Встретимся в декабре
Шрифт:
— Прости, — она мямлит, явно собираясь порыдать, — Ждала пока ты проснёшься и уснула на тебе. Меня сейчас часто в сон клонит.
— Я все помню, — прижимаюсь губами к шёлковым волосам, ощущая, как она судорожно и облегченно выдыхает. Вдруг в мою голову приходит мысль, заставляющая всерьёз напрячься, — Саш, вас разведут? Ну раз ты от мужа…
— Не от мужа, — она отстраняется и смотрит на меня блестящими глазами, — Его биоматериал был непригоден. Врач решил исполнить мою мечту, оплодотворив от неизвестного донора. Вот так он своеобразно поступил, но я безумно
— Ты не узнаешь, кто отец ребёнка? — это лучшая новость, которая может быть, но я зачем-то продолжаю допытываться. Ну как зачем-то? Потому что уже присвоил. Себе. Их обоих. И меня категорически не устраивает вариант, что кто-то захочет со мной посоревноваться, учитывая, что сейчас я в неважной форме.
— Скорее всего не узнаю, а что? — она проходится зубками по нижней губе, слегка прикусывая. А мое тело, не смотря на слабость, реагирует полноценно и по-мужски на этот жест.
— Кто у нас будет, Саш? — голос хрипнет от накатывающих чувств. А то, как она доверчиво продолжает прижиматься ко мне, согревая своим горячим телом через ткань футболки, просто сносит крышу. Беру ее лицо в ладони, нежно глажу скулы и щеки, стирая с них пальцами остатки солёных дорожек.
— Сын, — она выдыхает и улыбается, прикрывая глаза на несколько секунд, — Ты рад?
— Безумно, моя хорошая, — притягиваю ее к своим губам и целую. Кайф.
Я никогда прежде такого не чувствовал. Одно лёгкое касание, и по телу бежит разряд в полноценные двести двадцать. Он бьет во все нервные окончания и заставляет сердце перекачивать кровь в два раза быстрее нормы.
— Мне кажется, что я был без сознания гораздо больше месяца, — шепчу ей и снова ловлю губы. Просто невероятно! Мне хочется выпить эту женщину до дна. Отзывчивую, трепетную, СВОЮ.
— Ещё сегодня утром я мечтала просто прикоснуться к тебе, — Сашу тоже коротит. Она несет тихий, нежный девичий бред, который я не готов сейчас воспринимать мозгом, остались только чувства. И имя главного, несомненно, любовь.
Дверь в палату открывается, мы прерываем поцелуй. Снова не даю девушке отстраниться. Мне скрывать нечего. А жизнь слишком коротка, чтобы выпускать из рук самое дорогое.
— Ну вы лихо, — Денис не сдерживает улыбки, — Поразительная положительная динамика пациента. Я бы даже рекомендовал вам временно предохраняться, не будь вы уже в ожидании. Молчу! Простите! — он шутливо вскидывает руки вверх, ловя на себя мой грозный взгляд, но достойно ответить ему я не успеваю. Потому что следом в палату вихрем влетает Полинка и, молниеносно оценив обстановку, забирается на кровать, устраиваясь четко между мной и Сашей.
— Я же говорила, что ты ему понравишься, — заговорщики шепчет на ухо моей девушке, а я просто стискиваю в объятиях двух самых близких мне людей одновременно.
Вошедшая мама застаёт действие на последней умилительной ноте, подходит к спине Дениса и ложится на неё головой.
— Вот и сказке конец… — облегченно выдыхает и улыбается. Друг оборачивается к ней и отвечает с самым серьёзным видом.
— Нет, Инга Ионовна, это только начало. Надеюсь, что и моей сказки тоже.
— Ну
Эпилог
Дверь спальни тихонько приоткрывается, и в проёме появляется Сашина макушка.
— Так ты не спишь? — девушка возмущённо фыркает. Откладываю планшет в строну и подманиваю ее жестом к себе, — Мы там детей стращаем, чтобы не кричали, а ты просто спрятался.
— Прости милая, — Саша с удовольствием пристраивается рядом со мной, оплетая голыми ножками. Я крепко ее обнимаю, — На столько отстал от информации и событий, что теперь не могу остановиться. Надо догонять. Хочу с февраля выйти на работу. Сначала в ассистенты, конечно. Что ты хотела?
— Скоро Дед Мороз придёт, а детские подарки на балконе в этой комнате лежат. Нужно будет спустить аккуратно на верёвке, хорошо, что второй этаж.
— Ты принесла с собой веревку?
— Ну да, — она пожимает плечами, будто ничего странного не происходит, и достаёт из кармана домашнего платья белый моток, — У твоей мамы старую бельевую нашла.
— Конспираторы, — меня начинает подрывать от смеха, — А на площадке отдать нельзя?
— Да ты что? — Саша делает круглые глаза, — Они уже час прихожую караулят. Полина успела шепнуть Тошке, чтобы он деда обязательно за бороду дернул. Вдруг это дядя Денис.
— Вот детки, — хмыкаю, — Мне бы это и в голову не пришло в их возрасте.
— А твоя мама примерно час назад рассказала мне, что в садике ты довел воспитательницу до нервного тика, — я хитро прищуриваюсь, — Тебя единственного из сорока детей волновало, почему Дедушка Мороз в чёрные туфли на каблуках обут. Пришлось дарить тебе подарок и срочно эвакуировать.
— Ладно, ладно, — сдаваясь, смеюсь и вскидываю руки вверх, — Иди твори чудо, только свитер мой надень и носки. Денис, кстати, уже приехал?
— Даааа, — тяну с улыбкой и делаю заговорщицкий вид, — Они с Аленой долго переглядывались. Пару раз Денис Витальевич познал карательные меры за воровство креветок из салата, и в итоге они сбежали под благовидным предлогом в неизвестном направлении. Кажется, рабочей версией стала «за фейерверками», — девушка надевает тёплые вещи и скрывается на балконе.
Беру в руки планшет, чтобы дочитать статью, но неожиданно матрас подо мной начинает вибрировать. Понимаю, что это звонит Сашин телефон, смотрю на экран. Номер не записан.
— Саш, — накидываю одеяло и выглядываю на балкон, — У тебя телефон звонит.
— Я закончила, — она забегает в комнату и плотно прижимается ко мне. Холодная.
— Замёрзла? — чувствую, что голые икры стали ледяными, — А ну быстро под одеяло, — она не споря, залазит на кровать и берет в руки телефон.
Замечаю, что ее пальцы начинают нервно подрагивать.
— Саш, кто звонил? — улавливаю ее тревожное настроение, и оно передаётся мне.
— Врач из гинекологии, — она сама не замечает, как отрешенно водит пальцем по экрану и мнёт простынь, ожидая ответа, — Здравствуйте, Марат Фёдорович, вы звонили… С наступающим вас, — спохватывается с поздравлениями.