Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
Народ тоже хлопает. Наверное, прикольно вышло.
– Белла, ты меня подсиживаешь что ли?! – наигранно возмущается Сэм. – Алекс, ты крут! Белла охуительно оформила тебя…
– Дай нам тоже девочку, попользоваться! – кто-то из стрипов. Оборачиваюсь – Джаред. Сука…
– Рукой, блять, попользуешься! – отшивает его Сэм.
Белла с Роном, улыбаясь, о чем-то негромко болтают. Подхожу к ним, чтобы отдать очки, но, на самом деле, потому что ревную и потому что хочу быть ближе к ней.
– Ты ела вообще сегодня? – возмущается
Я кладу очки на пульт, и Рон кивает.
– Белла! Второй выход! – зовет ее Сэм.
– У меня готов! Мне нужны три красных прожектора, легкая дымка и третий трек. Это будет просто пластика. Тебе понравится!
Еще бы, блять, ему не понравилось!
Тут, блядь, ВСЕМ понравится!
– Давай прогоним. Рон, включи третий.
– Пять минут… – просит Белла, – только переоденусь!
Сэм настраивает на настенном пульте прожектора так, чтобы несколько красных сливались в одно световое пятно, включает «туман» и вырубает свет.
– Давай! – кричит она Рону.
И он врубает.
Merlin Menson – Tainted Love
Она вплывает в красный свет кошачьей походкой, плавно заигрывая со светом руками.…
БЛЯЯЯ…
Она черный силуэт на красном фоне. В красном свете из всей одежды видны только каблуки!
Охуенно высокие каблуки, которые, словно продолжение ее и так невероятно длинных ног.
Тяжелые басы двигают ее тело: и страстно, и резко, и плавно, и дерзко. Она, словно змея, вьется и бросается в своем красном кругу, как в плену – невероятно тонкая, удлиненная и гибкая. Ее руки, ее ноги, точеное тело… Ммм… Дьявольски хороша!
Волосы черным веером эротично повторяют музыкальный узор. Ее руки взбивают и развивают их, бесконечно утекая куда-то вверх и возвращаясь обратно, чтобы гладить ее тело. Адское зрелище!
Ее бедра резко двигаются, ловя удар басов, и тут же плавно покачиваются, подчиняясь мелодии. Когда она уходит в профиль, то видны ее затвердевшие соски, создавая иллюзию обнаженности, а ее скользящие по телу руки и тут же распарывающие красные дым… Ебать, как горячо!
Блять, хочу трахнуть ее прямо там, в этом ебучем красном кругу, прямо на глазах у всех этих пускающих слюни мудаков! Под эту музыку. Хочу, чтобы она была сверху… И кончала так, как это умеет только она!
Трек все тяжелеет, и ее движения становятся все импульсивнее и горячее.
– Охуенно! – кричит Алиса мне в ухо, и я качаю головой, потому что это не то слово!
Я уже молюсь, чтобы это скорее закончилось, потому что не представляю, что делать со своим стояком после этого…
И на последних нотах она пластично сворачивается в нижнюю плоскость и замирает.
Сэм врубает свет.
Я обвожу взглядом только что оттраханный Беллой зал.
Только что слюни не потекли, – со психом отмечаю про себя я.
Все аплодируют, и тут мой взгляд утыкается на какого-то незнакомого мажора.
Он тоже аплодирует
Перевожу взгляд на нее – улыбается ему и идет навстречу!
– Ты невероятна, малышка! – ставит руки на сцену.
Она присаживается и целует его в щеку.
– Привет!
Не позволяя ей спрыгнуть, он быстро подхватывает ее за талию и снимает со сцены.
Какого хрена происходит!?
– Блять, Алекс! Это он… – шипит мне на ухо Алиса.
– КТО – ОН?!
– Деймон, мой временный хозяин…
Глава 21
Такая тонкая грань
Они в паре-тройке метров, и я слышу каждое слово. Алиса сзади мертвой хваткой обнимает меня за шею, еще крепче сжимая руки на каждый мой психованный рывок.
– Сэм! – кричит Белла. – Отпустишь меня минут на двадцать?
– У тебя полчаса, – отзывается он, выключая оформление и настраивая технику. – Хватит?
– Да! – достает телефон и что-то быстро набирает.
– Так мало… – Дейман грустно улыбается, не сводя с нее глаз. – Тебя долго не было, я скучал…
– Работа… – пожимает плечами Белла.
– Тебе не обязательно работать. Не понимаю, что за прихоть?.. – вытягивает из ее пальцев телефон, и она поднимает на него глаза.
Молча смотрят друг на друга. Немой диалог.
О чем, блять!?
– Я не буду жить за их счет… – отводит взгляд Белла, забирая из его рук свой телефон. – Мы уже это обсуждали.
– Не обязательно за их…
– Даже не начинай! – поднимает руки в останавливающем жесте. – Как твои дела?
Он начинает что-то тихо рассказывать. Рон включает негромко какую-то музыку, и я перестаю слышать, о чем он говорит. Ее взгляд в это время скользит по залу и натыкается на меня с Алисой за плечами. Замирает на секунду на моем лице. А я, блять, горю… И даже не пытаюсь скрыть моей ломки – пусть знает! Заметив мое состояние, Белла чуть заметно улыбается и успокаивающе качает головой.
Деймон следит за ее взглядом и утыкается в нас глазами. Прищуривается на меня, потом переводит взгляд на Алису, и его брови чуть заметно взлетают – руки Элли опять крепко сжимаются на мне – еще пара секунд, и его тяжелый взгляд вновь сверлит меня. Я не опускаю глаз, разглядывая его в ответ. Белла замечает наши «гляделки» и начинает хмуриться.
– Дем… – одергивает его она. – Пойдем ко мне в гримерку.
Охуительно плохая идея!
Его рука тянется к ее обнаженной талии, и я не могу отвести глаз от этого движения. Оно растягивается во времени, позволяя мне оценить, как нетерпеливо подрагивают его пальцы… Как его рука ложится, прижимаясь запястьем к ее позвоночнику, а пальцами прямо к тому месту, которое я сжимал еще полчаса назад… Как его пальцы тоже сжимают ее бок…не так сильно, как мои, но я вижу, как ее кожа проминается под ними…. Я чувствую на своей ладони сейчас то же, что чувствует и он – ее теплую, гладкую, чуть влажную после танца кожу…