Все семь волн, Глаттауэр Даниэль

Все семь волн

на обложку

Глаттауэр Даниэль

Шрифт:

RE:

Ты переехала на другую квартиру? Ты рассталась с Бернардом?

Через два часа

RE:

Да, я переехала. Перешла, так сказать, в автономный режим. Я установила между мной и Бернардом невидимую перегородку. Теперь дистанция между нами приблизительно соответствует нашим отношениям в последние два года. Я стараюсь сделать все, чтобы дети от этого не страдали. Я хочу и дальше быть им другом и близким человеком, когда бы им ни понадобилась моя помощь или поддержка. Йонас особенно тяжело переносит это новое положение

вещей. Видел бы ты его взгляд, когда он меня спрашивает: «А почему ты больше не ночуешь дома?» Я отвечаю: «У нас с папой сейчас сложные отношения». Йонас: «Но ночью это же не имеет значения». Я: «Имеет, если нас отделяет всего лишь тонкая стенка». Йонас: «Ну так давай поменяемся с тобой комнатами — мне эта тонкая стенка между моей и папиной комнатой вообще не мешает». И что я должна ему ответить?

Бернард понимает свои ошибки и упущения. Ему стыдно. Он мучается, страдает, он совершенно раздавлен. Он пытается спасти то, что еще можно спасти. Я пытаюсь понять, можно ли еще что-нибудь спасти. В последние месяцы мы с ним много говорили. К сожалению, с большим опозданием — в несколько лет. Мы впервые заглянули за парадный фасад нашего союза — все прогнило насквозь, все рассыпается. Мы никогда не заботились об интерьере, никогда не занимались уборкой, не проветривали комнат, и вот — все пришло в запустение. Серьезный ущерб. Можно ли вообще когда-нибудь устранить последствия этой катастрофы?

Мы много говорили и о тебе, Лео. Но об этом я расскажу тебе лишь в том случае, если ты сам захочешь. (А поскольку ты, естественно, захочешь, то мы останемся на связи. В этом-то и заключается мой план!)

Я не хочу докучать тебе своими мейлами, но мой психотерапевт убежден, что это действует на меня благотворно. Она говорит: «Я вообще не понимаю, зачем вам тратить столько денег на психотерапевта. С вашим Лео Лайке это получится бесплатно. Так что на вашем месте я бы уделила ему побольше внимания и постаралась добиться его расположения!» Вот я и уделяю тебе побольше внимания и стараюсь добиться твоего расположения, дорогой Лео. А ты, в свою очередь, можешь смело уделить побольше внимания мне и постараться добиться моего расположения.

Спокойной ночи!

На следующий вечер

Без темы

Дорогая Эмми!

Я счастлив горделивым сознанием того, что твой психотерапевт считает меня способным заменить его. («Бесплатно» — это было бы, конечно, чересчур, но я готов сделать тебе скидку.) И конечно же, я рад его убежденности в том, что я, во всяком случае, действую на тебя благотворно. Но может, ты сделаешь мне одолжение и спросишь его при случае, насколько он уверен в том, что тыдействуешь так же благотворно на меня?

Всего самого доброго,

Лео

Через час

RE:

Она заботится о моем здоровье, а не о твоем, дорогой Лео. Если ты не знаешь, что на тебя действует благотворно, и желаешь это узнать, заведи своего психотерапевта. Кстати, очень рекомендую. Хотя для тебя это, наверное, получилось бы слишком накладно.

Приятного вечера,

Эмми

P. S.Э-э-э… Послушай, Лео, мне все-таки ужасно хотелось бы узнать, как твои дела. Ты не мог бы мне хоть что-нибудь сказать о себе? Хотя бы пару намеков?.. Пожалуйста!!!

Через

полчаса

RE:

Намек первый: я уже три недели простужен. Намек второй: мне осталось всего три недели жить одному. Пояснение к намеку № 2: приезжает Памела («Пэм»). И остается со мной.

Через десять минут

RE:

О, вот это сюрприз! Поздравляю, Лео! Ты это честно заслужил. (Я имею в виду не простуду, а «Пэм».)

Пока,

Эмми

Через пять минут

RE:

Я вдруг вспомнил тот вопрос, который мы задали друг другу несколько месяцев назад и на который так и не ответили: «Изменилось ли в нас что-нибудь благодаря нашим встречам?» Что касается меня, то — да! С тех пор как я начал видеть твое лицо, читая твои письма, я гораздо быстрее распознаю настроение, в котором ты мне писала, и лучше понимаю, что означают те или иные слова на самом деле, когда они однозначно означают не то, что должны были означать. Я вижу твои губы, произносящие эти слова. Я вижу твои затуманенные зрачки, комментирующие произносимое. Ты, например, пишешь: «О, вот это сюрприз! Поздравляю, Лео! Ты это честно заслужил». И тем самым ты хочешь сказать: «О, вот это отрезвление! Но ты сам виноват, Лео. Похоже, ничего лучшего ты не заслужил». В скобках ты шутливо добавляешь: «Я имею в виду не простуду, а „Пэм“». А на самом деле это не ирония, а злость, и означают эти слова: «Уж лучше три недели простуды, чем эта „Пэм“ на неопределенный срок!» Верно?

Через три минуты

RE:

Нет, Лео, может, я иногда и злюсь, но я не злая. Я не сомневаюсь, что «Пэм» — интересная женщина и что тебе с ней хорошо, лучше, чем с любой простудой. Ты пришлешь мне ее фотографию?

Через минуту

RE:

Нет, Эмми.

Через тридцать секунд

RE:

Почему?

Через две минуты

RE:

Потому что она тебе совершенно ни к чему. Потому что для тебя ее внешность не имеет совершенно никакого значения. Потому что я не хочу, чтобы ты сравнивала свою внешность с ее внешностью. Потому что я устал. Потому что я ложусь спать.

Спокойной ночи, Эмми!

Через минуту

RE:

В твоих словах — упрямство и раздражение, Лео. Почему? 1. Я действую тебе на нервы? 2. Ты несчастлив? 3. Или у тебя нет ее фото?

Через двадцать секунд

RE:

Нет.

Счастлив.

Есть.

Спокойной ночи!

Глава десятая

На следующий вечер