Всегда вдвоём
Шрифт:
И ничего. Молчат оба, сопят сосредоточенно на ходу. Вот и ладушки.
– *-*-
Слава богу, Алина очнулась сама, еще даже до того, как мы добрались на место. Она, естественно, сразу же рванулась Либановское состояние проверять, и генералу стоило немалого труда уговорить её подождать пять минут. Пять минут... Я почему-то очень резко ощутил и усталость, навалившуюся на плечи, и насквозь мокрые ноги, тысячей иголок закололо намёрзшееся лицо...
Но добрались даже
Вокруг, понятное дело, тут же образовался натуральный базар, пришлось рявкнуть. В двух словах обрисовав положение, нарезав задачи и разогнав народ, я, совершенно обессиленный, завалился на наш любимый мешок. Через пять минут я уже был переодет в сухое — одежду в два "прыжка" притащил Георгий, и возлежал на мягком буквально по-царски, одной рукой обнимая Рыжую, журчащую мне на ухо про то, как ей было страшно, прихлёбывая чай и поглядывая на профессора, который что-то деловито втирал Алексею. А пугали-то, пугали... Никакой конфронтации не наблюдаю, всё вполне себе конструктивно — на первый взгляд.
Наши силовики собрались кучкой возле дверей ангара и о чём-то оживлённо переговаривались, периодически гоняя куда-то посыльных. Несколько человек во главе с Алиной суетились вокруг Либанова, которому устроили шикарную лежанку недалеко от меня — я даже позавидовал чуть-чуть, мой мешок выглядит явно попроще. Впрочем — болезному можно: парню не только от души стукнули по голове и вкатили какую-то злобную химию, он ещё и умудрился где-то вывихнуть ногу, и потому его несчастный вид вызывал желание только посочувствовать. А ещё — лёгкую тень вины: я помню, какой была моя первая мысль...
Группа во главе с Алексеем и Одинцевым аккуратно, стараясь не отсвечивать, шажок за шажком приблизилась к Либановскому ложу, настолько, что он сумел что-то расслышать, и, конечно же, в обсуждение немедленно включился, не обращая внимания на возмущённые возгласы Алины. Некоторое время они переругивались, но потом, видимо, нашли какой-то компромисс — даже Лёха с профессором подошли вплотную к лежанке, а врачица сидела с другой стороны и только зыркала на них недовольно. Вот и замечательно, тишь да гладь, и мир во всём мире...
А потом я, кажется, уснул.
– *-*-
— Алекс, вставай! — разбудили меня безжалостно, хорошо если не пинком.
Вставать я, однако, и не подумал — просто открыл глаза и уставился вопросительно на Артемьева.
— Ты будешь смеяться, но у нас ещё один портал. На этот раз во дворе!
— Да что-то не смешно, — я всё-таки поднялся, покряхтывая — отлежал всё на свете. — А как же ваша броня? Они там тоже... вздремнуть решили по дороге?
— Ещё не доехали, пробиваются. Да и толку-то сейчас от них, если окно прямо в створе ворот?
— Забор пусть повалят... — пожал плечами я.
— Как приедут — повалят, — остро взглянул на меня подполковник. — Нам бы только дожить
Только тут я обратил внимание на приглушённую стрельбу снаружи. Вот же Новый Год, а?
Тут к нам вихрем подлетел профессор, схватил меня за рукав и начал что-то сумбурно втирать своим птичьим языком. Не выдержав и десяти секунд, я аккуратно отцепил его руку:
— Профессор, сейчас не время для теории — у нас там портал, если вы не знали...
— Так а я о чём? Мы можем модулировать... — тут он заметил, как я нахмурился, и переобулся в прыжке: — Можем внести помехи в его работу! Случайные! Надо только туда оборудование подтащить, поближе!
— Точно можете? — вклинился Артемьев.
— Точно!
И завертелось.
Сначала я таскал железо вместе со всеми, украдкой косясь на здоровенное "окно" и уже с десяток бойцов противника, лежащих перед ним. Всё-таки, нельзя не признать — умеют, черти! Когда уже мы такое делать научимся? Вместе с этой мыслью пришла злость: мне бы тренироваться, исследовать, учиться — а я тут какими-то дурными войнушками занят! Вот бы к этим мастерам японским на стажировку... и снова меня спустили с небес на землю бесцеремонным тычком под рёбра:
— Не стой на дороге! — Артемьев ещё с кем-то из своих, красные, пыхтят, волокут какую-то здоровенную железную дуру.
И не возразишь ведь — взялся сбоку, помогаю.
Вереница людей с железом из ангара как-то незаметно иссякла, Алексей приносимое, кажется, подключал ещё на ходу, в руках у грузчиков, и в какой-то момент я всем телом ощутил, как мир дрогнул. Ого! Ничего себе — мощь! Даже самый большой портал так не фонил! Как бы только не погорело это всё у них опять...
Не обращая внимания на протесты охраны, я выскочил наружу и заворожённо уставился на портал, который буквально крючило в такт беззвучной мелодии. Перевёл взгляд на учёных — ха, а не так и много оборудования тут у них. А куда ж таскали тогда? Проследил глазами кабеля — ага, понятно: выкинули всё барахло из бытовки охраны внутри, основное железо там. Ну, что сказать? Красиво работают парни.
— Всё равно надо что-то с этим делать! — негромко сказал на ухо подошедший сзади Ивлев — фу ты, чёрт, нельзя так пугать!
— А что мы можем сделать? Либо сбежать, либо вызывать броню! Она вообще приедет когда-нибудь?!
— Будем надеяться, — неопределённо промычал генерал. — Но ты всё-таки подумай.
А я заметил, что портал крючит... как-то поменьше! И хотя сквозь него никто по-прежнему не проходит, ночь внутри стала проглядывать чаще — они что там, приспособились?!
Я резко, рывком подскочил к Алексею:
— Ну и что? Почему замедлилось?!
— Да откуда я знаю?! — рявкнул в ответ тот.