Вторая могила слева

Джонс Даринда

– Забери его пушку! – завопила я Ангелу, после чего бросилась через аллею к мусорному баку, за которым уже спрятались Куки с Мими.

Ангел уставился на меня и поднял руки вверх:

– Не получится.

О господи! Неужто еще и правила какие-то есть?

– Вы не ранены? – едва дыша, спросила я, присаживаясь на корточки за контейнером.

– Кажется, нет, - отозвалась Мими. – Как думаешь, много времени понадобится копам, чтобы сюда добраться?

– Больше, чем у нас есть, - честно призналась я.

Ангел умудрился отпинать пистолет подальше, но у Злого

Мертафа всего несколько секунд ушло на то, чтобы найти пушку и пойти вслед за нами.

Мы оказались в ловушке между мусорным баком и забором. Бежать было некуда. Я протиснулась мимо Куки и Мими, чтобы посмотреть, не найдется ли прохода в этом заборе. Однако удача мне не улыбнулась. Забор уходил метра на три в высоту. А поскольку он был из шлакоблока, я очень сомневалась, что способна пробить его насквозь без предварительного разбега в несколько километров. Если бы мы забрались на мусорный бак, то смогли бы перелезть через забор, но это означало сделаться чудесными мишенями для Злого Мертафа. А пуль у него в запасе наверняка больше, чем у меня.

– Мне очень жаль, Мими, - проговорила я.

Она скрывалась не без причины, а мы взяли и привели плохого парня прямиком к ней. Молодец, Шарлотта.

– Нет-нет, не извиняйся, пожалуйста. – Мими расплакалась. Она так дрожала, что у меня сжалось сердце. – Вы с Куки ни в чем не виноваты. Это все я, я одна.

Я быстренько осмотрелась. Злой Мертаф почти добрался до нас. В руке он держал пистолет, готовый выстрелить в любую секунду. Я могла бы его пристрелить, если бы он подошел на расстояние вытянутой руки и совсем-совсем не шевелился.

– Если бы двадцать лет назад я поступила правильно…

– Мими, - перебила ее Куки и прижала к себе.

Чтобы не успеть передумать, я подняла пистолет и вышла из-за контейнера, чувствуя себя голой, как никогда. Даже считая тот раз в Мехико. Чертова текила.

– Ты меня ударил! – крикнула я, стараясь перекричать дождь.

Выбора не оставалось – надо было звать Рейеса. Не люблю досаждать, тем более когда его пытают и все такое, но…

Лицо моего противника исказила злая ухмылка, и я поняла, почему в эти дни он известен в миру как Злой Мертаф.

– Рейазиэль…

Не медля больше ни секунды, Злой выстрелил. Минуточку! Я же не закончила.

Но мир замедлился, и пуля повисла в воздухе прямо передо мной.

– Разве мы не договорились, что ты будешь лучше выбирать время?

Справа от меня стоял Рейес. Плащ клубился вокруг него волнами, словно сам Рейес был океаном. Я снова посмотрела на яростное лицо Злого Мертафа, на капли дождя, застывшие в воздухе, на пулю, которая медленно пробиралась ко мне сквозь пространство и время, игриво расплескав по пути одну из капель. Я почти видела, как вибрирует вокруг пули воздух. Она была всего в нескольких сантиметрах от моего сердца. Если бы время не остановилось, если бы замерло секундой позже, пуля попала бы в цель.

– Как такое возможно? – спросила я у Рейеса и краем глаза заметила, как он пожал плечами.

– Так происходит, когда кто-то стреляет в упор. – Глубокий голос успокаивал меня даже теперь, когда обстоятельства были более чем напряженными.

–

Я не об этом. Все замерло. То есть замедлилось. Сильно замедлилось.

– Это мир, в котором мы живем, Датч. – Он смерил меня взглядом и наклонил голову в капюшоне, словно ему было любопытно. – Ну так как? Хочешь, чтобы я о нем позаботился?

Я хотела. Очень хотела. Но между нами, как выбившаяся из свитера ниточка, все еще висела одна неразрешенная проблема. Мне хотелось потянуть за ниточку, но я знала, что рискую распустить весь свитер. Что для меня было в одном ряду с чихуахуа и оружием массового поражения. Но я не могла оставить все как есть.

– Ты собираешься сказать мне, где ты?

– Хочешь вернуться к этому прямо сейчас?

– Да.

– Тогда нет.

– Значит, я сама обо всем позабочусь.

И в тот момент, когда я это сказала, в тот самый момент, когда слова слетели с моих губ, я поняла, что в слухах о моей психической нестабильности куда больше правды, чем я привыкла верить. Разве сам факт, что я позвала Рейеса, не говорил о том, что мне нужна его помощь?

– Уверена?

– На сто процентов.

Теперь это официально. Я психопатка.

Рассердившись, он с рычанием, от которого мурашки по спине поползли, отвернулся от меня.

– Ты самая упрямая…

– Я? – перебила я, ушам своим не веря. – Это я упрямая?!

О да. Закройте меня, пожалуйста, на замок и выкиньте ключ.

Он снова оказался передо мной.

– Как ослица.

– Потому что не хочу, чтобы ты наложил на себя руки? Поэтому я упрямая?

Он навис надо мной, так близко, что мне даже лицо его было трудно рассмотреть.

– На сто процентов.

Плагиатчик. Я скрипнула зубами.

– Мне не нужна твоя помощь.

– Ладно. Разве что немного вот так… - Просто ткнув пальцем мне в плечо, Рейес сдвинул меня левее от пули. – В следующий раз пригнись.

Каждый раз, когда после замедления мир возвращается, возникает ощущение, которое можно сравнивать разве что с врезавшимся в меня скоростным товарным поездом. Из легких вышибло весь воздух, какофония обрушившихся на меня звуков ударила в грудь, отдалась эхом в костях, но я все-таки увидела, как пуля продолжила свой путь с того места, где остановилась, и, не причинив никакого вреда, пролетела мимо. Меня повело в сторону, но я успела оглянуться и заметить, как удивленно заморгал Злой Мертаф, снова прицеливаясь.

Если бы я была внимательнее, если бы рев грозы и ливня не был таким оглушительным, то услышала бы, как к нам приближается автомобиль. Наверное, Злой Мертаф тоже бы услышал. Тем не менее, мы оба очень удивились, когда к нам подъехал черный джип. Водитель ударил по тормозам, машину закружило, и она, как торнадо, сбила Злого Мертафа, впечатав его в стену конфетной фабрики, в то время как я осталась целой и невредимой.

Я так и стояла, пытаясь проморгать потоки, заливающие глаза. Взвизгнув покрышками, джип остановился. С заднего сидения на улицу выскочил Ульрих – один из трех мушкетеров – и помчался к Злому Мертафу. Стекло с пассажирской стороны опустилось. За ним оказался ухмыляющийся мистер Смит: