Всем сердцем
Шрифт:
– Две тысячи, – прошептала она. – Это все, что у меня есть. Я отдам тебе их, если ты оставишь меня в покое и пообещаешь не преследовать меня больше.
– Ладно. Давай деньги.
Она прошла в спальню и достала две тысячи. Прислонившись к стене, она с дрожью наблюдала, как он пересчитывал банкноты.
Положив доллары в карман, он взглянул на нее пронзительными черными глазами, кивнул и вышел. Серена осталась одна. Она торопливо подошла к входной двери и закрыла ее на ключ. Внезапно силы оставили ее, и она опустилась на лежавшую на полу подушку.
Конечно, это еще не все.
Тан Пин и Шу Тао пришли домой почти одновременно. И за ужином Серена рассказала им, что произошло.
– Не знаю, – пожала плечами Тан Пин. Девушка поднялась и задумчиво прошлась по комнате.
– Может быть, между человеком в маске, убийцей моих родителей, и сегодняшним незнакомцем существует какая-то связь. Но я все еще не могу себе представить, зачем кому-то понадобилась моя смерть. Какая-то бессмыслица! – Она расстроенно покачала головой. – Больше всего меня беспокоит, что он знал, как меня зовут. Он назвал меня по имени. Откуда ему это стало известно? Может быть, полиция уже разыскивает меня? Нам нужно срочно переехать в другое место. Нет никакой гарантии, что он не расскажет о моем местонахождении. И тогда они придут сюда снова. Так что нам следует немедленно выехать отсюда. Сейчас же!
– Куда ты, туда и мы, – просто сказала китаянка. – Куда мы отправимся?
– В гостиницу. Я думаю в... – Серена запнулась, вспоминая. – В газете я встречала упоминание об отеле «Космополитэн» на Буш-стрит. Сегодня переночуем там.
– Это дурное место.
– Что значит – дурное? Это гостиница, разве не так? Тан Пин начала что-то говорить, потом обреченно пожала плечами, встала и принялась собирать вещи.
Ли По был зол как никогда. Он не ожидал предательства от своих личных телохранителей, и теперь, когда это обнаружилось, он с трудом сдерживал гнев.
Двое верных слуг стояли перед ним, крепко держа третьего.
– Ты не оправдал моего доверия, Фун Цинь, – ледяным голосом произнес Ли По.
Фун Цинь смиренно поклонился:
– Я собирался прийти к вам и рассказать, хозяин.
– Лжешь, – оборвал его Ли По и сделал нетерпеливый жест. – Где деньги?
Один из китайцев достал из кармана пачку купюр и протянул их Ли По. При виде денег Фун Цинь побледнел. Ли По быстро пересчитал банкноты.
– Две тысячи американских долларов. Они были спрятаны в твоей комнате. Откуда они у тебя, слуга, предавший своего хозяина?
– Я... я украл эти деньги у одного богатого белого.
– И снова ты лжешь. Ты получил их от женщины, Серены Фостер, в качестве выкупа. Лучше говори правду, а не то твоя смерть будет медленной и мучительной.
Фун Цинь съежился от страха.
– Да, хозяин. Это правда, я получил их от нее. – Он низко опустил голову.
– Где?
Фун Цинь сбивчиво рассказал, где и как он отыскал Серену Фостер. Ли По некоторое время смотрел на него, потом безразлично махнул рукой:
– Убейте его. Быстро. Затем отправляйтесь туда и найдите эту светловолосую
Фун Цинь безропотно последовал за двумя телохранителями. Сопротивляться было бессмысленно. Как только его предательство было обнаружено, он понял, что его ждет скорая смерть.
Ли По понимал, что вряд ли его люди обнаружат Серену Фостер там, где ее разыскал Фун Цинь. Она, вероятно, все-таки догадалась сбежать оттуда. Оставался небольшой шанс найти китаянку, жившую с ней вместе. Слуги Ли По умели пытать людей и могли вытянуть из них любые сведения. Ли По пошел в спальню и набил трубочку опиумом. Вскоре он совсем успокоился, так как была и одна приятная новость. Война тонгов закончилась. Победа была на стороне Ли По и его союзников. Теперь у него появится время, которое он сможет уделить поискам блондинки. Если она еще не покинула Сан-Франциско, то скоро будет у него в руках.
После ночи, проведенной в отеле «Космополитэн», Серена поняла, почему Тан Пин называла его дурным местом. Они без проблем сняли себе номер. Но весь вечер и всю ночь здесь происходило какое-то шумное гулянье.
Утром, когда безудержное веселье утихло, Серена решила, что останется здесь только до тех пор, пока не устроится на работу.
Она обратилась к китаянке:
– Ты ведь помнишь мои размеры? Я хотела, чтобы ты купила для меня нормальную одежду. Простую и удобную. Не могу же я идти устраиваться на работу в китайской блузе и штанах!
Тан Пин неохотно согласилась, быстро собралась и ушла. Серена грустно пересчитала оставшиеся деньги. Чуть больше трехсот долларов. Да, придется устраиваться на работу. И как можно быстрее.
Тан Пин скоро вернулась. Она принесла серое платье с длинными рукавами и скромным вырезом, серую шляпку, черную шаль, белье и высокие ботинки.
После полудня девушка, одетая во все новое, вышла из отеля одна, хотя Тан Пин упорно настаивала, чтобы Шу Тао сопровождал ее. Серена совершенно не представляла, какое место хочет себе найти, и даже не знала, какую работу сможет выполнять. В свои девятнадцать лет она еще ни разу не устраивалась на работу.
Вскоре она очутилась на Портсмут-сквер, где располагалось множество салунов и игорных домов, затем вышла на вымощенную досками Монтгомери-стрит, главную деловую артерию города. Людей здесь было видимо-невидимо. Торговцы раскладывали свои товары прямо на деревянных тротуарах. Серена заходила в магазины женской одежды и спрашивала, нет ли у них свободных мест. Но везде ей отказывали, как только узнавали, что опыта работы у нее нет.
В одном небольшом магазинчике хозяин, смерив ее наглым, оценивающим взглядом, проговорил:
– Леди, у меня нет работы для девушек с такой внешностью.
Серена посмотрела на себя:
– Я плохо выгляжу?
– Нет, мисс, дело в другом. Вы слишком роскошно выглядите для моего магазинчика.
Она повернулась, чтобы выйти, но он хитрым голосом добавил:
– Я знаю, где вас примут с распростертыми объятиями.
– Где? – взволнованно спросила она.
– В заведениях на Пасифик-стрит. – Он прикрыл рукой рот, чтобы она не заметила его ухмылки. – Они с удовольствием нанимают таких милашек, как вы, в качестве «официанток».