий и каких-то прав со стороны малочисленного коренного населения. Вы можете смеяться и не воспринимать мои слова, но наш мир прошел больший путь и имеет опыт мировых войн. Сейчас все государства, участвующие в войне, примерно равны по силам и техническому оснащению, и любая победа, даже ничтожная, будет сопровождаться огромными людскими и материальными потерями. Вот посмотрите в течение года-двух и решите — правы мы или нет. Но мы жестко и беспощадно накажем любого, кто попытается устроить массовые убийства русских людей, особенно с использованием оружия массового поражения типа отравляющих газов или специально выведенных болезней. Если англичане, французы, немцы, американцы захотят травить друг друга, резать и устраивать тотальные чистки — нас это не касается, это их личные варварские дела, нам до этого нет никакого дела, но если хоть кто-то попытается устраивать массовые расстрелы русских людей, то уж поверьте, никто не уйдет от расплаты.

Отдельно хочу предупредить, что если кто-то попытается экспортировать в Россию революцию, дестабилизировать обстановку, специально обостряя внутреннюю социальную напряженность, устраивая искусственный голод и недовольство народа, финансируя разного рода террористические и деструктивно-подрывные организации, толкая страну к новой кровавой смуте, то мы будем готовы оказать посильную поддержку действующей власти. Мы знаем, чем это может закончиться, и хотим обратить внимание на историю и напомнить, к чему привела Французская революция и как сократилось население этой страны. И уж поверьте, у нас хватит возможностей это сделать, и кровавую смуту в России мы не допустим.

Все пораженно молчали. Такого от меня точно никто не ожидал, и, воспользовавшись молчаливой паузой и недовольным ворчанием некоторых людей, я заскочил в подъехавший «Тигр». По очищенному коридору наша группа проехала сквозь толпу и направилась через растревоженный, как улей, Петроград к нашей временной базе.

В машине пристроившийся рядом Дегтярев задумчиво поглядывал на проносившиеся мимо улицы и через некоторое время спросил:

— Серега, а ты не слишком круто начал? Ведь реально всех западных банкиров на уши поставишь, и тебе этого явно не простят. На нас охоту объявят, и всякие Савинковы будут только рады пульнуть в нас или кинуть бомбу.

— А без этого никак. Нас по-любому попробуют проверить на вшивость, так как не знают наших реальных возможностей, и только от скорости реакции и эффективности нашей службы безопасности будет зависеть, оставят они нас в покое или нет. Мы новые стратегические игроки на мировой арене и должны по-любому показать зубы и занять свое место. Здесь как и у бандюков — понты превыше всего. Вот и сыграем. То есть первый выстрел или провокация — маски-шоу, показательные штурмы, высадка десанта на крыши домов с вертолетов, спецназ, спускающийся по стенам, и застреленные террористы, лежащие в рядок. Это всё на тебе.

— Понял. Ты их решил раньше времени спровоцировать?

— И это тоже. Но главное — это сигнал немцам, чтоб задумались и сами пошли на контакт. Не поймут — ну, значит, придется их немного принудить, правда чуть позже, когда развернем полевые аэродромы и подготовим сводную ударную бригаду и помножим на ноль парочку их дивизий на русском фронте.

— Дела. Так вы, батенька, стратег! А сейчас чем заниматься?

— Вернется Паша Ненашев, начинайте операцию «Вшивая вышиванка».

— Понял.

Я откинулся на сиденье и закрыл глаза,

пытаясь спустить напряжение последних часов. Олег что-то бубнил в микрофон радиостанции, а я вспоминал, как совсем недавно, сидя в бункере, считал единственной проблемой утрясание конфликтов между Светкой и Маринкой, а сейчас по сути дела решаю судьбы мира. Как я устал — и когда это всё закончится?

«Вернусь в бункер и напьюсь», — это была последняя мысль, когда начал отключаться от усталости и проваливаться в царство Морфея.

Эпилог

Берлин. Октябрь 1914 года

В германском генштабе сначала восприняли весьма скептически информацию о появлении пришельцев, больше уделяя внимание боевым действиям, но ажиотаж в мировой прессе всё же заставил отнестись более серьезно к этой проблеме. А когда под Петроградом произошло чудо, настоящий приход пришельцев из другого мира, еще одна торжественная встреча главы Новоросского экспедиционного корпуса и русского императора Николая II и подписание торговых договоров, германское командование и сам кайзер весьма озаботились этой проблемой. Даже любому недалекому крестьянину было понятно, что наступают новые времена, и появление неведомых пришельцев из другого мира, которых, как ни странно, Русская Православная Церковь восприняла весьма благожелательно, что говорило о многом, предвещает большие потрясения и изменение глобальной расстановки сил. По личному распоряжению кайзера, под Петроградом в толпе, наблюдающей за прибытием новороссов, было несколько личных агентов полковника Николаи, которые вели тщательную фото- и киносъемку. Буквально через два дня материалы, вывезенные с большим риском специально посланным аэропланом с территории Польши, уже изучались офицерами германской разведки. Надежды не оправдались, и выводы были неутешительны: это действительно было появление неизвестных вооруженных сил, имеющих одинаковую пятнистую форму, сложную, весьма продуманную и многофункциональную амуницию, вооруженных автоматическим оружием. Боевая техника не имела аналогов в мире и представляла большой интерес для технических специалистов. Все в один голос утверждали, что применение боевых бронированных машин на стороне русской армии могло сильно изменить положение на Восточном фронте…

Кайзер, устало развалившись в кресле, рассматривал передаваемые ему полковником Вальтером Николаи фотографии бойцов и боевой техники пришельцев, сделанные германскими агентами при знаменитом появлении на поле, которое теперь называлось Новоросским.

— Да, эта техника выглядит впечатляюще. Что нам теперь ждать от появления этих новороссов? — мрачно спросил кайзер начальника военной разведки Германии.

Стоящий по стойке смирно офицер открыл папку и стал комментировать:

— Договоры, подписанные между Новороссией и Российской империей, носят только торговый характер, и генерал Оргулов, глава Новоросского экспедиционного корпуса, однозначно указал, что не собирается вмешиваться в войну, которую он считает глупой и ненужной для России, тем самым открыто подвергнул критике сам факт участия Российской империи в Антанте. При этом во время первого своего появления в Барановичах… — Николаи опустил взгляд и процитировал: — «Лейтенант Артемьева Екатерина Анатольевна, руководитель центра общественных связей Новоросского экспедиционного корпуса открыто и откровенно заявила, что просит ее оградить от общения с варварами из Англии, Франции и САСШ…» — закрыв папку, полковник продолжил: — При этом нигде ни разу из уст пришельцев-новороссов не выказывалось никакого отрицательного отношения к Германии. Глава миссии, генерал Оргулов, и его люди однозначно дали понять, что считают Францию, Англию и САСШ главными врагами России и соответственно вмешиваться в войну не собираются.

— Что это нам дает, господин полковник? — кайзер пытливо смотрел на начальника военной разведки Германии.

— Это говорит о том, что новороссы не совсем те, за кого себя выдают, но при этом они имеют четкие цели и задачи. Императорской семье была передана какая-то секретная информация, после чего Александра Федоровна, русская императрица, слегла от нервного потрясения, но после лечения препаратами пришельцев быстро встала на ноги и стала принимать активное участие в политической жизни, насколько это ей было дозволено.