Вспомнить всё
Шрифт:
Чувствую, мысль уловила хорошо, как, впрочем, и рождённого ей азарта.
– А нигде не всплывёт, наличие у нас конрафакта, так сказать? И самое главное, без штанов не останусь?! – задал волнующий меня вопрос.
– Обижаете. Безопасность превыше всего! И нет, это недорого, – заявила она.
Глава 5
– Ты это как сделал?! – ошалело таращась на меня, задал вопрос Алибабаевич.
И, казалось бы, что тут такого? Просто сменил внешность на нужную. Встреча, всё-таки и там явно не ожидают, что придёт столь радикально отличающийся Ментор. Смешно.
– Зафиксировано нарушение Купола тишины, – произнёс всё тот же женский голос Иришки, только в этот раз безжизненный и какой-то механический, что ли.
Чё ещё за. Ну вы поняли сколько эпитетов тут же пришло мне в голову.
– Запуск протоколов защиты, – продолжил всё тот же голос.
Ребята, вы меня пугаете такими выкрутасами!
– Иришка, это что такое было?! – чуть ли не панически задал свой вопрос.
– Извините, это я виновата, – в этот раз проговорила уже она, судя по ожившему и окрасившемуся эмоциями голосу.
– Ты мне мозги не пудри, в чём?! – потребовал объяснений.
Нужно понимать, что словами сложно выразить всю ту бурю эмоций, что сейчас бушевала в голове, зато разные нелитературные эпитеты очень даже выходили.
– Сильвестр, ты на переговорах вперёд не лезь. И нет, не стараюсь тебя принизить, но сейчас ты ничего не помнишь и можешь сильно напортачить, – совсем другим тоном заговорил Алибабаевич, вдруг потеряв всякий интерес к переменам моей внешности.
– Вы видите сейчас результат, – откликнулась Иришка, указав на моего агента.
– Результат чего? – продолжил напирать на неё с вопросами.
– Вероятно, протоколов защиты. У меня есть чисто справочная информация по данному вопросу, но никаких подробностей по принципам их работы нет, – не порадовал она меня.
– Ну, так расскажи хоть что-то, чтобы мне больше не нервничать и не думать, что моему Жоржику сделали лоботомию, – предложил ей заняться просветительской деятельностью в моём отношении.
– Всё это работает по типу помощи психолога, только с гарантированной эффективностью, в отличие от помощи такого специалиста. Это довольно несложно, если с помощью медицинских препаратов. Вначале сбивается эмоциональный всплеск и человек успокаивается. А потом, на этапе передачи информации из кратковременной памяти снижается её значимость, что приводит в ближайшей перспективе, либо к тому, что он про неё забудет, либо к снижению её значимости, а значит, и его внимания, что гарантирует отсутствие рецидивов. Человек ничего не забывает, но увиденное им больше не относится к необычному, и значит, не вызывает больших эмоций, – пролила она свет на мою темень незнания.
И ведь правда, Жоржик уже успокоился и даже выбросил из головы всякую чушь, как понимаю, раз перешёл так резко на деловые рельсы.
– Не нервничай, не нужно думать, что не понимаю всех проблем со своей социализацией в нынешней своей ситуации. Так что начинай переговоры сам, а если понадобиться, буду активно поддакивать или говорить нет, смотря по обстановке, – заверил его в своём разумном подходе к предстоящему событию.
– Хорошо бы, но зная тебя…. Но сейчас не об этом. Надо бы тебе
Это что ещё за на фиг? Люблю толкаться в магазине, подбирая себе шмотки. Он точно обо мне?! Или может это опять какая-то замута? Блин, знать бы причины своих поступков себя нынешнего. Сейчас-то я тот, прошлый, из двадцать первого века, а на дворе-то двадцать восьмой. Как трудно жить….
– Да не гони волну. Пошли что-нибудь подберём и вперёд, к победе коммунизма! – заявил ему в ответ и внимательно на него посмотрел, типа, ну давай, веди.
– Иришка, всё, конечно, хорошо с твоим объяснением, но откуда в Жоржике завелись медикаменты? – вернулся к теме резкого успокоения моего агента.
– Ты это, так не говори, а то решат, что ты сторонник "Зелёных" и того, в тюрьму, лет на двести, чтобы осознал, так сказать, – неожиданно отреагировал он не так, как ожидалось.
– Так и не было никаких медикаментов. Это так, пример, для понимания ситуации. Человек сам огромная медицинская фабрика и не только почти на все случаи жизни и в целом, ничего ему не надо вводить искусственно извне. Достаточно подкорректировать процесс или запустить принудительно, поскольку он сам по какой-то причине это сделать не смог, – ответила помощница.
– Постой-постой, ты про что? – сосредоточил внимание на Жоржике, поскольку вопрос с Иришкой потерял актуальность, ввиду полученных объяснений.
– Про коммунизм, естественно, – отреагировал он и повёл меня в какое-то новое место, думаю, магазин одежды.
– А причём здесь "Зелёные" и коммунизм? – удивлённо задал ему вопрос.
– Да все одним миром мазанные. За всё хорошее и против всего плохого! Но только забывают указывать, что всё это только с их точки зрения. Ну реально, какие к чёрту пролетарии, если они только в Африке, Европе и обеих Америках остались. Что с этих папуасов возьмёшь? Или борьба за экологию. Ну и боритесь у себя, у нас даже за мусор, выброшенный на берегу реки штрафы такие, что проще застрелиться, а контроль территории полный, даже в тундре. В общем, у них проблемы, а нам-то до них какое дело! Не просто так же социальное жильё в летающих городах. У нас в стране чистота и порядок и революций нам никаких не надо! – вылил он такую кашу мне на голову, что хоть стой, хоть падай.
Нет, если приглядеться, то да, как будто только сейчас ремонт везде сделали и всё отп… перед приёмочной комиссией…. Даже помню, по путешествиям в Токио, двадцать первого века в самой, казалось бы, продвинутой стране, если присмотреться, везде те или иные косяки и следы разрушения. Нет, ремонт делается, но тот самый, заплаточный, что в СССР на дорогах, в бытность его существования. А ведь это столица Японии, можно сказать витрина и место с самой дорогой землёй на планете…. Правда, по словам всё того же Жоржика, сейчас там совсем не так.
– Это твоё мнение или всех, вообще? – полюбопытствовал у него.
– Всех, конечно же! – безапелляционно заявил он.
– И даже тех, из социального жилья? – продолжил терзать его вопросами.
– Да их-то мнение кому интересно? У них даже массива без поддержки и обновлений нет! – отмахнулся Алибабаевич от него.
Конец ознакомительного фрагмента.