Вторая модель
Шрифт:
Первым оказался толстяк с потной физиономией.
– Я шел себе мимо и не особенно глазел по сторонам, - сказал он Грэхему. - У меня и так забот по горло, ясно? Тут этот тип заорал как резаный, исполнил что-то вроде танца и бросился наперерез транспорту.
– Ну а потом что?
– Я понял, чем это пахнет, и поскорее отвернулся.
Второй шла пышная блондинка. Она явно нервничала. В руке она комкала крошечный платочек, который, отвечая, то и дело покусывала за уголок.
– До чего же он меня перепугал! Вел себя так, как будто охотился за привидением.
– А вы не расслышали, что именно он закричал?
Она снова вцепилась зубами в платочек. В светло-голубых глазах мелькнул испуг.
– Он так меня расстроил, что я совершенно ничего не разобрала. Он что-то выкрикивал хрипло и громко, во весь голос. Что-то вроде: "Нет, нет, Бога ради, нет!" и еще какой-то бессвязный бред.
– И вы не заметили ничего такого, что могло бы вызвать столь странное поведение?
– В том-то и дело, что нет! - Прикусив платочек, она повела глазами, словно силясь увидеть нечто незримое.
– Наверняка еще до конца недели побежит за советом к какому-нибудь ясновидящему, - заметил Воль.
Третий свидетель, холеный мужчина с вкрадчивыми манерами и хорошо поставленным голосом, сообщил:
– Я заметил мистера Рида, когда он шел мне навстречу. У него был совершенно необычный взгляд: глаза такие яркие и блестящие, как будто в них накапали белладонны.
– Что такое? - насторожился Воль.
– Накапали белладонны - мы в театре иногда так делаем.
– Понятно, - Воль успокоился.
– Он испуганно оглядывался по сторонам, посматривал то вверх, то вниз, как будто чего-то опасался. Я почувствовал: он что-то ищет, но совсем не хочет найти.
– Продолжайте, - подбодрил его Грэхем.
– Он приблизился ко мне, и вдруг лицо его побледнело. Казалось, его внезапно объял панический ужас. Он стал неловко отмахиваться, как будто старался отразить роковой удар, потом выкрикнул что-то нечленораздельное и бросился на проезжую часть. - Свидетель обреченно пожал плечами. - И тут его сбил двадцатитонный грузовик. Я ни минуты не сомневаюсь, что смерть наступила мгновенно.
– Вы не расслышали, что он кричал?
– Боюсь, что нет.
– И не заметили ничего, что могло бы его так перепугать?
– Нет, ничего, - уверенно ответил мужчина. - Этот случай так меня потряс, что я сразу же стал искать причину. Но так и не смог найти. Мне кажется, его убило что-то незримое - может быть кровоизлияние в мозг.
– Мы вам очень обязаны. - Пока Воль набирал номер морга, Грэхем молча провожал взглядом уходящего свидетеля, предаваясь своим невеселым размышлениям.
Что за тонкая неуловимая стихия, скрытая в безднах человеческой психики, заставляет малайцев хвататься за нож и мчаться очертя голову, убивая кого попало без малейшего повода? Что за иная, но схожая стихия сумела внушить всей японской нации, что на ритуальное харакири надлежит взирать с отрешенным бесстрастием? Что заставляет индусов-фанатиков с радостью лишать себя жизни грозной колесницей Джагернаута? А может
Он был вынужден прервать свои раздумья, поскольку Воль уже повесил трубку и смотрел. на него с видом мученика, обреченного расплачиваться за прошлые прегрешения.
– Рида еще не вскрывали, но уже ясно, что хотя бы по одному параметру он укладывается в общую схему. Он тоже разукрасил себя йодом.
– Левую руку?
– Нет, видно, он решил соригинальничать, или ему просто так было удобнее. На этот раз левая нога - от бедра до колена.
– Тогда его можно внести в наш список, - сказал Грэхем. - Будем считать, что это еще один случай, хотя пока и не до конца выясненный.
– Скорее всего, так оно и есть.
– Знаешь, Арт, к мескалю твоя теория о наркотиках еще, может быть, и подходит. Но что ты скажешь об остальных веществах, которые применялись вместе с ним? Ведь и йод, и метиленовая синька - никакие не наркотики, в том смысле, который ты подразумеваешь. Они безвредны, и привыкнуть к ним невозможно. С винта от них тоже никто не сходит.
– Как и от воды, с той разницей, что многие разбавляют водой виски.
– При чем тут это? - Грэхем нетерпеливо отмахнулся. - На мой взгляд, нам нужно сделать два логических шага. Первый - как следует прочесать квартиру Рида. И второй - проконсультироваться у специалиста, как могут действовать на организм мескаль, метиленовая синька и йод, если применять их так, как это делали потерпевшие.
– Берлога Рида за городом, - заметил Воль - Схожу-ка я за машиной.
На холостяцкой вилле Стивена Рида хозяйство вела пожилая хлопотливая экономка. Ни в чем, кроме домашних дел, она не разбиралась А когда ей сообщили печальную весть, она и вовсе не смогла сказать ничего вразумительного, даже если и знала.
После того, как женщина удалилась к себе в комнату, они с привычной сноровкой обследовали кабинет Рида. Там была уйма разных бумаг, которые они стали просматривать с лихорадочной быстротой.
– Следующий кандидат на сердечный приступ - это мой шеф, - предрек Воль, сгребая очередную кучу писем.
– С чего бы это?
– Здесь должна разбираться местная полиция. Если бы он только увидел, как я с твоей легкой руки шурую в чужом округе, его бы точно удар хватил. Если хочешь знать, из-за тебя мне светит понижение в чине.
Грэхем насмешливо фыркнул, не прерывая поисков. Через некоторое время он обратился к Волю. В руке у него было письмо.
– Вот, послушай "Дорогой Стив! Я был очень опечален, когда узнал, что Мейо дает тебе свои снадобья. Мне, конечно, известен твой интерес, и все же, честно говоря, эти забавы - пустая трата драгоценного времени. Советую выбросить все в мусорное ведро, а заодно и из головы. Я совершенно уверен, что так безопаснее". - Он оторвал взгляд от письма. - Здесь стоит адрес Уэбба. И подпись - "Ирвин".