Вспоминая Эверли

Берг Д. Л.

— Почему ты не любишь меня? — спрашивает она, уставившись пустым взглядом в закопченную стену.

— Я люблю тебя, Эверли. Я так сильно тебя люблю, — взмаливаюсь я, хватая ее руку.

Она кажется безжизненной, словно из нее выкачали все до тех пор, пока передо мной не осталась лишь пустая оболочка.

Может быть, это случилось уже давно, а я был достаточно туп, чтобы не замечать этого.

— Не любишь, — повторяет она, и наконец, поворачивается ко мне. — Ты не любишь меня уже давно. Мне просто было страшно это признать.

— Нет,

ты не понимаешь… позволь мне объяснить. Только не здесь, — сказал я, оглядываясь. — Нам нужно идти. Здесь не безопасно, — взмаливаюсь я.

— Нет, это с тобой мне не безопасно! — кричит Эверли, вырываясь из моей руки.

Я пытаюсь удержать ее, пока она беспорядочно вырывается из моей хватки, но гладкая ткань платья постоянно выскальзывает, и я теряю равновесие, сбивая нас с ног. Она ударяет меня кулаком в череп, и я ощущаю, что падаю…

Зеленые камушки рассыпались вокруг меня дождем, и последнее, что я увидел — ее измученное лицо — а потом провалился в небытие.

Я видел это в выражении ее лица: ужас, боль, страх… но больше всего — облегчение.

Полное и безоговорочное облегчение.

Глава 1

Эверли

Секреты.

У них есть способность уничтожать жизни, отношения и саботировать даже самые сильные партнерские отношения. Большие или маленькие… это не имеет значения. Даже самая маленькая прозрачная ложь была способна разъедать, разрушать и разбирать все, что вы любили.

Я носила настолько большой секрет, что иногда чувствовала себя физически слабой от его веса. Думала, что смогу нести свое бремя до моей могилы — в конечном итоге, эта правда умрет вместе со мной.

Но секреты никогда не умирают.

Они живут намного дольше, чем мы, и всегда находят свой путь на поверхность.

И, конечно, мои.

Находясь в одиночестве в квартире, которую делила с моим женихом, я снова и снова осторожно перекатывала гладкий зеленый камень между большим и указательным пальцами, вспоминая тот день, когда он был возвращен мне.

За все наши годы вместе я никогда не видела Августа таким холодным. Таким безжизненным.

Это напугало меня до глубины души.

Но я до сих пор никому не сказала. Прошло три дня, и мне еще нужно было рассказать своему жениху или лучшей подруге о событиях, произошедших в этом свадебном магазине. Насколько Райан и Сара знали, Август грубо прервал мою свадебную примерку, чтобы сказать мне, что у него были воспоминания о прошлом — вот, и все.

Ни больше, ни меньше.

Почему я не уточнила? Не хотела признавать свой позор. Я не могла поделиться этим секретом, моей самой темной ложью. Что они обо мне подумают? Я была причиной того, что Август провел на больничной койке два года. И худшая часть? Я лгала об этом.

Даже самым близким. Даже Августу.

Я была худшим человеком.

Знала, Райан скажет

мне обратное. Он утешит меня, когда я скажу ему правду, поддержит меня, как я поделюсь своей историей, ужасной правдой о той ночи.

Не было грабителя.

Была только я.

«— Диспетчерская служба 911. Что у вас случилось?

Слова звучали ясно через динамик моего мобильного телефона, который я держала обеими руками, глядя вниз через размытые полные слез глаза на безжизненное тело Августа, раскинувшееся на земле.

О, Боже, что я наделала?

— Кто-нибудь есть? — снова спросила женщина.

— Да, — умудрилась я выдавить. — Пожалуйста, помогите. Мой парень ранен.

У меня дрогнул голос, когда слова вырвались из моих губ, становясь реальностью.

— Что случилось? Несчастный случай? Вас атаковали?

Оглянувшись на темную аллею, почувствовала, что я киваю головой в знак согласия, прежде чем даже сказала слова.

— Да, на нас напали. Пожалуйста, быстрее».

Все было так просто. Во мне никто не сомневался. И я никогда не давала им повода. Я была разбитой, рыдающей, когда они увозили Августа в машине скорой помощи, и стояла рядом с ним в течение нескольких недель, пока они не сказали о том, что он, возможно, никогда не проснется от комы.

Кому, в которую я его положила. Я сидела с ним в этой одинокой белой комнате, наблюдая, как он становится все более хрупким, поскольку дням, казалось, не было конца. Его врач принял мою вину за горе и предложил мне продолжить свою жизнь. Я была молода. Август хотел бы, чтобы я продолжила жить без него.

Вспомнила, как он потер мне спину, когда поведал правду.

— Ему потребовалось бы чудо, чтобы проснуться в этот момент, — сказал он с особой осторожностью.

Я кивнула, поблагодарив его за откровенность, и посмотрела на Августа, размышляя, хочу ли я чуда.

Он был бы прежним? Или другим?

В тот момент я решила, что не смогу ждать, чтобы узнать — это слишком больно. Поэтому я воспользовалась советом врача и переехала подальше, отыскав квартиру и работу. И, в конце концов… Райана.

Ласкового Райана.

Райан сказал бы мне, что та ужасная ночь была просто несчастным случаем, и я запаниковала — острый момент слабости. Он успокаивал мои истерики и настаивал, что это не моя вина. Все будет забыто и сметено под ковер, а жизнь пойдет своим чередом.

Но я этого не хотела. Не заслуживала его доброты и сочувствия. Мне нужен кто-то, чтобы кричал и кричал на меня за все страдания, которые я причинила. Нужно было заплатить за украденную жизнь.

Потому, что когда дело дошло до этого, я лишилась жизни.