Все в саду

Олби Эдвард

Дженни. Никак. Оно под номером.

Ричард. Да? Хорошо, скажи мне номер.

Дженни. Это секрет.

Ричард. Я же твой муж!

Дженни. А я твоя жена. И разве ты мне все рассказываешь?

Ричард. Я желаю знать правду!

Дженни. А много ли ты рассказываешь о своей работе мне, твоей жене?

Ричард. У меня не работа, а скукотища!

Дженни. У меня тоже!

Ричард. Зато деньги — нет! Деньги твои — не такая уж скукотища! Тебе они, черт бы их драл, платят вчетверо больше, чем

мне! (Презрительно.) За то, что сидишь в приемной!.. Это как в перворазрядном борделе!

Дженни. Пожалуйста, без таких слов.

Ричард. Бордель! Бардак!

Молчание. Дженни смотрит через окно в сад.

Ричард начинает понимать, что он попал в точку.

Нет, в самом деле, довольно, скажи по правде, что это такое?

Дженни (глядя в сторону, с оттенком грусти). Такое место.

Ричард. Место!

Дженни. Где мне хорошо платят.

Ричард (опять вцепляется ей в руку). За что мне платят? Какого черта?

Дженни. Это мне платят, а не тебе. (Долгая пауза: почти тоскливо.) Ты не хочешь этих денег?

Ричард (выпустив ее руку, отшатывается, трясет головой; отказываясь верить, издает беспомощный смешок; заикается). Я… я… я не… я не верю… ни за что не поверю…

Дженни (небрежно). Ну и не верь.

Ричард (пятясь от нее; в таком же смятении). Я… я не могу поверить. Не могу.

Дженни (подходит к нему, с ласковейшей улыбкой). Милый, теперь ведь мы будем жить совсем, совсем по-другому.

Ричард (громко усмехаясь двусмысленности этих слов). О, еще бы!

Дженни (радостно, думая о своем). Все, чего нам столько лет хотелось….

Ричард. Нам!

Дженни. Мы можем завести вторую машину и…

Ричард. Да не поме… нет, я не верю!

Дженни. Что — не поме?..

Ричард. Не поместится вторая в гараже. (Недоверчиво.) Неужели ты на такое способна? (Пауза.) Брось, ведь это неправда, верно?

Дженни (наставительно, слегка нетерпеливо). Это же ради нас с тобой; ради того, о чем мы мечтали!

Ричард (сквозь зубы, в тихой ярости, которую старается подавить). Ты моя жена, мать Роджера, и ты стала обыкновенной проституткой?

Дженни. Ты ужасно выражаешься!

Ричард. А как я должен выражаться?

Дженни. Не одна я, ты же знаешь. Я не единственная на свете, кто…

Ричард. Ты единственная, на ком я женат!

Дженни (скорбное увещевание). Но в наших отношениях от этого ничего не изменится, и…

Ричард (жестко). Не изменится? (Подходит и дает ей сильную пощечину.) Не изменится? Сколько ты берешь за час?

Она только смотрит на него, не мигая; она застыла, но, очевидно, вот-вот разрыдается.

Он

еще раз дает ей пощечину, такую же сильную.

Говори, сколько ты берешь?

Дженни, не говоря ни слова, быть может, с рычащим вскриком бьет его по лицу с такой же силой, как и он ее.

(После краткой паузы, холодно). Вон отсюда. Собирай вещи и ступай вон.

Дженни (так же холодно). Куда?

Ричард. Куда хочешь! Или уйду я. Нет, черт возьми, я не уйду! Это мой дом, я за него плачу. Я останусь здесь!

Дженни (с поразительным хладнокровием). Не могу же я… взять да уйти.

Ричард. Я сказал — вон!

Дженни. Тут много моих вещей.

Ричард. Забирай их! Забирай!

Дженни (сквозь зубы). Неужели ты воображаешь, что я так сразу могу все собрать, уложить и…

Ричард. Я все тебе пришлю! Только… только ступай вон сейчас же!

Дженни. Да ничего ты не пришлешь. Я же тебя знаю, где тебе справиться. Всякой укладкой, перевозкой, перестановкой всегда занимаюсь только я.

Ричард. Врешь!

Дженни. Ничего подобного, чистая правда. Когда твоя тетка, как ее там звали, потребовала назад свой комод-развалюху, ты сказал, что сам все сделаешь, и больше месяца прошло, а ты палец о палец не ударил.

Ричард (спокойно, со сдерживаемой злостью). Укладывай вещи и убирайся вон из дома!

Дженни (устав от всего этого). Ох, не валяй, дурака.

Ричард (взбешенный, не веря своим ушам). Что, что?

Дженни. Я говорю — не валяй дурака. Дай мне сигарету,

Ричард. Шлюха паршивая!

Дженни. Я не шлюха! Я же сказала: это ради денег. Тех денег, которые ты не можешь заработать! Ради денег, которые нам так нужны! думаешь, мне это доставляет хоть капельку удовольствия?

Ричард. Думаю?! Я?.. Я ничего не думаю! Не могу! Если начну думать, я немедленно спячу! За такие дела жен убивают!

Дженни (хихикнув) Ну уж!

Ричард (насмешка окончательно выводит его из себя). Ах, по твоему — нет? (Идет к ней с уже нешуточной угрозой.) Почитай газеты — увидишь! Почитай завтрашнюю газету, увидим, что ты запоешь…

Хлопает входная дверь; оба останавливаются. Из передней вбегает Роджер.

Роджер. Привет! Я прикатил на такси, деньги у вас есть?

Дженни (она совсем забыла о нем, и ей совестно). Роджер!

Роджер. Таксист требует пять долларов сверх счетчика, потому что за город.

Ричард (вся его ярость обрушивается на таксиста). Ах, он требует? Ну, погоди, я ему покажу, прохвосту! (Выбегает, быть может, отталкивая с дороги Роджера.)

Роджер (растерянно смотрит ему вслед к Дженни, с искренней нежностью). Здравствуй, мамуля.