Все точки над ё...?
Шрифт:
— Да? Ну, может пример и не совсем подходящий… Я тоже думала только о тебе… Но, всё равно, потом мы тоже ничем себя не выдали! Таврин вообще без предварительной подготовки туда попал, и тоже никто не догадался. Грозный…
— Грозный был подготовлен, — не согласился со мной муж, — у него постепенное вхождение было. Да и кому ему эмоции демонстрировать, рыбам, что ли?
— Не скажи… А Марла!? Она же, как партизан! Ни одной своей подруге ничего не сказала. А у Влады в офисе все, кроме меня, поинтересовались, не случилось ли чего у девушки? Чего это она как приведение
— Что, в самом деле, натыкалась? — улыбнулся Май.
— Натыкалась. И это ей Суфия только о себе рассказала. А что будет, когда она Порубежье и его жителей своими глазами увидит? Как бы стирку проводить не пришлось. Пусть сначала свыкнется с мыслью. К Рыськиной свадьбе, глядишь, и готова будет. И чего это они решили в ноябре жениться?
— Традиция у Пери такая.
— Угу… Слушай, а как ты формулу вывел?
— Ну, ты темы меняешь, Варвара. Вывел вот… Формулу сферы за основу взял…
Суфия стала нашим частым гостем. И не только потому, что в нашей квартире находилась точка прохода в сопредельное пространство, но и потому, что у нас она могла быть самой собой. Даже внучке своей она себя молодую ещё не продемонстрировала. Мешал всё тот же бурный темперамент Влады.
Мы сидели на кухне и пили травяной (теперь только травяной) чай с восточными сладостями, приготовлен-ными Суфией.
— Хорошо мне с вами, — мечтательно закатила глаза к потолку Суфия. Она с удовольствием бы перебралась жить в Порубежье к сёстрам, но плохо взрослеющая Влада не позволяла сделать ей этот шаг. Про неудачную попытку насылания порчи на коллегу, бабушка, разумеется, знала. Но внучку наказывать не стала. Она даже не призналась ей, что знает, посчитав, что хватило и моего воспитания. — Быть такой, какая есть, какой тебя создали…
— А я всё ещё не могу привыкнуть, что у меня и у Мая есть сила.
— А я как-то сразу привык, — признался Андрей, — словно компас внутри меня работает.
На колени к мужу вспрыгнул котёнок, внимательно оглядел еду на столе и потребовал:
— Дай печеньку!
— На, лакомка, — улыбнулся Май.
Наш котёнок вызывал умильную улыбку у всех без исключения. Взрослел он очень медленно, как и положено хранителям, но службу свою нёс исправно. Да мы, собственно, и не ругались с мужем. Лишь однажды Любыч выгнул спинку, встопорщил шерсть дыбом и зашипел на нас, приняв за ссору пробу сброса негативных эмоций путём громко-го крика. Негативные эмоции испарились в одно мгновение, а Любыч целых пять минут дулся на нас из-за того, что его поставили в неловкое положение…
Любыч урчал, поедая пахлаву, словно это было мясо или рыба для какого-нибудь Мурзика. Он вообще в пи-щевых пристрастиях сильно отличался от домашних котов. Его любимым блюдом были груши. Зрелище, которое де-монстрировал всякий раз наш рыженький, доводило меня до слёз. Сначала он, как самый обычный котёнок, играл с грушей, катая её по всей квартире, потом с диким мявом впивался в сочный бок несчастного фрукта. Скорость, с ко-торой груша исчезала в брюшке прожорливого кота, удивляла.
Доев
— У тебя липа не спопниться? — сделала я попытку умерить его аппетит.
— А газировочки нет? — пропустил колкость мимо ушей Любыч. — А молочка?
— Забавный у вас питомец, — Суфия подложила ему ещё кусочек. Любыч благодарно боднул её головой, взял последнее угощение и утащил прятать. — А мне такого нельзя?
— Это хранитель супружеского ложа, — пояснила я непростую ситуацию с раздачей Любом котят.
— Дело поправимое, — оптимистично заявила волшебница. — Вот омоложусь окончательно… А то сёстры мои обзавелись сердечными дружками, а чем я хуже? — игриво подмигнула она мне.
— Это здорово, вот так возвращать свою молодость, — грустно согласилась я. — Нам бы так уметь.
— Повелительнице ли демонов сокрушаться по таким мелочам? — удивлённо уставилась на меня Суфия, но, за-метив моё недоумение, удивилась ещё больше. — Тебе, Джинан, что, не сказала?
— Что? — я боялась услышать ответ.
— Что ты — повелительница демонов, — осторожно высказалась волшебница. Рядом со мной тяжело охнул муж.
— Повелительница? — прошептала я. — Ядрёна… Мат… Угораздило меня…
— А иначе как бы ты запечатала демонов в замке? — пояснила мне Суфия. — Такие деяния многим богам не под силу.
— Но, мне говорили… — боже, когда же это кончится? Хочу избавиться, а оно прёт, и прёт! Может избавиться от амулета этого… — Может избавиться от амулета этого проклятого? — с надеждой посмотрела я на гостью.
— Нет, Варя, — отрицательно покачала она головой, — избавиться ты не сможешь. Не от амулета, а от того, что демоны тебе подчиняются. Амулет, конечно, выкинуть можно или спрятать, но суть дела от этого не изменится. По-бедила ты их…
— Бабр! Если бы я знала…
— А давай кто-нибудь тебя победит, — предложил Май, — ты ему амулет отдашь. Вот, Суфия, например. Хотите стать повелительницей демонов?
— Если бы всё было так просто… — задумалась волшебница. — Бой должен быть настоящим, не театральным. Тут и жертвы могут быть. Так что я на такое не пойду, хотя быть повелительницей демонов… Мда…
— Теперь даже Кощей не согласиться, — вздохнула я печально, — нянька невмерущая.
— Да что ты так расстроилась, — нарочито бодрым тоном стала успокаивать меня Суфия. — У тебя здорово по-лучается делиться силой. Я в собственное тело еле-еле перекачать смогла, а ты лишь коснёшься… Май, ты чувству-ешь, когда в тебя её сила течёт? Хотя…
— Что, хотя? — спросили мы вместе с мужем.
Суфия закрыла глаза, но было ясно, что таким образом она видит нас гораздо глубже, чем собственно глаза-ми. Так и Рыська делал, когда с нами знакомился.
— Ничего ты не можешь чувствовать, — сообщила он нам о результатах изысканий, — ваши силы запитаны друг на друга. Точнее, она у вас одна на двоих, и таких параметров… ого-го! Даже завидно… немного.
— Это получается, что мы можем использовать возможности друг друга? — озадаченно вопросил муж.