Вся Правда
Шрифт:
Я сглатываю слюну, скопившуюся в задней части моего горла.
— Думаю, она сбежала, потому что не хотела такой жизни для нас, Рей.
— Ну, у нее ничего не получилось. Уже слишком поздно.
Она гладит тыльную сторону моей руки.
— Я должна вернуться в свой мир.
— Твой мир? — я задыхаюсь и морщусь, когда у меня болит рот.
— Да. — она пожимает плечами. — Я не позволю тем, кто тайно вступил в союз с ублюдком Иваном, запятнать наследие дедушки. Он доверил мне это, и мой долг как
— Н-но мы говорим о мафии, Рей. Чертовой Мафии — они смертельно опасны.
— Я тоже смертельно опасна. Дедушка воспитывал меня не для того, чтобы я кланялась этим гребаным свиньям.
Ее плечи расправляются, а глаза теряют свой блеск, становясь холодными и смертоносными. Это почти как совершенно другая Рейна.
Она не моя милая сестра и не та девушка, которая дрожала вместе со мной в темноте, когда мы прятались от людей Ивана. Теперь она больше похожа на тех мужчин, если не более бесчувственна.
Что они делали с моей сестрой-близнецом все эти годы? Во что они ее превратили?
— Р-Рейна, мы обещали быть вместе, помнишь?
— И мы это сделаем. Мы вместе. — выражение ее лица немного смягчается. — Нам просто придется пересечься, как это делали мы с папой, ты в своем мире, а я в своем.
— Нет! — кричу я, и мой голос срывается. — Не об этом мы договаривались.
— Мы просто обещали встретиться снова. — она приподнимает бровь. — Мы никогда ни о чем другом не договаривались.
— Не прикидывайся умницей, Рей.
— Это правда.
— Тогда... — я начинаю облизывать губы, но останавливаюсь, когда вспоминаю, что они, скорее всего, разбиты и будут болеть. — Тогда я вернусь к своей личности, а ты вернешься к своей.
По правде говоря, то, что я снова Рай Соколов, пугает меня до чертиков. Эта маленькая девочка была беглянкой, всегда голодной и опустошенной. Она была оболочкой человека, у которого не было цели в этом мире, и не за кого было держаться, кроме мамы, поэтому, когда ее убили, я потеряла всякое чувство цели.
Пока я не встретила папу и Ашера.
Они дали мне повод стремиться к высоте. Вот почему после смерти папы и исчезновения Ашера я снова стала более опустошенной и позволила мрачному облаку взять верх.
Я жила только верой в то, что не должна портить жизнь Рейне, потому что однажды она вернется за этим.
Сегодня тот день, когда каждая из нас возвращает себе свою жизнь.
Она бросает на меня косой взгляд.
— Ты бы и дня не прожила в моем мире, Рай.
— Эй!
— Я серьезно. Я бы тоже не выжила в твоем мире. Он слишком... нормальный. Я больше не могу вести себя нормально.
— Но...
— Никаких «но». Ты Рейна Эллис, а я Рай Соколов.
— Ты хочешь, чтобы я... — я кашляю, проглатывая комок в горле. — Ты хочешь, чтобы я была Рейной?
—
Мои губы приоткрываются.
— Как ты…о Боже мой, ты тоже так думала?
Она резко кивает.
— Я всегда думала, что это просто роль, и мне нужно будет вернуть ее, но в последний раз, когда мы встретились, я поняла, как сильно тебе нравилось быть Рейной, и я хотела сказать тебе, что мы должны перестать играть роли.
Мой рот остается открытым, пока мозг пытается найти правильные слова для ответа. Я совсем не ожидала этого, и это просто поражает меня из ниоткуда.
— Что... что насчет Ашера? Знаешь, помолвка и...
Она лезет в карман и достает кольцо, очень знакомое кольцо с бриллиантом.
— Я хранила его для тебя. Я собиралась найти тебя после того, как тебя выпишут из больницы, но Кайл запретил мне видеться с тобой, так как за тобой наблюдали люди Ивана.
— Кайл?
— Мой телохранитель и правая рука. Он помог спасти тебя.
Я должна буду поблагодарить его за это позже.
— В любом случае. — она сует кольцо мне в ладонь. — Вот, держи. Ненавижу держаться за эти драгоценные вещи.
— Но разве ты этого не хочешь?
Ее брови хмурятся.
— С чего бы, черт возьми, мне этого хотеть? Я надела его в тот день только потому, что ты заставила меня, сказав, что оно будет отлично смотреться на мне и прочее дерьмо. Нет. Оно твое. Ашер никогда не был помолвлен со мной, он всегда был помолвлен с тобой, Рай. Он меня совершенно не интересует.
Почему я подумала, что она им интересуется? Я всегда верила, что Рейна потребует его, как только вернется, что все в моей жизни принадлежит ей, а не мне.
Но хорошо только потому, что я так по уши влюблена в Ашера, это не значит, что мой близнец была тоже.
Меня охватывает чувство облегчения. Как будто с моей груди свалилась тяжесть.
— Где... — я прочищаю горло. — Где он?
Она замолкает на секунду, словно пытаясь взвесить свои слова.
— Его здесь нет.
Пустота, возникшая раньше, углубляется и становится тяжестью, которая почти раздавливает мою и без того поврежденную грудную клетку. Я надеялась, что он будет здесь ради меня, как только я проснусь.
Мы даже толком не поговорили после того, как посмотрели то видео с Арианной и Джейсоном.
— Тогда, где он?
— Ну, помнишь, как я сказала тебе, что Иван мертв?
— Да, ты ударила его ножом.
— В глаз, да, но не я убила его. Ашер всадил пулю в грудь этому подонку.
Я задыхаюсь, а затем останавливаюсь, когда боль пронзает мою шею сзади.
Как будто меня бросают в глубину океана, мое дыхание прерывается, и приходится втягивать воздух, чтобы накормить свои изголодавшиеся легкие.