Вспомнить любовь

Кейли Элизабет

Бирюзовое море ласкалось к ее ступням, то засыпая их песком, то унося песчинки обратно. Легкий ветерок запутывался в волосах. Солнечные лучи грели кожу. Запах соленой воды и водорослей кружил голову. Она сидела у самой кромки воды, опустив ступни в прибой, и ждала. Над головой кричали нетерпеливые чайки, солнечные зайчики, отражающиеся от воды, норовили попасть в глаз, но Бетси даже не моргала. Она ждала.

Сколько часов, дней или веков прошло в этом ожидании, Бетси не знала, и это не имело никакого значения: она была уверена, что ожидание окупится

сторицей. Нужно лишь набраться терпения, глубже вдохнуть соленый морской воздух и ждать. Ее ожидание было бесконечным, как океан, и все же она верила: это не напрасно. Этот сон был светлым, он нес надежду, обновление, Бетси знала, что нужно лишь немного потерпеть. Она даже знала, какой будет награда.

Что-то изменилось в воздухе: то ли ветер стал свежее, то ли к запахам моря прибавился едва уловимый аромат мускуса, – и Бетси почувствовала, что перемены близки. Совсем скоро ожиданию конец. Даже неугомонные чайки притихли и расселись на скалах белыми каплями.

Бетси встала, отряхнула подол платья и повернулась к морю спиной. Сильный порыв ветра забросил длинные распущенные волосы ей на лицо, и они прилипли к губам. Медленно Бетси убрала их и повернулась. Она знала, теперь можно поворачиваться.

Он стоял по колено в воде и улыбался. Солнце светило Бетси в глаза, и она не могла рассмотреть черты лица. Но это было не важно. Это был Мужчина мечты, и этого знания Бетси было достаточно. Она сделала шаг. Прибой боязливо отбежал от тонкой ступни, словно волны играли с ней, и вдруг набрал смелости и намочил ноги до колена. Бетси рассмеялась, и он рассмеялся тоже и сделал шаг. Их руки встретились над кромкой воды и крепко сплелись, чтобы никогда не расставаться…

Бетси улыбнулась своему отражению в зеркале и покачала головой. Она никогда не была фантазеркой, и даже в детстве не мечтала о принце на белом коне, который был просто обязан вызволить ее из заточения в самой высокой башне. Бетси давно поняла, что никто никому ничем не обязан, и, если ты хочешь что-то получить, будь добр приложить усилие.

Но эти сны были полны восхитительного волшебства. Это была сказка со счастливым концом, а ведь иногда даже в самом серьезном и взрослом человеке просыпается ребенок. Так и Бетси верила, что ей неспроста снятся эти сны. Они обещали исполнение самых заветных желаний. Разве ей нельзя хотя бы иногда помечтать о кромке прибоя и крепкой руке, что возьмет ее руку, чтобы увести за собой в страну счастья?

Мне уже пять минут назад нужно было выйти из дома, строго сказала она себе. Если я провожусь еще хотя бы минуту, я опоздаю.

Быстро закрепив толстый жгут волос шпильками, Бетси набросила пальто, шарф и тихо выскользнула из дома. Все еще спали.

Даже если мой сон вещий, исполнится он не скоро, думала Бетси, кутаясь в пальто. Декабрь был удивительно дождливым даже для Англии. Мелкая морось сменялась проливным дождем. И даже самые оптимистичные дети уже не мечтали о снеге на Рождество.

Почти бегом Бетси добралась до больницы. Иногда она радовалась, что ей

не нужно было ездить на работу, а иногда огорчалась: уж лучше было повозиться с машиной, чем бежать под моросящим дождем, думая лишь о том, как бы не простудиться.

Бетси на лифте поднялась в отделение реанимации. В ординаторской еще никого не было. Бетси, как всегда, пришла первой. Она переоделась и сделала себе чашку обжигающего кофе. Прежде чем начинать новый трудный день, нужно было привести себя в порядок.

Кофе взбодрил и согрел. Когда Бетси выбросила пластиковый стаканчик в урну, в ординаторской уже было полно народу. Бетси счастливо улыбнулась: начинался новый рабочий день.

Сквозь толпу к ней протолкался Дэн Хэттвей.

– Привет! – улыбнулся он. – Как настроение?

– Боевое, – отозвалась Бетси. – Как ты?

– Нормально. – Дэн пожал плечами. – Я заглянул узнать, как твои дела. Боюсь, сегодня мне весь день придется просидеть в кабинете. Накопилась гора дел.

Бетси сразу же уловила разочарование в его голосе. Она знала, что больше всего на свете Дэн любит свою работу, а возня с бумагами приводит его в уныние.

– Слушай, почему бы тебе не отказаться от места главного врача и заниматься тем, что тебе действительно нравится? – уже в который раз спросила Бетси. – Карьеристов у нас полно. Я с ходу могу назвать пять-шесть людей, которые спят и видят, как бы попасть на твое место.

– Зачем ты опять поднимаешь эту тему? – Дэн покачал головой. – Ты сейчас на пост?

– Угу, – кивнула Бетси, поправляя халат.

– Тогда пойдем вместе, мне нужно кое-что уточнить в картах. Я столько сил приложил, чтобы вытащить эту больницу из разрухи и упадка, что просто не могу остановиться на полпути!

– Ладно, – сдалась Бетси. – Тогда другой вопрос. Из личной сферы. Почему ты до сих пор не женился?

– А что это у тебя с утра в голове такие мысли? – удивленно спросил Дэн. – Плохо спала?

– Имела недавно серьезный разговор с тетей на тему, а не пора ли мне завести детей.

– Удивила! – рассмеялся Дэн. – Этот вопрос уже лет десять волнует мою маму. Я даже привык.

– Тогда, может быть, ответишь? Просто чтобы я знала, что говорить тете в следующий раз.

– Судя по тому, что мама постоянно спрашивает меня, когда же я женюсь, мой ответ не слишком хорош.

– И все же, – продолжала настаивать Бетси.

– Все очень просто. Какая женщина выйдет замуж за человека, буквально ночующего на работе?

– Точно такая же ненормальная! – выпалила Бетси.

Они остановились и посмотрели друг на друга. Дэн смутился, покраснел и отвел взгляд.

Бетси готова была надавать себе пощечин. Пора бы уже научиться сдерживаться! Она же видела, Дэн к ней неравнодушен, так зачем же усугублять ситуацию дурацкими комментариями? И вообще зачем она затронула эту тему!

– Вот мы и пришли, – пробормотал главный врач больницы, краснеющий как школьник.

– Да, – ответила Бетси и в очередной раз мысленно обругала себя за идиотизм.