Всем сердцем
Шрифт:
– Нет, нет, ты не понимаешь! Это место приносит удачу. И будет глупостью просто закрыть его и продать дом. Если ты не хочешь продать его мне, позволь хотя бы управлять им. Я обещаю тебе, что буду вести себя прилично. Сделаю все, как ты захочешь.
Серена покачала головой:
– Я уже все решила. И хочу, чтобы тебя и всех остальных к завтрашнему вечеру здесь не было. А если вы останетесь, я позову шерифа, и он вас вышвырнет!
Мадлен вскочила на ноги. Теперь уже ее лицо горело гневом.
– Ты не можешь
– Уверена, что в притонах на Си-стрит тебя примут с радостью, – ответила Серена.
Мадлен вспыхнула и отвесила ей пощечину. У девушки от удара навернулись слезы на глаза. В бешенстве она вцепилась в волосы Мадлен, и в руках у нее остался черный клок. С трудом сдерживаясь, она проговорила:
– Твоя истинная натура дает о себе знать. Не удивлюсь, если в следующий раз встречу тебя где-нибудь в уличной драке.
– Прости, – с несчастным видом сказала Мадлен.
– Завтра вас всех здесь не должно быть, – повторила Серена, повернулась и пошла к двери.
Выйдя на улицу, она с грохотом захлопнула за собой дверь.
После бурного визита Серены Мадлен овладело отчаяние. Обхватив голову руками, она плакала на диване. Ее душили бешенство и злоба на эту благочестивую гадину, Серену Фостер, и жалость к себе. Что ей делать, если Серена не отступится от своего решения и действительно завтра выгонит их отсюда?
Звук захлопнувшейся входной двери заставил ее поднять голову. Она вытерла слезы и встала. В доме царила необычная тишина. Сверху не раздавалось ни звука. Они говорили на повышенных тонах, и девушки наверняка слышали их. И знают теперь, что их судьба под угрозой. В таком случае странно, что они не толпятся здесь с просьбами защитить их.
«Они не так уж и верят в меня, – думала она. – Если бы на моем месте была Хетти, они бы уже дружно рыдали ей в жилетку».
Мадлен подошла к двери и заперла ее. Потом налила себе виски и сделала большой глоток.
Она вспомнила, как Хетти Фостер говорила ей: «Девочка, жизнь уличной женщины – тяжелая штука. Долго так не проработать. А знаешь, что ждет их, когда проходит молодость? Притоны на Ди-стрит или что-нибудь вроде того. А потом? Кто знает? Смерть в придорожной канаве от голода, болезней или пьянства!»
И что ей теперь остается? Идти в притон? При мысли об этом Мадлен похолодела от ужаса. «Может, обратиться к судье, чтобы он поговорил с Сереной и вразумил ее немного?» Нет, нет! Мадлен тряхнула головой. Судья и так был раздосадован ее поведением, а что он думает теперь, после вчерашнего, знает только Господь.
Мысль о том, что «Энтерпрайз» напечатает об этом шествии статью, которая поссорит их с Сереной, даже не приходила ей в голову. Несмотря на то что она была сердита на девушку, Мадлен прекрасно понимала
Внезапно она замерла, услышав условный стук в боковую дверь. Два удара, пауза, еще один. Она совсем забыла, что любовник должен прийти сегодня вечером! Может, он что-нибудь посоветует? Несмотря на то что в постели он вел себя как грубое животное, в жизни он был хитрым и проницательным человеком. А в Вирджиния-Сити он слыл достаточно влиятельным и значительным лицом. Она торопливо открыла дверь и впустила мужчину. Как только он очутился перед ней, она стремительно, путаясь в словах, начала рассказывать ему о последних событиях:
– Сюда приходила Серена Фостер. Она была в ярости из-за статьи в «Энтерпрайз». Теперь она хочет закрыть «Рай» и продать его как частное владение. Она дала нам время до завтрашнего вечера, чтобы освободить помещение...
Серену разбудил громкий стук в дверь. На пороге стояла злобная, раскрасневшаяся хозяйка.
– Спустись вниз, к тебе там гость. Китаец собственной персоной! Мало тебе остального, так ты еще, оказывается, с китайцами якшаешься! Господи, как же я буду счастлива, когда ты наконец избавишь от своего присутствия мой дом!
– Кто он?
– Откуда я знаю? По мне, так все китайцы на одно лицо.
Тряхнув головой, Серена проговорила:
– Хорошо, миссис Тэйлор. Сейчас я оденусь и спущусь.
– Он ждет тебя на крыльце. Я не потерплю китайца в доме, и тебе не разрешаю приводить его к себе. Говорите о ваших делишках где хотите, но только не в моем доме!
Девушка быстро закрыла дверь. Одеваясь, она размышляла, кто это может быть. Неужели это Шу Тао? Кроме него, она больше не знала других китайцев. Легкий холодок пробежал у нее по спине. Случилось что-то? Она торопливо сбежала по лестнице. Снаружи, у входа, ее действительно ждал Шу Тао. В руке у него была записка. Мельком взглянув, она заметила свое имя. Это с ее помощью Шу Тао объяснялся с миссис Тэйлор.
– Что, Шу Тао? – спросила она, слегка волнуясь. – Случилось что-то плохое?
Знаками он показал, что она должна следовать за ним, и пошел вперед по улице. Серена поспешила за ним, ощущая внутри растущее беспокойство. Скоро она поняла, что они идут в нижнюю часть города дворами и тихими переулками, избегая многолюдных центральных улиц.
Вскоре они добрались до хижины Тан Пин. С первого взгляда Серена заметила, что китаянка выглядит встревоженной. Рядом с ней в полутьме девушка разглядела еще одну китаянку, которая показалась ей знакомой.