Всего лишь каприз
Шрифт:
Откинув одеяло, он направился к двери, предварительно громко постучав по стене, чтобы разбудить свою соседку.
Гейб был в бешенстве. Эти женщины!
Грохот, от которого затряслась стена спальни, мог бы поднять мертвого. Никки немедленно вскочила с кровати. И уставилась на часы.
Ой-ой-ой-ой-ой!
Восемь утра. Вероятно, она уснула. И пропустила последнюю проверку.
По крайней мере, он не умер. И должен был быть ей за это благодарен. Но грохот, который все еще стоял у нее в ушах, говорил — благодарности
Никки натянула халат и направилась к двери, готовая к встрече с Гейбом.
Их двери открылись одновременно.
Поперек крыльца лежал пес. Ночная собака Баскервилей.
Ее Коняшка…
Глава 3
Никки и Гейб буквально врезались в пса и посмотрели друг на друга. Лицо Гейба потемнело от злости, а Никки побледнела от испуга. На Гейбе были только трусы-боксеры, но положение это не спасало. Они не посмотрели под ноги, туда, где, словно мокрый коврик, лежал пес.
Теперь он был еще крупнее, чем показался Никки ночью, и занимал почти все небольшое крыльцо. Собака лежала неподвижно, и только равномерное движение ее груди указывало на то, что она все еще дышит.
— Это Коняшка! — восторженно произнесла Никки.
Огромный пес приподнял большую голову от пола, словно совершая над собой неимоверное усилие. Он уставился на нее, и в этом взгляде она увидела такую печаль, словно пес познал все горести этого мира.
Никки ничего не знала о собаках. Если бы ее спросили об этом прямо, пожалуй, она бы призналась, что не очень любит их. Но этот взгляд…
Он перевернул ее сердце. Она забыла о своем соседе и опустилась на колени:
— О, мой… Привет, Коняшка!
— Что за игры вы тут затеяли? — Голос хозяина дома словно хлестнул ее кнутом. — Вы притащили его сюда…
Но Никки не слушала. С пса ручьями стекала вода. Надо что-то делать. Она должна помочь ему. На этот раз она не сможет просто уйти от проблемы. Это не ее проблема? Похоже, все же ее…
— Я не притаскивала его. Скорее всего, он нашел кусок мяса и пошел по нашему запаху. Дошел до крыльца и улегся здесь. Думаете, он хочет еще поесть?
— Он провел здесь всю ночь?
— Вы с ума сошли? Посмотрите на него. С него течет вода. Почему он не двигается? Его нужно показать ветеринару. Вы поможете мне донести его до машины?
— Фред усыпит его.
— Ветеринар…
Это слово сразу оживило в ее памяти события прошлой ночи. Она вспомнила подслушанный телефонный разговор. Уже принято решение усыпить эту собаку. Если они отвезут его к ветеринару, приговор будет приведен в исполнение.
— Нет! — выкрикнула Никки.
— Вы собирались заводить собаку?
— Я… — Никки сглотнула.
Собиралась ли она заводить собаку? Нет, не собиралась. Даже не думала об этом. Но сейчас речь
— Я подумаю об этом потом. В любом случае его нельзя никуда везти, пока он не обсохнет, не согреется и не утолит голод. Вы поможете занести его ко мне?
Она посмотрела на Гейба и поняла — ее хозяин очень зол. Видимо, им предстояло еще обсудить немало неприятных моментов перед тем, как он согласится помогать ей.
Его тело снова заворожило ее. Его грудь, его плечи…
Очередной всплеск гормонов!
— Я проспал, — сказал он, стараясь соблюдать безразличие в голосе. — Не услышал звук будильника. Возможно, из-за того, что кто-то унес его с моего прикроватного столика?
— Я тоже проспала, — призналась Никки. — Поэтому не вернула его на место.
— Моя команда…
«Пора действовать, — решилась она. — Вперед!»
— Хэтти сейчас на… дайте вспомнить… «Мариетте», — сообщила она. — Потому что один из членов их команды заболел и не смог выйти на работу сегодня утром. «Леди Нэлл» осталась в порту. У вас сегодня выходной.
Он ничего не ответил. Видимо, у него не было слов.
— Вы утащили мой будильник!
— Вы плохо себя чувствовали. Я думала, что убила вас…
— Вы забрали и мой телефон!
— Да, и я ответила на звонок Хэтти. Она согласилась со мной — выходной вам не помешает.
— Ее это не касается! И вас это тоже не касается.
— Согласна. Но это не должно касаться и собаки, которая сейчас замерзнет окончательно. Идите сюда и помогите мне.
Их взгляды схлестнулись. Никки ощутила его ярость, его замешательство, его удивление. Но сейчас она не могла себе позволить анализировать чьи-то чувства. Она должна была думать о собаке.
Гейб наклонился и дотронулся до собачьей морды. Собака вновь попыталась приподнять морду, но ей это не удалось.
Все внимание Гейба теперь было сосредоточено на собаке. Пес посмотрел на него и застонал, и в лице Гейба что-то изменилось.
— Хорошо, — сказал он. — Если у вас серьезные намерения, давайте затащим его ко мне. В камине горит огонь. Это вы поддерживали его?
— Да, я сделала это для вас.
Или не совсем для него. Каждый раз, приходя с проверкой, Никки подкидывала по паре поленьев в огонь. Ей казалось, это создает некоторый уют.
— Ты можешь встать, большой мальчик? — спросил Гейб. — Давай, дружище, посмотрим, как ты двигаешься.
Гейб поглаживал пса за ушами и разговаривал с ним очень тихо и мягко. И пес отозвался. Он посмотрел на Гейба своим душераздирающим взглядом, снова застонал и тяжело вздохнул. А затем встал.
Теперь пес больше походил на мешок с костями, обтянутый рваной шерстяной тряпкой. Казалось, от прежнего красавца пса, которым он, несомненно, когда-то являлся, остались только уши, на которых шерсть сохранилась в приличном состоянии.