Вспомнить о будущем

Лайонз Вайолетт

— Вот это темперамент! Кому, черт возьми, пришло в голову назвать вас Джейн, вы не такая уж простушка, как я погляжу, вам палец в рот не клади. — Он прошелся по комнате и опустился в удобное кресло, стоявшее у окна. — Впрочем, чего еще я мог ожидать от… — Он не закончил фразы, сделав вид, что его отвлекло происходящее на улице.

— Что вы хотели сказать? — живо спросила Джейн. — Чего еще вы могли ожидать от… кого?

Последнее слово она выделила голосом, произнеся его со злым вызовом, но ей пришлось быстро пожалеть об этом, потому что, когда Элджернон Мартинелли снова обернулся

к ней, в его глазах она не увидела и тени веселости, взгляд их стал холодным и колючим.

— От особы с вашим цветом волос, — резко ответил он. — Огненные волосы — огненный темперамент. Разве не так?

— Я… — начала было Джейн, но, встретив предостерегающий взгляд, поспешно проглотила свою гневную тираду, после чего заставила себя снова говорить, но уже другим тоном: — Верите вы или нет, мне на это наплевать, но обычно я совсем другая. В сущности, я всегда была очень уравновешенной. О, только не надо на меня смотреть такими глазами! — вспылила она, когда он, насмешливо скривив губы и склонив набок голову, без слов выразил сомнение в ее словах.

— Остаюсь при своем мнении, — пробормотал он, цинично усмехнувшись.

— Вы сами прекрасно знаете, что специально выводите меня из себя.

— А почему, как вы думаете?

Действительно почему?.. Джейн только растерянно покачала головой. Почему он так действует на нее? Почему с таким трудом достигнутое душевное равновесие всякий раз нарушается в его присутствии? Причем с его стороны достаточно одного взгляда, одного слова или даже жеста. Раньше Джейн не замечала за собой таких резких перепадов в настроении, у нее не было склонности терять контроль над собой по малейшему поводу, а в его присутствии она превращается в своего рода флюгер, меняющий направление в зависимости от того, как ведет себя Эдджи Мартинелли.

— Потому что я еще не встречала человека, который так действовал бы мне на нервы. Ваше поведение, по-моему, мотивируется чрезмерной реакцией на то обстоятельство, что я пострадала, находясь в вашей машине..

— Меня с детства учили всегда нести ответственность за последствия своих поступков.

Видимо, тем же объясняется его отношение к Дэнни, мелькнуло в голове Джейн. Элджи не объяснил ей, что произошло с матерью ребенка, но совершенно ясно, что уклоняться от обязанностей отца он не намерен. Вероятно, и в случае с ней, Джейн, он тоже готов нести ответственность за то положение, в котором оказалась бедная женщина, более того — он готов все решить за нее, не считаясь с ее желаниями.

— Ну да, брать на себя всю ответственность и пренебрежительно обращаться с теми, кто попадает в зависимость от вас!

Его преувеличенно смиренный вздох прозвучал для нее напоминанием, что терпение мистера Мартинелли далеко не безгранично.

— Вы собираетесь весь вечер меня терзать? — спросил он с кислым видом. — Или все-таки по-человечески объясните мне, что вас грызет?

— Разве непонятно? Меня грызет, как вы выразились, исключительно ваша редкая самонадеянность. Вы уверены, что можете строить планы моего будущего, и ждете, что я мгновенно и послушно подчинюсь, стоит вам только щелкнуть пальцами. Так когда вам будет угодно дать команду?

Сегодня? Завтра? Когда вам удобно? Или вы просто поставите меня перед фактом и скажете: будет так, так и так. Ах, не нравится?! Скажите на милость! Какая черная неблагодарность!

Элджи не удостоил Джейн ответом, продолжая разглядывать ее с каменным выражением лица. Его яркие глаза были прикрыты веками, разглядеть их выражение не представлялось возможным. Но Джейн и без слов все поняла. Когда, он смотрел на нее таким образом, с высокомерным видом нацелив свой аристократический нос в ее сторону, она чувствовала себя неразумным двухлетним ребенком, капризно сучащим ножками под осуждающим взглядом строгого отца. Такое отношение возмущало ее, и она, не дождавшись ответа, понеслась дальше:

— Так обстоит дело, правда? И у меня нет выбора. Ну что ж, скажите же наконец, какую участь вы мне уготовили и чего мне ждать в дальнейшем?

— Я подумал, что вы могли бы переехать в мой дом и жить со мной.

— Что?!

Джейн замотала головой, не в силах поверить собственным ушам.

— Жить с вами? Никогда!

— А какой выход можете предложить вы? — быстро спросил Элджи. Он стремительно вышел из состояния неподвижности, легко поднялся с кресла и заходил по комнате. — У вас ни копейки, жить вам негде и нет никого, кто мог бы поддержать вас…

— Думаете, я сама этого не знаю?

Сколько дней и бессонных ночей она провела, ломая голову над этой проблемой, доводя себя до изнеможения и отчаяния! Но выхода из тупиковой ситуации она так и не нашла.

— Значит, вы можете предложить что-то другое в качестве альтернативы?

Опять этот инквизиторский тон, который так напугал Джейн во время их первой встречи. Она невольно отступила перед его надвигающейся, словно возмездие, фигурой. Он давил на нее физически. Джейн уловила легкий аромат мужского одеколона, аромат свежести, смешанный с запахом его тела, У нее закружилась голова и мысли смешались.

— Пока нет, — уклончиво ответила она.

— Тогда почему бы вам не пожить у меня до тех пор, пока не определитесь?

— Вы знаете почему!

— Нет, не знаю. Просветите меня. — Казалось, чем сильнее кипятилась она, тем более безразличным и замкнутым становился Элджи, пока в своей попытке достучаться до него она не почувствовала себя человеком, который пытается прошибить лбом каменную стену.

— Я знаю, что вам надо… что вы задумали!

— О! Значит, вы способны читать чужие мысли. Тогда скажите мне, синьорина Бретт, чего же, по-вашему, мне надо?

Джейн обнаружила, что ей нелегко облечь свои мысли в слова. Но надо же до него донести то, что она имеет в виду. Это необходимо! Интересно, отлает ли он себе отчет, что между ними возникло нечто? Нечто такое, что ей не хотелось бы называть своим именем? Не может же он не чувствовать в воздухе, который их окружает, того напряжения, что возникает в атмосфере перед грозой? Гроза пока не разразилась, но это, скорее всего, объясняется сдерживающими, больничными условиями ее пребывания. Изменятся условия, и все может обернуться по-другому. От одной мысли о переезде в его дом кожа ее покрылась мурашками.